Я болен тобой - Юлия Стоун

Надо же, после тех сообщений, когда он стоял у моего дома, так я его больше и не видела. А сколько прошло, больше месяца? Неужели проиграл свой спор и успокоился? Насколько я знаю, тут учатся до конца четвёртого курса, а пятикурсникам учиться нужно одну-две пары в день по вечерам и в другом здании. И то, всего пару месяцев, а потом их ждут уже на ГОСы с дипломными работами. В общем, я рада, что скоро я его совсем видеть перестану, потому что этот парень вселяет в меня страх и ужас. И немножечко любопытство.

Вечером мы отрываемся у Сони. Антон все сто пятьдесят раз обыгрывает меня в приставку, чувствую себя полным лузером. Пока проигрываю, пишу Жене сообщения о том, что он гад, не обучил меня играть на своей приставке и теперь я в лузерах.

– Кому строчишь? Жалуешься, что проигрываешь?

Ха-ха, гад.

– Да, жалуюсь, своему однокласснику.

Он удивленно поднимает брови и в момент меняется в лице.

– До сих пор близко общаешься со своими одноклассниками?

Не понимаю подтекст вопроса, он решил меня и на этом пункте опустить?

– Только с одним, и мы всегда были близки, и до сих пор каждый день переписываемся.

Антон задумчиво смотрит на мой телефон и предлагает продолжать мне проигрывать в приставку.

Пришли ещё Ира и Маша, наши одногруппницы, и вот тут у меня мелькает мысль, а что здесь делает Антон? У них с Соней что-то есть? Если да, то что здесь делаю я? Ира и Маша не собирались оставаться, подумываю слиться вместе с ними, когда они засобираются домой.

– Кэт, ты обиделась? – Антон неправильно интерпретирует мою задумчивость, когда ловит меня за мытьем посуды на кухне.

– Что? Нет! Просто думаю, может я чего-то не знаю про тебя, и ты мне сам сейчас честно расскажешь? – подкалываю его, а он весь подбирается, в яблочко.

– Я не могу тебе всего рассказать, – опускает глаза. Ничего себе. Та-а-ак, очень интересно.

– Расскажи, что можешь.

– Думаю, ты сама все должна понять.

Черт, ничего я не понимаю, но киваю, может поведётся на блеф.

– Как давно? – блин, хоть бы вопрос был в тему.

– Я сразу все понял.

Ну пипец. Моя дедукция сломается. Это уравнение, где слишком много переменных. Методом подбора не решить. А ответов в конце учебника не предусмотрено.

Глубоко вздыхаю. И начинаю ржать.

– Антон, если честно, я ничего не понимаю, так что или выкладывай сам, или я свалю с Машей и Иркой, когда они пойдут домой.

Подозрительно смотрит на меня, а потом немного наклоняет голову на бок и улыбается.

– Я думал ты умнее.

Вот гад. Фыркаю в ответ и говорю девочкам, что сестра попросила приехать домой сегодня. Сваливаю домой, к черту, меня чужие секреты не интересуют.

Весь вечер перед сном переписываюсь с Женей. Он мне кидает видео из колледжа, куда будет поступать, снимал его еще в октябре, красивый кампус.

Последний месяц нашего общения сводится к поговорке «вода камень точит». Он достает меня с этим колледжем, так что я сама уже начала смотреть информацию про обучение там. Не думаю, что хочу просить родителей оплачивать мое обучение в Англии. Мой институт ничем не хуже! Только кампус в области и ехать на маршрутке.

Глава 20

Скоро Новый год и началась уже зачетная неделя. Я думала, будет хотя бы немного сложно, Настя меня так запугала первой сессией, что я прямо предвкушала эти сложности.

Но, нет. Самое сложное было – натренировать Соню и Антона на задачи по линейной алгебре. Наконец я поняла весь ужас работы репетиторов, мне искренне стало их жаль. Когда ещё училась в школе и посещала разных репетиторов по математике, практически всех из них я считала неуравновешенными психопатами или истеричками. Сейчас я сама готова побить линейкой своих одногруппников за то, что они не понимают элементарных вещей и даже после десяти решенных задач на одну и ту же тему – допускают глупые ошибки в расчётах! Я стала сомневаться в их умственных способностях, но понимаю, что просто они не потратили своих десять тысяч часов в жизни, чтобы довести сферу математики до профессионализма.

Всю математику мне поставили автоматом, а кроме математики тут ничего сложного и быть не может. Первые зачеты оказались очень просты в получении, для меня. Многие мои одногруппники пыхтели как паровозы и дрожали как осиновые листочки перед дверьми кабинетов, где проходили зачеты. Я им даже завидовала, думала эта сессия вызовет во мне эмоции, какие-то новые ощущения, но все похожие ощущения у меня закончились еще в девятом классе на олимпиаде по математике.

Теперь я уже хочу попереживать за экзамены, которые будут сразу после Нового года, а точнее только за один экзамен – философию. Так я и не смогла проникнуться добрыми теплыми чувствами к этому предмету, а он у нас ещё и в следующем семестре будет. Преподаватель сказала мне, что я могу просто вызубрить и ответить на экзамене, необязательно пропускать все мысли через себя, посоветовала вернуться к сути философии через несколько лет. Ну конечно, такой предмет мне вряд ли и через несколько лет будет под силу, сдам и забуду, как страшный сон.

В принципе, можно было бы уже в конце декабря уехать к родителям и вернуться перед экзаменами в начале января, но жалко Настю оставлять на Новый год одну. Надеюсь, ей не назначат дежурство в новогоднюю ночь. Да и потом, я лучше проведу две недели в Сочи в конце января, когда родители будут на работе, так меньше донимать с расспросами будут. Жене я ещё не говорила точные даты приезда, он сказал, что сможет подстроиться под любые мои даты. Интересно как? У него что, свободное посещение?

***

Двадцать седьмое декабря. У нас последний зачёт. Все очень счастливы, что закрыли первый этап сдачи тестов, поэтому настроение у моих одногруппников приподнятое. Это будет мой первый Новый год в столице. Все, кому не лень зовут к себе в гости, но Настя позвала своих друзей, и я хочу остаться с ними.

На часах время ещё детское и мы с Антоном и Соней решаем пойти в кино, все равно экзамены начнутся уже после Нового года, можно отпраздновать завершение зачетной недели. Антон сказал, что возьмёт наши куртки пока мы с Соней заберём зачётки из деканата.

Пока поднимаемся в деканат узнаю у Сони новости про Лёню. Оказывается, они больше не общаются, точнее он ей не