Не думай обо мне - Алёна Снатёнкова

– Ну, и что это было? Не хочешь объяснить, почему я не могу встретиться со своим другом?

Почему Артём так себя ведет?

– С другом? В какой момент Ярослав успел стать твоим другом?

Встаю и, обойдя стол, останавливаюсь напротив Козловского.

– Не тебе решать, кого я могу так называть, а кого нет.

– Я и не решаю. Я говорю, что между тобой и Власовым не может быть никакой дружбы. Все ясно?

Издевается?

Ничего мне не ясно.

– Я промолчала только из-за спора.

– Спор здесь при чем?

– В смысле? – Сегодня моя сообразительность захромала. – Ты загадал желание, я его исполнила.

– Я ничего не загадывал, Комиссарова, – хмыкнул он. – Ты, как обычно, сама все додумала.

Чего? Он же сам сказал, что…

Стоп!

– Ты говорил про вчерашний вечер.

– Допустим. И?

– Про то, что я просила тебе напомнить о своих планах.

Что происходит? Уже не смешно.

– А ты просила?

– Нет. Не просила.

– Тогда к чему весь этот разговор? – нагло заявил он, чуть наклонив голову. – Кстати, я оценил твои актерские способности. До Оскара пока не дотягиваешь, но талант определенно есть.

Да плевать, что он там оценивал.

Козловский меня обыграл.

Опять. А-а-а-а, как же бесит.

Следующим утром, когда Артём уезжает, а я остаюсь одна, собираюсь с мыслями и делаю то, чего не планировала делать. Да-да. Звоню Маринке и жалуюсь ей на трудную жизнь девушки, живущей в одной квартире с вредным красавчиком.

– Да ты издеваешься? – визжит она в трубку так, что мне приходится убрать телефон от уха. – У тебя там такая Санта-Барбара разворачивается, а ты решила в молчанку со мной поиграть? Комиссарова, скажи, кто ты после этого?

– Только обиженку не включай, и без того все сложно.

– Ой, да какие там сложности? Ты сама их придумала. Козловский просто втрескался в тебя, поэтому и рычит, как бульдог. Мужиков, что ли, не знаешь? Хуже баб себя ведут.

– В смысле?

– Влада, ты как ребенок. Как думаешь, почему он против того, чтобы ты повеселилась с Власовым? Он ревнует. И скорее руку себе откусит, чем признается в этом. Из-за этого Артём и злится. Потому что понимает, что запрещать тебе делать что-то он не может, вы же не пара, и из оружия у него остаются только уловки. На которые ты и ведешься, между прочим.

Я смеюсь.

Так как это самая бредовая идея из всех возможных. Уловки? О чем она говорит? Артём не такой человек. Он точно не станет придумывать какие-то махинации, чтобы меня возле себя держать. Козловский – прямолинейный. И гад к тому же. Он это дело провернул, чтобы просто отомстить за все мои выкрутасы и свои испорченные нервы.

А ревность… Может, чуточку. И то не ко мне, а к Яру. Вдруг Артём боится, что я у него друга уведу и останется он один в песочнице играть.

– Ермакова, последний раз тебе говорю, завязывай с романами. Козловский точно не герой из твоих любимых книжек. Он скорее тот, кого убивают перед эпилогом.

– За что?

– За все злодеяния. С хитрыми и мстительными засранцами только так и надо.

– Ну да. Обычно от злодеев избавляются, но ты точно уверена, что Артём такой? В смысле, он же разрешил тебе остаться, рядом с кладбищем два раза засветился ради тебя. А еще он терпеливый, сообразительный, как я поняла, и…

– Если ты собралась переметнуться на сторону врага, то предупреждаю, предателей я расстреливаю.

– Козловский – козлина, – выпаливает она. – Таким был, таким и останется. И не ревнует он. Сдалась ты ему, чтобы ревновать.

Эй.

Это что началось?

– Так, подруга, ты палку-то не перегибай.

– А что я такого сказала? Если подумать и отключить мой затуманенный мелодрамами разум, то ты права. Артём – взрослый мужик. Красивый. Богатый. У него крутая тачка. Мечта любой женщины, одним словом. Зачем ему забивать голову мыслями о дочери друзей его родителей, которая через пару недель уедет от него? Незачем. Ему нужна…

– Стоп!

Не хочу я слушать о том, кто нужен Козловскому. Даже думать об этом не хочу.

– Сейчас ты забиваешь мою голову глупыми мыслями. Зачем я тебе вообще позвонила?

– Ну вот, а сейчас злишься ты. Вы с Артёмом – твердолобые. Идеальная пара. Так и будете вокруг ворот ходить и лбами биться. Поумней, и тогда в голове все прояснится.

Лбами мы уже бьемся. Это весело, но…

– А мне и умнеть не надо. Я уже все поняла.

Если Артём ревнует, то это можно с легкостью проверить.