В поисках хороших парней - Белинда Джонс

– Извини за беспокойство, – я пустила в ход свою самую обворожительную улыбку, – но мы как раз проезжали мимо и хотели найти настоящего хорошеевца. Ты случайно не оттуда?

– И да и нет, – улыбнулся он в ответ, загадочно откинув голову. – Я действительно живу здесь, но вообще-то я из Нью-Йорка.

– Ничего себе, далеко же ты забрался от дома! – воскликнула я. – И что привело тебя в Хорошеевск?

Не заметив моего удивления, он признался:

– Здесь всем наплевать, можешь безнаказанно делать все что угодно!

Тысячи колокольчиков забили сигнал тревоги. Но они не могли отвлечь меня от его зеленых гипнотических глаз – или от моей главной миссии: выяснить правду о мужчинах Хорошеевска, а именно: насколько они хороши.

– Да, они хорошие. И я один из них, – настаивал он, добавив: – Конечно, иногда это считают недостатком. Другие могут воспользоваться вашей добротой, поэтому некоторым из нас и приходится защищаться.

Это один из способов оправдать сомнительную репутацию, которая преследует местных? Или они действительно не такие уж плохие, как все говорят?

– Просто здесь очень много эксцентричных людей. Они не боятся быть самими собой.

Обожаю парней с теориями – в отличие от тех, кто тупо пожимает плечами и мямлит «не знаю». Итак, пока он на подъеме, я не могла не задать ему следующий вопрос:

– А как ты думаешь, почему девушки встречаются с плохими парнями?

– Настоящие женщины любят настоящих мужчин. Плохие женщины любят плохих мужчин, – подытожил он с лукавой улыбкой.

В ответ я только хихикнула. Какие удивительные беседы можно вести с далеким от совершенства незнакомцем, прислонившись к бензоколонке! Никогда не думала, что вид потрепанного жизнью парня, раскачивающегося на велосипеде, может быть таким возбуждающим. Мне на секунду представилось, как я слизываю остатки орехового масла с его губ. Но я даже не знаю его имени…

– Джино Бонфилия – представился он с шикарным итальянским акцентом.

У меня просто ноги подкосились. Говорю вам, если бы он в этот момент наклонился поцеловать меня, я бы ответила на поцелуй со всей страстью.

– А ты женат? – спросила я, надеясь, что его это не смутит.

– Разведен, – ответил он. – Моя бывшая жена управяет таверной «Каменный дом».

– Да? – Я припомнила название. – Мы проезжали ее по пути сюда.

– После меня она вышла замуж за англичанина. До этого он был владельцем «Лорда Дерби», а теперь им заведует его бывшая жена. Она испанка.

– Надо же! – произнесла я только для того, чтобы поддержать разговор. – Кто бы мог подумать, что на Чистом озере живут такие космополиты!

Оказалось, что Джино тоже имеет некоторое отношение к бизнесу, связанному с торговлей спиртным. Правда, он не баром заведует, а собирает пустые жестянки и бутылки и сдает их. Уж не знаю, что отразилось на моем лице в ответ на такое признание (поверьте, я его совсем не осуждала!), но он быстро добавил, пытаясь продемонстрировать положительную сторону своей профессии:

– Зато я индивидуальный предприниматель, сам себе босс!

Его улыбка во весь рот заставила меня тоже улыбнуться. Но я с трудом могла представить, что такой аргумент мог бы подействовать на моего папочку. А мне, например, простота образа жизни казалась сексуально привлекательной. Меня бы совсем не беспокоило, что мой муж собирает банки и бутылки. А может, как раз это должно меня беспокоить? Может, именно в этом моя проблема?

Пока я размышляла над этим, Джино вкратце рассказал всю историю своей жизни. Он женился в девятнадцать, в двадцать два стал отцом и таким образом лишил себя молодости, а теперь находится в поисках себя: кем он хочет быть и что хочет делать.

– Я из хорошей семьи, – похвастался он и с гордостью сообщил, что его мама – известная художница, сестра – знаменитый шеф-повар, а его дед когда-то владел газетой «Денвер пост».

Теперь мне стало еще интереснее выяснить, как это он умудрился так сбиться с пути истинного. (Хотя, помня о его первых словах – «здесь можно делать все что угодно, и тебе за это ничего не будет», – легко догадаться, как именно.)

– Я скучаю по семье, – признался Джино. – Но в данный момент наслаждаюсь своей независимостью.

Итак, видимо, о каких-либо отношениях вопрос не стоит. Наверное, оно и к лучшему. Я не смогла бы жить в автоприцепе. Я слишком большая неряха. Через пару месяцев наше жилище превратилось бы в мусорное ведро.

Тут Джино сообщил, что ему пора возвращаться на работу.

– Пока, – помахала я ему вслед.

– Меня вообще удивляет, что он работает, – пропела Эмили, подходя ко мне. – Подумай о тех деньгах, которые ему наверняка подарила Зубная фея.

– Очень смешно. – Я бросила на нее испепеляющий взгляд.

– Ну, ты взяла у него телефончик? – спросила она уже в машине.

– Сомневаюсь, что он у него вообще есть, – призналась я.

– Ну, если так, ты всегда сможешь указать ему дорогу к своему дому, оставляя на пути консервные банки…

Я шутя ее стукнула.

– Ладно, на самом деле я хотела спросить, вытеснил ли он из твоего сердца ковбоя Кейси? – спросила Эмили.

Я задумалась. Джино был таким свободным и умудренным опытом, что по сравнению с ним Кейси выглядел наивным ребенком. Однако я уже встречалась с вечно безденежными хиппи не один раз, и после всего того, что Джессика рассказала нам вчера вечером, я ни за какие блага мира не согласилась бы жить в Хорошеевске. Значит, выиграл Кейси. Назад к джинсам!

– А жаль, – вздохнула Эмили.

– Почему это? – нахмурилась я.

– А я только что придумала, какая песня была бы самой подходящей на вашей свадьбе с Бонфилия.

– И какая же? – спросила я осторожно.

– Канкан, – захохотала она. И я должна это выслушивать!

Впереди у нас было полно времени, и мы решили объехать все имеющиеся в Приозерске отели и гостиницы, чтобы сравнить цены, предлагаемые удобства и уровень безопасности. Но нам не удалось уехать дальше гостиницы «Якорная стоянка» из-за сверкающих глаз клона Лесли Нильсена, стоящего за административной стойкой. (Волосы с сединой плюс отменное остроумие – абсолютно во вкусе Эмили.) Когда мы поведали ему, что сбежали из Хорошеевска, он закатил глаза и сказал:

– Вы видели там указатель, на котором написано «Маленькая Швейцария»?

Мы утвердительно кивнули.

– Поверьте мне, хоть швейцарцы и держат нейтралитет, но если бы они увидели этот указатель, точно разбомбили бы весь город! – засмеялся он. – Господи, такое ужасное место! – продолжал разглагольствовать он, пока мы плати ли за номер и заполняли регистрационные формы.