Внезапная помолвка - Лара Темпл

– Значит, теперь у вас два охранника, дорогая, – с деланой непринужденностью заявил Уивенхо, но его бледные щеки вспыхнули. – Очевидно, ваши таланты не ограничиваются альбомом для рисования. И все так легко и невинно. Поистине впечатляет.

Макс крепче сжал локоть Софи, и она подняла на него глаза, которые больше не улыбались. Крэнворт и Брайнстон тоже перестали смеяться, явно почувствовав, как накалилась атмосфера. Софи опустила взгляд на Мармадюка.

– Идем, Мармадюк. Нам пора домой, – спокойно сказала она, но Мармадюк продолжал сидеть. Его круглые глаза злобно уставились на Уивенхо. Он не пожелал встать, даже когда Софи слегка дернула за поводок.

Уивенхо засмеялся.

– Какой же ты упрямый маленький герцог, – с издевкой произнес он и концом своей трости пнул мопса.

Мармадюк, не привыкший к такому грубому обхождению, с визгом опрокинулся на спину. Софи быстро подхватила его на руки и нахмурилась.

– Очень плохая привычка вымещать свое дурное настроение на тех, кто слабее вас, барон Уивенхо! – резко бросила она.

Уивенхо изменился в лице, его губы растянулись в странном подобии оскала, рука, державшая трость, взметнулась к Софи, и Макс, не задумываясь, снова оказался между ними. Его рука сомкнулась вокруг поднятого запястья Уивенхо и сдавила его так, что трость выпала и со стуком ударилась о землю.

– Моя рука! – прохрипел Уивенхо. Его лицо побагровело. – Ты ее сломаешь!

– Оставь ее в покое, Уивенхо, если не хочешь, чтобы пришлось учиться рисовать левой рукой, – рявкнул Макс, безжалостно сдавив его руку, прежде чем выпустить ее.

– Она не твоя собственность, Харкот! – словно проклятие бросил в ответ Уивенхо, поглаживая посиневшую руку.

– Нет, но она моя нареченная, и, если я увижу, что ты снова приблизился к ней, или услышу, что ты упоминаешь ее имя, я действительно сломаю тебе руку. С большим удовольствием.

Он повернулся, взял Софи под руку и решительно повел ее из парка, не обращая внимания на любопытные взгляды нескольких наблюдателей, остановившихся, чтобы посмотреть, чем кончится дело.

Крэнворт и Брайнстон молча последовали за ним, но, только когда они дошли до Хантли-Хаус, Макс с внезапной ясностью осознал, что он только что сказал, причем в присутствии Брайнстона, одного из самых неисправимых светских сплетников.

– Идите вперед, – сказал он друзьям, когда подвел Софи к крыльцу Хантли-Хаус. – Я приду позже.

– Конечно, конечно, – торопливо согласился Брайнстон. – Ничего страшного. Мы никуда не торопимся. Мисс Тревелиан, ваш покорный слуга!

Крэнворт взял его за локоть.

– Идем, Брай. Мисс Тревелиан, очень рад был познакомиться. Мои наилучшие поздравления по случаю вашей помолвки.

Не дожидаясь, когда она ответит, Макс открыл дверь и провел Софи прямиком в зеленую гостиную. Потом закрыл за ними дверь и снял перчатки. Она вышла на середину комнаты и остановилась, глядя на помпезный зелено-золотой диван на когтистых лапах так, словно увидела его впервые.

– Вы можете отпустить Мармадюка, – прервал он молчание.

Софи опустила мопса на пол. Когда Мармадюк снова не спеша подошел к Максу и уселся у его ног, у нее вырвался короткий удивленный смех, а потом она подняла руки к щекам.

– Мне так жаль!

– Вы ни в чем не виноваты, – сухо ответил он.

– Ужасно не повезло, что он оказался там как раз в тот момент, когда я вышла. И что вы проходили мимо.

– Дело не в невезении. Уивенхо оказался там не случайно: он поджидал вас.

– Что с ним такое? Это какая-то бессмыслица. Должно быть, он сумасшедший.

– Возможно, так и есть. Но едва ли сейчас подходящий момент говорить об этом.

– Нет, конечно нет. Спасибо, что выручили меня. Очень любезно с вашей стороны припугнуть его, но, по правде сказать, не слишком осмотрительно. Как вы объясните это своим друзьям?

– Что объясню?

– Ваши слова насчет… – Софи умокла и, вспыхнув, беспомощно развела руками.

– Тут нечего объяснять. Они разумные, сообразительные люди и поняли меня абсолютно ясно.

– О, значит, они знают, что вы сказали это, чтобы отпугнуть его? Я беспокоилась, что они могут принять ваши слова всерьез. Не думаю, что Уивенхо станет об этом распространяться.

Макс тяжело вздохнул. Все оказалось хуже, чем он думал. Неужели она действительно так наивна?

– Сядьте, Софи.

Она с сомнением опустилась на диван, и Макс, подвинув кресло, сел напротив.

– Вы понимаете, что я только что во всеуслышание объявил о нашей помолвке в общественном месте и в присутствии нескольких свидетелей, принадлежащих к высшему обществу? Вы правы, Уивенхо будет последним из тех, кто станет об этом говорить, но Брайнстон наверняка с радостью поделится такой лакомой сплетней со всеми, кому не лень, а другой мой друг, лорд Крэнворт, скорее всего, уже на пути к Бруксу, чтобы забрать свою ставку на этот предмет. И я могу только догадываться, куда направятся случайные свидетели, с удовольствием наблюдавшие этот спектакль, чтобы рассказать свою версию происшедшего. Так что единственный человек, которому нужно что-то объяснять, – это вы.

Макс замолчал, прежде чем горечь, которую он не мог скрыть, стала слишком очевидной. Софи была ни в чем не виновата, и его досада не относилась к ней. Он просто до сих пор не мог поверить в то, что произошло. Весь смысл его стараний найти идеальную невесту состоял в том, чтобы избежать импульсивных шагов и не позволить себе выбрать кого-то совершенно неподходящего.

Но только что с ним произошло именно это. Макс не знал, что мучает его больше: то, что он поставил себя в глупое положение на публике, поддавшись своему гневу и настойчивому влечению к ней, побудившему его объявить о помолвке, о которой пару секунд назад он даже не помышлял, или то, что Софи так очевидно не сознавала значения произошедшего.

– Но это же смешно. Они же не могут… Я имею в виду, что никто не может ждать, что вы… – Софи замолчала, но потом решительно продолжила: – Я хочу сказать, что вас нельзя винить в том, что случилось. Вы просто защищали меня.

– Прежде всего, я виноват, что познакомил вас с Уивенхо…

– Чепуха, – перебила Софи. – Вы не несете за меня ответственности. И потом, ничего страшного не случилось. Скоро я уеду домой, и все вернется на круги своя.

– И вы этого хотите? – спросил Макс.

Софи подняла на него глаза, и от их синей глубины по всему его телу пробежала жаркая волна, давая понять, что какая-то часть его существа очень хочет и дальше идти по этому пути. Не дав ей ответить, он продолжил:

– Даже если так, это ничего не меняет. Как только слух о нашей помолвке распространится, отказ от нее со стороны любого из нас нанесет вашей репутации куда больший вред, чем вы полагаете. Уивенхо уже успел раздуть небольшой скандал на ваш счет, и новая сплетня упадет на благодатную почву. Но как только мы объявим о помолвке официально, никто не посмеет сказать против вас ни слова. Даже Уивенхо.