Счастливый момент - Джулия Тиммон

— Как знаешь. — Люк повел плечом.

Серж сделал первый глоток, собираясь с мыслями. Поделиться с другом своими переживаниями он подумывал, еще лежа в больнице.

— Понимаешь, с Джун мы познакомились очень давно, лет девять назад. Я тогда еще мальчишкой был, школьником. А она уже поступила в университет и начала работать.

— Так ты младше ее? — Уголки губ Люка изумленно опустились вниз. — Никогда бы не подумал!

— Она старше меня всего года на два и мне на это наплевать! — с чувством произнес Серж, решительно отставляя кружку. — Дело в другом.

Я привык смотреть на Джун как на недосягаемую звезду, как на некое совершенство. А в ту ночь, когда мы ушли с ней из «Бездны», я увидел в ней и беззащитную женщину, которую надо окружить заботой. И как будто помешался, ей-богу, буквально заболел ею. Представляешь?

— Значит, влюбился, — заключил Люк, глядя на друга с видом эксперта. О том, что сам заинтересовался Джун, он словно уже и не помнил.

— Наверное, — признался Серж, слегка краснея. — По-другому мое безумное состояние и не назовешь.

— Так в чем же, собственно, проблема? — спросил друг, отпив из кружки. — Что-то я не понимаю.

Серж нетерпеливо вздохнул, потер лоб ребром ладони.

— В тот вечер, когда нарвался на этих придурков, — он легонько коснулся шрама на шее пальцами, — я должен был позвонить Джун. Мы собирались встретиться…

Люк кивнул, вспоминая их последний разговор.

— Так вот, — продолжил он, не пытаясь скрыть волнения, — лежа в больнице, я бредил ею, сто раз представлял себе, как мы встретимся, как я все ей объясню и она поймет меня правильно… — Он замолк и медленно покачал головой.

— Не поняла? — исполненным сочувствия голосом спросил Люк.

Серж шумно вздохнул, делая страдальческую мину.

— Вообще не захотела со мной встречаться сегодня. И завтра тоже.

— Неужели рассказ о стычке с малолетками не подействовал на нее должным образом? — У Люка недоуменно вытянулось лицо.

Серж замахал руками.

— По телефону об этой стычке я ничего не стал ей рассказывать. Женщины такой народ — могут напугаться, что-нибудь не правильно истолковать.

Хотя, — добавил он убито, — если ты им безразличен, то и твое здоровье, разумеется, до лампочки.

— С чего ты взял, что безразличен Джун? — Люк тоже поставил кружку с пивом на стол и подался вперед. — Она на это намекнула?

Друг с печальным видом покачал головой.

— Вроде бы нет. Но ее холодный тон буквально выбил меня из колеи, понимаешь? Я весь день хожу сам не свой, как будто потерял какую-то ценность или продул состояние.

Люк всмотрелся в его грустные, как у бездомного пса, глаза и вдруг рассмеялся.

— А чего же ты ожидал, старик? Ты назначаешь даме свидание, говоришь, что предварительно позвонишь, сам пропадаешь на три недели и хочешь, чтобы теперь, едва заслышав твой голос, она запела соловьем?

Серж взглянул на него в растерянности.

— Нет конечно. Но эта ее сегодняшняя сдержанность полоснула меня как ножом по сердцу, — пробормотал он. — И потом, если бы я был уверен в ее взаимности… Она всегда относилась ко мне по-дружески, но о любви, по-моему, и не помышляла… Черт! Я окончательно во всем запутался!

Люк с улыбкой всезнающего учителя откинулся на спинку кресла и внимательнее всмотрелся в лицо друга.

— Плохи твои дела, приятель. Впервые в жизни я вижу тебя таким растерянным и неуверенным. Ты подхватил неизлечимую болезнь: влюбился по уши. Случай безнадежный.

— Оставь свои шуточки! — Серж раздраженно махнул рукой, на которой краснел косой шрам.

— А я вовсе и не шучу! — ответил Люк. — У меня особый дар определять, серьезно человек влюбился или так, мимолетно увлекся.

Если хочешь, давай поспорим: я уверяю тебя, что со своей Джун ты скоро встретишься и вы проживете благополучно до глубокой старости. — Он протянул руку, готовый заключить пари.

Серж покосился на нее с недоверием и покачал головой.

— Нет, на такие вещи я не спорю. — Его губы чуть дрогнули в улыбке. — Но в твои предсказания охотно поверил бы… — он беззлобно усмехнулся, — госпожа гадалка!

— И поверь! — заявил Люк. — Чутье в этих вопросах никогда меня не обманывает.

Его друг рассмеялся.

— И сколько же счастливых пар на твоем веку прожили всю жизнь и умерли в один день?

Люк ничуть не смутился.

— Да, лет мне не так уж и много, но чудесный дар обнаружился у меня давным-давно. Моя тетка повстречалась с человеком, за которого спустя год вышла замуж, когда я, что называется, еще под стол пешком ходил.

Как только я его увидел, сразу заявил: «Хочу, чтобы он был моим дядей!» И что ты думаешь? Они вот уже двадцать три года живут душа в душу.

— И я бы так не отказался. С Джун, естественно, — заметил Серж.

— Я правду тебе говорю, вот посмотришь. Люк погрозил приятелю пальцем. — Только попробуйте не пригласить меня на свадьбу.

— Ладно, хватит каркать. — Серж поморщился. — О свадьбе я еще и не задумывался. Влюбиться — это одно, а жениться — совсем другое.

Не знаю, решусь ли я когда-нибудь расстаться со своей свободой…

— Ты? — Люк так и прыснул. — Еще как решишься! Да ты уже готов бежать со всех ног к алтарю. По твоей физиономии видно.

Серж смерил друга насмешливым взглядом, но ничего не сказал. На самом деле его уже не раз посещала мысль о том, что, если Джун ответит взаимностью, он постарается как можно быстрее сделать ее по-настоящему своей…

Возможно, слово «женитьба» еще и не мелькало в его сознании, но всем своим существом он стремился именно к этому: к полному единению с женщиной, по которой буквально сходил с ума.

Только с друзьями этими своими тайными мечтами он был еще не готов поделиться — слишком боялся, что они не осуществятся. Поэтому и разыгрывал из себя убежденного холостяка. Впрочем, довольно скверно.

— Жюли замучила меня расспросами о тебе и о «той стриженой», — сказал Люк, допив пиво и снова наполнив кружку. — А когда узнала, что ты в больнице, засобиралась тебя навестить. Я сказал, что к тебе пускают только близких родственников. Она вспылила: «И кем же ему доводится эта пигалица?»

Он отпил пива.

— Я ответил, что Джун не пигалица, а самая очаровательная из всех женщин, каких я когда-либо встречал. Можешь себе представить, как на это отреагировала Жюли?.. Эй, приятель, ты что, совсем меня не слушаешь?

Серж вздрогнул. Из рассказа Люка он и впрямь не уловил практически ничего. Разглагольствования о Жюли и ее нелепых выходках навевали на него тоску.

— Ой, прости, — пробормотал он, беря кружку. — Я в самом деле все прослушал. Задумался.