Заслужить доверие - Сандра Филд

Марни положила руки ему на плечи и, потянувшись вверх, поцеловала его.

С голодным вздохом Кэл прижал ее к себе, руки его опускались все ниже по свитеру, прижимая ее бедра.

— Ты сводишь меня с ума, — тихо прошептал он. — Такого со мной еще не было, за всю мою жизнь. — Он помолчал и посмотрел в окно, на серую пелену тумана. — Я скажу тебе, должен сказать, Марни. Я любил Дженнифер. Она была доброй и милой, и я хотел, чтобы она всегда оставалась счастливой. Но время от времени мне приходилось уезжать. Путешествовать, подвергать жизнь опасности, выполнять работу, сопряженную с риском. И даже не зная, угрожает мне опасность или нет, Дженнифер выходила из себя, когда я отсутствовал. Она всегда хотела видеть меня рядом. Хотела знать, где я и чем занимаюсь. Она не понимала, что я задыхаюсь в повседневной рутине.

Марни слушала, затаив дыхание.

— Спасибо тебе. Спасибо, что рассказал, — произнесла она. — Кэл, тебе неприятно было видеть меня здесь, в доме Дженнифер, в субботу?

— Нет, конечно, нет! Более того, ее последним напутствием для меня было не оставаться вдовцом надолго. Но ты... ты перевернула мою жизнь, Марни. Если бы я только мог объяснить тебе, что я чувствовал, когда ты стояла посреди моей кухни или, когда проходила мимо моей спальни... Господи, я слов не могу найти! — Он провел рукой по волосам. — Я ни разу не говорил Дженнифер, как тяжело не иметь своего ребенка. Я не хотел, чтобы она страдала.

— В таком случае, с субботы я усвоила две вещи. Во-первых, я не хочу играть с тобой в прятки; во-вторых, ты можешь рассказывать мне все, что захочешь.

Кэл впился в нее глазами.

— Могу? Правда, могу? Все хорошее, плохое и просто всякую чушь?

Она прыснула со смеху.

— Насчет «всякой чуши» не уверена, хватит ли мне воображения.

Он улыбнулся так широко, что в ответ она громко рассмеялась.

— Марни, — произнес он, — принимаешь ли ты мое приглашение?

— Кэл, я буду счастлива, принять его. Во сколько ты заедешь за мной?

— В пять тридцать. И обещаю накормить тебя не только картофельными чипсами и вишневым мороженым. Поэтому не вздумай надевать джинсы. — Он снова поцеловал ее. — Я боюсь, нас может услышать Кит, — переводя дыхание, проговорил он.

Все последние минуты Марни и не вспоминала о Кит. Она вдруг ощутила полную безнадежность.

— А если Кит так и будет меня ненавидеть? Что тогда?

— Не знаю, — ответил Кэл.

— Я разрываюсь на части между вами. А мне всего-то и хочется знать, что для нас троих самое лучшее. Ты когда-нибудь изменял Дженнифер? — спросила вдруг она и тут же опомнилась: — Впрочем, это не мое дело. Прости, мне не следовало спрашивать.

— Нет, конечно, нет. Я еще во многом старомоден, Марни, и брак — одна из тех вещей, к которым я подхожу со всей ответственностью.

Она поверила моментально.

— Я согласна с тобой, мы должны действовать осторожно. Свидание. Для начала речь, только о нем. Так на какой фильм мы пойдем?

— Посмотрю завтра в газете, что идет в кино.

Она подарила ему улыбку.

— Пожалуй, поеду. Теперь я получила все, что хотела.

— Прямо-таки и все, Марни?

— Может, и не все, и, возможно, меня это тоже сводит с ума. Ты не проводишь меня до машины? Я оставила ее у дороги.

— Ты мне нравишься, Марни Карстайрс, — грубовато заметил Кэл. Потом огляделся, ища свою футболку. — Давай выйдем здесь. — Они двинулись к задней двери; никогда еще запах хвои не казался Марни таким острым, а туман — таким соленым и загадочным. До машины они дошли слишком быстро. — Надеюсь, твоя развалюха благополучно доставит тебя домой, — заявил Кэл, поцеловав ее в шею.

Она села за руль.

— Не беспокойся. Спокойной ночи, Кэл, — ответила она и тронулась с места, наблюдая в зеркале заднего вида высокого темноволосого мужчину, салютующего ей в знак прощания поднятой рукой.

Потом он исчез, и в голове ее неожиданно пронеслась безумная мысль: неужели это и есть любовь? Невероятная смесь возбуждения и эмоций, взаимопонимания и вожделения?

Откуда ей знать? Она никогда не любила.

По дороге домой Марни сделала остановку в Рокклиффе, что был, между Фолкнер-Бич и Галифаксом, и зашла в один из местных магазинов. Она точно знала, что делает.