Бессмертная и безработная - Мэри Дженис Дэвидсон

Я выскочила на улицу, схватила первого попавшегося человека, извинилась и потащила за сарай. Мне срочно требовалось восстановить силы. Как всегда, ощущение от выпитой крови было физически восхитительным, но эмоционально я чувствовала к себе отвращение.

Через несколько секунд (я всегда делала это быстро) мой донор мирно спал на груде картонных коробок. По его лицу блуждала улыбка. Ночь выдалась теплая: с ним все должно быть в порядке. Кроме того, вряд ли кто-нибудь смог бы его обнаружить, не зная заранее, что он там.

Мое плечо зажило словно по волшебству, еще до того, как я покинула аллею, и я с удивлением почувствовала, как пуля вышла из тела и упала в бюстгальтер.

Я вытащила ее и стала рассматривать, хотя в пулях разбираюсь не лучше, чем в искусственных членах. Поэтому через какое-то время я просто убрала ее в карман, решив показать позднее Синклеру. Или, возможно, Нику Берри... коп знал все о таких вещах. Если я осмелюсь вовлечь его в это дело.

Я добралась до дома перед самым рассветом – слава Богу, в городе работали ночные такси! – и, попытавшись заплатить за проезд, поняла, что оставила кошелек в машине. Пришлось, проигнорировав укол совести, загипнотизировать водителя старым вампирским приемом, и он уехал, возбужденный до кончиков ногтей.

Конечно, как и следовало ожидать, при моем появлении начался шум-гам. Марк и Джессика одновременно заорали на меня, и Джессика тут же принялась названивать кому-то по мобильнику. Марк заставил меня снять футболку, чтобы осмотреть рану.

– Хм... – пробормотал он, тыкая в мое плечо, словно оно было куском говядины. – Я ничего не вижу.

Я закашлялась, но не стала распространяться на тему своего чудесного исцеления.

– Кому ты звонишь? – спросила я Джессику.

– Ты знаешь кому, – бросила она, а затем пролаяла в телефонную трубку: – На Бетси было совершено нападение. Она сейчас здесь.

– А-ах, только не Синклер! – Я взглянула на часы. – Возможно, он не успеет доехать сюда до рассвета.

–Да, он совершенно бесполезен, – поддакнул Марк. Он поднял мою рубашку. – Можешь выбросить ее, цыпленок, она погублена. Что ты испытывала, когда в тебя стреляли?

– На редкость дурацкий вопрос для человека, который учился в медицинской школе! Было больно!

– Я хочу сказать, может быть, вампиры чувствуют иначе? Я видел много ранений в больнице, но ни одного, которое зажило бы через час.

– Откуда мне знать? Раньше в меня никогда не стреляли. То есть я видела, как в меня летели пули...

– Как в «Матрице»?

– Нет. Они были похожи на бейсбольные мячи, пущенные со всей силой. Я могла уворачиваться от них, но приходилось буквально вертеться на месте.

– Слава Богу, ты в порядке, – удовлетворенно сказала Джессика, и я вспыхнула от удовольствия, но она все испортила, добавив: – Идиотка! О чем только ты думала?

– Эй, не ори на меня! Я думала о том, как бы дойти до машины и приехать домой. В чем же состоит мое преступление?

– Я повешу этого Синклера, – пробормотала Джессика. От злости ее скулы заострились, придавая ей сходство с египетской королевой. – Втянул тебя в это... сделал тебя приманкой...

– Он тут ни при чем. На меня напали позднее. «Воины клинка»... – я с трудом удержалась от смешка, – поджидали меня на автостоянке...

Марк поднял брови от удивления и обменялся с Джессикой взглядом.

– Я понимаю, как это звучит, – сказала я.

– Плохо, – ответила Джессика.

– Очень плохо, – добавил Марк.

– Меня позабавило название этой шайки, но вы правы: это не смешно. Засада. Ха. Послушайте, я собираюсь принять душ: хочу освежиться. Поговорим через несколько минут, о'кей?

К моему раздражению, все время, пока я мылась, они поджидали меня за дверью. По крайней мере там не было Мари – было бы ужасно объяснять ребенку, что произошло сегодня вечером.

Я вышла из ванной в чистых хлопчатобумажных шортах и свежей футболке и начала спускаться. Во время долгого путешествия по лестнице в главную гостиную Джессика и Марк засыпали меня вопросами.