Обещание розы - Бренда Джойс

— Позвольте полюбопытствовать, что это вас так удивило, мадемуазель? Или вы и в самом деле не знали, что зачинщиком всех недавних войн являлись вовсе не мы, Нортумберленды. а ваш почтенный родитель?

— Как вы смеете столь бессовестно лгать мне в лицо и чернить имя отца в моем присутствии? — возмутилась Мэри, к которой внезапно вернулся дар речи. — Как смеете вы, коварный и вероломный захватчик, мечтающий прибрать Шотландию к рукам и посадить своего сына на трон моего отца, лгать мне о своем миролюбии?! Неужто вы надеетесь, что я поверю вам?

Мэри слово в слово повторила то, что годами внушал ей и остальным своим детям король Малькольм. Он убеждал их, что Нортумберленды не успокоятся и не сложат оружия, пока не захватят всю их страну в добавление к тем территориям, которые уже находились под их властью.

— Нашего сына, — поправил ее Стивен. К нему вновь вернулось веселое настроение. Он подмигнул Мэри и добавил:

— А вы, оказывается, вовсе не так умны, как я думал. Впрочем, такой вы мне нравитесь даже больше. Так знайте же, мне не нужна ваша Шотландия, угрюмая страна лесистых холмов, на которых ютятся вечно враждующие друг с другом кланы.

Упаси меня Боже от таких подданных! Оставьте все это себе. Я же хочу только одного: мира!

— Вы лжете!

— Думайте обо мне что угодно, мадемуазель. Это право останется за вами даже после того, как вы сделаетесь моей женой!

Кивнув Мэри, Стивен оставил ее за столом в обществе присоединившегося к трапезе Джеффри, сам же прошел в противоположный угол зала, где Бренд оживленно беседовал с управляющим.

— Вы сможете многого от него добиться, принцесса, если прибегнете к улыбкам, вздохам и кокетству — традиционному оружию женщин. Открытым же противостоянием вы лишь на строите Стивена против себя, — прошептал архидиакон, сочувственно взглянув на Мэри, едва лишь Стивен отошел от стола. — Зачем, скажите на милость, вы все время норовите вывести его из терпения?

Мэри ответила ему смущенно-растерянным взглядом и пожала плечами.

— Право, сама не знаю. Наверное, это чувство долга диктует мне подобное поведение.

— Поймите, он привык добиваться всего, чего пожелает. Не лучше ли вам пойти с ним на мировую?

— Я не могу, — прошептала Мэри. — Даже если бы и хотела этого всем своим сердцем. Не забывайте, кто я такая и кто мой отец!

Их разговор был прерван сигналом тревоги, донесшимся со сторожевой башни. К зову трубы тотчас же присоединился звон церковного колокола. Все находившиеся в зале мгновенно вскочили с мест и бросились к выходу.

— На стены! — скомандовал Стивен. Эдит, пожилая няня Изабель, повела свою подопечную наверх, на женскую половину. Девочка сопротивлялась, требуя, чтобы ей позволили взойти на башню вместе с братьями. Воспользовавшись всеобщей суматохой, Мэри осторожно прокралась через двор вслед за братьями де Уореннами и их воинами. Она была уже почти у цели, но Стивен, оглянувшись и заметив ее, приказал одному из рыцарей, самому высокому и широкоплечему:

— Жерар, немедленно проводи принцессу в замок, на женскую половину!

Махнув рукой, он скрылся за поворотом винтовой лестницы. Верзила Жерар без лишних слов схватил Мэри поперек туловища, взвалил на плечо и потащил в замок. Мэри кричала и отбивалась что было сил, но сражаться с дюжим рыцарем было все равно, что молотить кулаками по гранитному утесу. Вскоре великан переступил порог просторного зала на женской половине, где собралось все женское население Элнвика. Опустив свою жертву н пол, словно тушу убитого оленя, он затопал к выходу. Мэри приподнялась на локте и, окинув торжествующим взглядом лица Изабель, горничных и служанок, с вызовом произнесла:

— Я догадалась, что вызвало такую панику в Элнвике! Это Малькольм, король Шотландии, прибыл сюда, чтобы освободить меня из плена!