Бессмертная и безработная - Мэри Дженис Дэвидсон

– Мари! – крикнула я. – Ты здесь?

Конечно, я сомневалась в этом. Было почти одиннадцать часов вечера. Но ее родители жили по собственному расписанию, и она обычно...

– Привет.

– О, отлично. – Я выглянула из стенного шкафа. – Ты не видела мои алые «Арпелзы»?

– Это те, которые похожи на волшебные туфельки, или те, что выглядят как балетки?

– Балетки.

– Видела. Левая под раковиной, а правая под кроватью.

– Черт побери!

– Но вы вчера так устали, – мягко сказала Мари. Девочка любила комбинезоны и банты; она всегда одевалась одинаково. Должно быть, дома она постоянно упрямилась. – Вы просто все скинули с себя и упали на кровать.

– Перестань шпионить за мной, маленькая засранка. Она захихикала:

– Не называйте меня так.

– Ox! – Я огляделась. Мои туфли были именно там, где она сказала. – Куда все подевались?

– Доктор Марк работает, а Джессика спит.

– О-о, как скучно.

– На кухне новые продукты, – сказала она, желая меня развлечь. – Джессика сказала буфетчице купить вам белый чай и свежих сливок на рынке.

– Правда? Ты знаешь, как редко бывает белый чай и какой он дорогой? Мне до смерти хотелось его попробовать. О, и свежих сливок тоже! Иди сюда, я тебе тоже налью чашечку.

Она отрицательно покачала головой, что меня не удивило. Мари была болезненно робким ребенком. Она почему-то стеснялась всех, кроме меня.

Я быстро надела шорты цвета хаки, красный свитер без рукавов и сунула ноги в черные тапочки. Потом провела щеткой по волосам. Они по-прежнему были до плеч и того же яркого цвета, как и в день моей смерти. По крайней мере о них я могла не беспокоиться. Кроме того, я боялась сделать стрижку – что, если они больше не отрастут? Ну, может быть, слегка подстричь...

– Я принесу тебе чашку чая, – обещала я по пути к двери.

– Я не хочу пить, – крикнула она мне вслед.

У меня ушло десять минут на то, чтобы найти кухню. Я жила здесь уже много дней и все еще боялась заблудиться.

На столе лежала записка от Джессики.

Бете, владелец звонил опять. Он ОЧЕНЬ хочет продать нам дом. Продолжает снижать цену. Я серьезно рассматриваю его предложение. Что ты думаешь?Д.

– Я думаю, что это слишком дорого, вот что я думаю, – произнесла я вслух. У меня тоже были свои аргументы. – Мы трое гремим в этом доме, как сухой горох в пустой жестянке. Кроме того, от запаха старого дерева меня тошнит.

– Нахалка, – зевнула Джессика, вползая в кухню в своей зеленой шелковой пижаме. Она отлично оттеняла ее смуглую кожу.

– Но это правда. – Я не добавила, что все больше нравится, и, кроме того, приятно было иметь такой огромный стенной шкаф. – Тебе что, не спится?

– Просто я завела будильник, чтобы поговорить с тобой.

– О, спасибо. Но тебе нужно спать. Она пожала плечами:

– Я подремлю днем. Ты ведь сегодня вечером не работаешь?

– Нет, у меня два дня выходные. Хотя не представляю, как в «Мейси» управятся без меня. Ты действительно хочешь купить этот дом?

– Если владелец будет продолжать снижать цену, то это выгодная покупка. И ты должна признать, что он очень красивый.

– Согласна. – Я налила себе стакан шоколадного молока. Нацеживать чай слишком долго. – Красивый и просторный. Я могла бы накупить еще туфель просто для того, чтобы заполнить шкаф.

– Бог в помощь. Так какие новости? Кроме того факта, что ты единственная вампирша в мире с молочными усами.

– В общем, какие-то несовершеннолетние подонки убивают вампиров, а я не верила этому до тех пор, пока они не напали на Тину...

– Как она?

– Сейчас нормально. – Я опустила подробности. – Мой босс идет в отпуск и оставляет меня заведующей отделом.

– Бог в помощь.

– О, прекрати так говорить. И послезавтра мы расставляем ловушки для киллеров. Также я хочу вызвать няню из детской службы для Мари.

Джессика зевнула и встала, чтобы приготовить кофе.

– Для кого?

– Для этой маленькой милашки, которая постоянно крутится под ногами. Я не против, она мне не мешает, но, черт возьми, этот ребенок вечно находится в доме. В любое время. Очевидно, ее папаша считает, что правильно таскать ее с собой на работу, но это странно.

– Не горячись и не связывайся с детской службой. Ты можешь вызвать детектива Ника, может быть, он... нет, не смотри так. Ты права, это плохая идея.

– Мне и так не по себе при мысли, что мы живем в его ведомстве. Я жду, что он вот-вот появится на пороге и закричит: «Ты мертва, а я совсем забыл об этом!»

Я поежилась.

– У него нет шансов ничего вспомнить, после того как Синклер стер его память. Но, возвращаясь к ребенку... Я могу поговорить с ее отцом. Кто он?

Это озадачило меня.

– Знаешь, я никогда не выясняла. Я спрошу ее. Возможно, она еще в моей комнате. Уверена, что малышка примеряет мои туфли, когда меня нет.