Миг бесконечности. Книга 2. Волшебный свет любви - Наталья Батракова

– Погоди, дай сосредоточиться, – приложила руку к виску Катя. – Ты настолько образно и быстро мыслишь, что я за тобой не поспеваю.

– А ты попытайся представить: вот ваша семья, Земля то есть, цветущая, благоухающая, – Генрих подтянул к себе вазочку со скромным живым букетиком. – Вот ваш озоновый слой, – обвел он ее руками. – Вот он исчезает, – он убрал руки. – Внешне вроде ничего не изменилось, но вредоносное ультрафиолетовое излучение постепенно, день за днем, делает свое черное дело. Скажем, вот так, – принялся он увлеченно заламывать головки мелких цветков в букете. – Еще чуть-чуть – они завянут, скукожатся, высохнут. Потом нагрянут ураганы, песчаные бури, смерчи, – с этими словами Генка выдернул букетик из вазы, вылил из нее в пустой фужер воду и поставил на стол кверху дном. – Все, ничего не осталось! Достаточно легкого порыва ветра и – бац! – рассыплется в прах! – щелкнул он ногтем по керамике.

Ваза тут же завалилась на бок, при этом толкнула соседний пустой бокал, который с грохотом шмякнулся на пол и разлетелся вдребезги.

– Молодые люди, вы что тут хулиганите? – грозно разнеслось по залу.

Генрих с Катей удивленно обернулись: на всех парах к ним летел официант в сопровождении администратора. Люди за соседним столиком замерли, перестали есть и с нескрываемым любопытством уставились сначала на странную парочку, затем на работников заведения, а также на двух дюжих охранников, довольно шумно торопившихся к ним на помощь.

– Извините, извините нас, пожалуйста, – густо покраснела Катя.

– Простите, увлекся, – виновато развел руками Генрих, быстро перевернул вазу, перелил из фужера воду и всунул порядком потрепанный букетик цветов. – Я все оплачу, не волнуйтесь, – глянув на мелкие кусочки на полу, потянулся он за портмоне.

– Конечно, оплатите! И за букет заплатите, и за фужер. Не простой, между прочим, а изготовленный по спецзаказу! Еще и милицию вызовем! – мстительно заявила пышногрудая дама в униформе.

– Заодно прессу и сотрудников немецкого консульства пригласите, – подсказал Генрих. – Впрочем, прессу не стоит, она уже присутствует. Вот, пожалуйста, – вытащил он из другого кармана немецкий паспорт и удостоверение сотрудника престижного европейского журнала.

– Да видели мы эти книжечки в переходе, там и не такое продают, – угрюмо пробурчал один из охранников, положив на плечо Генриха огромный кулачище. – Куда их теперь? За дверь? – спросил он у администраторши.

Та нерешительно перевела взгляд с паспорта на его обладателя.

– Что здесь происходит? – негромко раздалось за спинами.

Одного голоса было достаточно, чтобы и охранники, и дама в униформе вытянулись по стойке смирно.

– Вот, Евгений Борисович, шумят, посуду бьют, – пожаловалась администратор и показала глазами на паспорт на столе. – Не знаем, что делать.

– Бокал разбился случайно, но я готов возместить ущерб, – поняв, кто здесь главный, обратился к неожиданно появившемуся мужчине Генрих. – Заодно и написать об уровне обслуживания в вашем «элитном» ресторане. Двадцать минут сидим, а никто даже не подумал принять заказ. Я заберу, вы не будете возражать? – потянулся он к рекламному буклету на краю стола. – Чтобы название не забыть. Европейской аудитории будет весьма полезно почитать, – недвусмысленно добавил он.

Одетый с иголочки мужчина изучающе посмотрел на посетителя, затем на лежащий на столе паспорт, задержал взгляд на пластиковом удостоверении с фотографией, с минуту помолчал и вдруг расплылся в учтивой улыбке.

– Простите. Это досадное недоразумение. Мы всегда рады гостям столицы и уж тем более дружим с прессой. Никакого ущерба не было и нет, – произнес он и тут же красноречиво зыркнул в сторону притихшего персонала. – Чего застыли как истуканы? Марш на вход! – зашипел он сквозь зубы.

Дюжих охранников и администраторшу с официантом точно ветром сдуло.

– Извините, но в Москве такая проблема с кадрами. Сплошь лимита и приезжие: пока их обучишь, – посетовал он. – Я готов загладить вину и компенсировать возникшие неудобства за счет заведения. Евгений Борисович Лавров, директор. Вот моя визитка. Если вы не против, я приглашаю вас отобедать в кабинет для VIP-персон…

Хмыкнув, Генрих посмотрел на Катю, как бы спрашивая ее. Та едва заметно отрицательно качнула головой.

– Нет, вы знаете, у нас уже не получится, – демонстративно посмотрел на часы Вессенберг. – Не вписываемся в график. Увы, пока дожидались вашего официанта, лимит времени вышел, – вздохнул он и убедительно соврал: – Торопимся на пресс-конференцию в мэрию. Но в любом случае спасибо за приглашение. Пойдемте, Екатерина Александровна. Нас наверняка уже ждет машина, – добавил он для пущей важности.

– Может быть, вечером заглянете? – еще раз попробовал исправить ситуацию директор. – Я зарезервирую вам столик.

– Вечером мы приглашены на прием в посольство, увы, – развел руками Генрих. – Но, возможно, воспользуемся вашим приглашением в следующий приезд. Если, конечно, нас снова не встретят по одежке, – усмехнулся он. – Объясните своему персоналу, что форма одежды у людей нашей профессии может быть разной: губернатор тоже не в деловом костюме утром с нами область объезжал.

– Да-да… Конечно, мы это учтем, – впечатлившись, забормотал директор.

Пройдя с посетителями до гардероба, он лично помог даме одеться, проводил до дверей, которые одну за другой тут же услужливо распахнул охранник, десять минут назад предлагавший вышвырнуть их за дверь.

Посмеиваясь в душе над такими переменами, Катя отступила в сторону, чтобы дать дорогу входившим в этот момент в ресторан людям, подняла голову и застыла. Пропустив перед собой красивую, ухоженную даму в мехах, в дверях появился… Вадим Ладышев. Растерявшись не меньше Кати, он машинально шагнул назад за порог, дав ей возможность выйти. Но она не могла сдвинуться с места. Немая сцена продолжалась несколько секунд.

– Проходи, Катюнь, – легонько подтолкнул ее в спину Генрих.

Спустившись со ступенек, она оглянулась. Поймав ее взгляд, недоуменно смотревший вслед Ладышев быстро скрылся за дверью.

– Ты чего? Жалко было уходить? Теперь в этом заведении как минимум трех человек лишат премии, – взял ее под руку развеселившийся Генрих. – Ладно, пойдем, поищем что-нибудь подемократичней.

Буквально в квартале от ресторана они завернули в пиццерию, где их сразу посадили за приглянувшийся столик у окна, быстро приняли и довольно быстро приготовили заказ.

– Ты чего снова такая смурная? – спросил Генка, расправляясь с блюдом. – Расстроилась, что рыбку не попробовала? А пицца здесь очень даже ничего! Не хуже, чем в Италии. Ты чего не ешь?

– Аппетита нет, – оторвавшись от созерцания снующих за стеклом прохожих, ответила Катя и нехотя придвинула к себе заказанный вегетарианский салат.

– Еще бы! Одной травой питаться! А давай выпьем? Сухое белое, как ты любишь. Эй, официант! – поднял он руку.