Снежное свидание - Ирина Щеглова

Я знала одно: начались Святки.

Деревня ликовала.

К вечеру старенький термометр показал больше двадцати градусов мороза. Все покрылось переливающимися ледяными чешуйками – так причудливо замерз снег. Под редкими фонарями сугробы вспыхивали синими искрами.

Собрались бабки, тетя Феня и Любовь Петровна в новых шалях, Митрофаныч, конечно, с гармошкой. Нарядились кто во что горазд и пошли с «музыкой» по деревне.

Митрофаныч рьяно раздувал мехи старой гармошки. Они свистели и сипели на все лады, но певуньям это не мешало.

– Играй, играй, рассказывай, под елочкой скакал! – горланил Митрофаныч.

– О том, как черноглазая свела с ума! – вторили бабки.

– По-моему, вы все перепутали, – вклинилась я, – при чем здесь елочка, кто скакал? Если зайчик, то это из другой песни.

– Много ты понимаешь! – Митрофаныч широко повел плечом, кивнул бабкам и снова запел про елочку черноглазую.

Дашка беззвучно смеялась, зажимая рот ладонью.

Первым делом зашли к тете Фене, где нас ждал накрытый стол с блинами и бутылкой «белой». Феня сделала вид, что в упор нас не узнает.

– Ой, кто это? Не иначе, заморские гости?

Сестры и Мирофаныч затянули:

Рождество твое, Христе Боже наш,

Возсия мирови свет разума,

В нем бо звездам служащии

Звездою учахуся,

Поклонятися Тебе, Солнце правды,

И тебе ведети с высоты Востока.

Господи, Слава Тебе!

А потом, почти без паузы:

Святый вечер,

Добрый вечер,

Добрым людям на здоровье.

Феня смотрела на нас: голова чуть набок, руки под грудью.

– А что же вы, девоньки, не поете? Не пляшете? Хозяев не потешите?

Сестры вытолкали нас вперед: «Давайте».

Колядки, как назло, вылетели из головы. Дашка тихонько запела:

– От улыбки хмурый день светлей…

Деваться было некуда. Я подхватила.

– Вот молодцы! – восхитилась тетя Феня, когда мы закончили. – Порадовали.

Потом гости и хозяева выпили, Феня собралась, и мы снова оказались на улице.

Я старалась держаться позади, чтоб меньше внимания обращали:

Отворяйте ворота!

К вам пришел Коляда!

Что ты, баба, наварила?

Что ты, баба, напекла?

Подавай сюда!

А я девочка

В красной юбочке.

Престарелые «девочки» в красных и не только красных юбочках действительно лихо приплясывали и веселили хозяев.

К нам присоединились еще несколько старух, компания получилась большая и пестрая. Направились к клубу. Там на площадке перед входом тусовалась чуть ли не половина деревни. Массовое гуляние, одним словом.

Кто-то обхватил меня за плечи, я попыталась повернуться, но держали крепко.

– Угадай? – раздалось над ухом. Голос был глухой, незнакомый, зато рукавицы, огромные, не по размеру. И вывернутый наружу мехом тулуп.

– Превед, медвед, – сказала я.

– Здравствуй, Василисушка, – прогудело в ответ. Меня развернули, и я увидела перед собой медвежью маску. Ряженый, напугавший Дашку. Я без слов быстро подцепила маску и сдвинула с лица.

– Глеб?!

Я почувствовала, как мое тело напряглось, будто натянутая струна, тронь и зазвенит.

– Здорово! Да?! – Конечно, это был он, я же чувствовала!

– Забавно, – ответила я. – Я думала, ты уехал.

– Что в городе делать? Каникулы, – он развел руками.

– Даша там, – я махнула рукой в сторону. Улыбка медленно сползла с Глебовых губ.

– Я хотел, то есть я думал, – замялся он.

– А где же Олежек? – притворно удивилась я.

– Он? Где-то здесь, – чуть слышно ответил Глеб.

– Вся компания в сборе?

Глеб опустил голову:

– Василиса, мы тогда так и не поговорили. Глупо вышло.

– Ты о чем? – Я нарочно наморщила лоб, как будто не поняла.

Люди парочками и целыми компаниями обходили нас, они шутили, смеялись, пели. Из дверей клуба то и дело кто-то выходил. Или заходил. Сыпали искрами бенгальские огни, визжали девчонки. Где-то потерялась Дашка. Мы с Глебом стояли в маленьком людском водовороте, он силился что-то сказать, я ждала.

– Василиса, я хотел попросить прощения, – выдавил он.

– За что?

– Ты знаешь, за Новый год, и потом…

Договорить не дали. Откуда-то появился Сашка в обнимку с двумя девчонками, по-моему, это были другие девчонки, хотя тех, новогодних, я не запомнила, в памяти остались только их платья.

– Чего вы тут застряли! – закричал он. – Пошли!

У девчонок блестели счастьем глаза, они весело смеялись и поглядывали на нас с любопытством.

Откуда-то вынырнул Юрка, он тащил за руку Дашку, за Дашкой уныло шествовал Олег.

– Я же говорил, что они придут! – во всеуслышание заявил Юрка. – Вот, пожалуйста! – Он картинно взмахнул рукой, как будто фокусник после удачного трюка с кроликом и шляпой.

Я нахмурилась.

– Василиса, не смотри на меня, как на врага народа, – выпалил Юрка.

– Вот ты мне нужен! – фыркнула я.

– Айда в клуб! – Юрка решил не обращать на меня внимания. И правильно сделал, потому что я уже вскипала.

Не дав мне опомниться, Юрка, подхватив Дашку с одной стороны, а Олег – с другой, поволокли ее ко входу. Сашка с девицами ринулись следом.

– Пойдем? – мягко спросил Глеб.

Я пожала плечами: «Что же с вами делать, идем».

В то же время я разрывалась на части. Бабушки обещали устроить нам вечер с гаданиями. Если мы вернемся поздно, то сестры лягут спать, и снова ничего не узнаю. Не то чтобы я верила во все эти гадания, но надо же было воспользоваться случаем. Когда еще удастся.

Глеб шел рядом, не поднимая головы. Дашка, наверное, с упоением плясала в толпе народа. Олег не преследовал меня. И вообще, мне казалось, что-то неуловимо изменилось. Хотелось моргнуть. Возможно, мне все это мерещилось. В голове мелькали мысли, что-то не состыковывалось, не выходила общая картинка. Я никак не могла собрать воедино, правильно соединить новогодний пазл.

Кто с кем? Почему сначала Олег, потом Юрка, потом Сашка? И при чем здесь я вообще? Какую роль во всей этой головоломке играет Глеб?

Меня бросил парень, это точно. Я хорошо помнила свои слезы и нежелание ехать в деревню. Так почему сейчас я думаю обо всем, что произошло, как будто это было не со мной, а с кем-то другим? Мне было совершенно наплевать на моего бывшего парня и на его белобрысую. Но не наплевать на то, кто нравится Глебу! В конце концов! Я или Дашка? Или одна из местных девчонок? Но не могла же вот так просто взять и спросить у Глеба? А он, как назло, замолчал, слова не добьешься! Может, переживает из-за Дашки? Я же так и не дала им побыть одним.