Поцелуй куртизанки - Мэри Блейни

— Мисс Кастеллано, вы можете сказать, когда именно заболела ваша горничная?

Мия объяснила, что Джанина вообще плохо переносит дорогу, но в последний вечер она не только жаловалась на тошноту, у нее был жар. И у нее болело все тело.

— Я передал врачу, что сказал грум, — пояснил лорд Дэвид. — Что его товарищ внезапно почувствовал себя плохо минут за двадцать до того, как кучер ослабел и упал на землю.

Врач повернулся к лорду Дэвиду:

— Я отправлю в дом посыльного и передам Кантуэллам чтобы они освободили помещение. Затем вы, мисс Кастеллано, и слуги, которые прибыли с вами, проведете там семь дней в карантине. К тому времени мы должны установить, заразна ли эта болезнь и что это вообще такое. — Мистер Новинс переключил внимание на Мию. — В карантине шансы заболеть не увеличатся. Что бы это ни было, вы уже и так контактировали с больными.

Мия не смогла удержаться, чтобы не прошептать с ужасом:

— Оспа! Вы боитесь, что мы подхвати оспу?

— Возможно, — со сводящим с ума спокойствием согласился врач. — Но возможно, что все три заболевания не связаны между собой.

— Мистер Новинс, это было бы слишком невероятным совпадением.

Мия не желала, чтобы с ней обращались как с дурочкой, которая не хочет знать правду, и надеялась, что ее тон не оставил в этом сомнений.

— Да, это было бы удивительным совпадением, но не невозможным. Мисс, это не обязательно оспа, это может быть какое-то другое заболевание.

— Вот это вероятнее.

«Хотя ничуть не утешительнее».

Лорд Дэвид кивнул и повернулся к Мие.

— Мы не поедем в Пеннфорд, пока не узнаем, что это.

Он скрестил руки на груди.

— Конечно, нет! — Мию привела в бешенство мысль, что он считает ее такой эгоисткой. — Я бы ни за что не стала так рисковать. Никогда! Я буду делать то, что говорит мистер Новинс.

Лорд Дэвид кивнул, однако по выражению лица было ясно, что ему самому эта ситуация не нравится.

— И на будущее, милорд, мистер Новинс: не скрывайте от меня правду из опасения, что со мной случится истерика. Гнев и истерия — совершенно разные вещи, и вам, лорд Дэвид, следовало бы это понять, вы ведь видели Джанину. Она часто бывает истеричной.

— Очень хорошо, мисс Кастеллано. Полагаю, ваш английский и ваш характер позволяют вам выслушивать подробности.

Врач поклонился ей, и она кивнула в ответ.

Мия желала услышать такое же заверение от лорда Дэвида.

— Лорд Дэвид?

— Мисс Кастеллано, ваш английский превосходен. А ваш характер — это легенда.

Мия поняла, что это был вовсе не комплимент.

— Остается вопрос, по силам ли вам это испытание? Через неделю мы узнаем, склонны вы к истерикам или только к вспышкам гнева.

Их отвлекла от разговора женщина, одетая как экономка, она спешила к ним по подъездной дороге. Лорд Дэвид без объяснений оставил Мию и пошел навстречу женщине. Мия подумала, что оно и к лучшему. Ее задело, что лорд Дэвид в нее не верит, и она не хотела, чтобы он это заметил.

— Мисс Кастеллано, вы перенесли эту встряску очень хладнокровно, — сказал снизу мистер Новинс.

— Благодарю вас. — Как приятно, что даже в этот тяжелый момент ее кто-то оценил. — Поездка была трудной.

— Я совершенно уверен, что вы благополучно прибудете к конечной цели вашего путешествия, хотя и позже, чем рассчитывали. — Мистер Новинс подошел ближе, а значит, ему придется еще сильнее запрокидывать голову, разговаривая с Мией. — С нетерпением жду возможности поговорить с вами, когда закончится карантин.

Мия улыбнулась со всем обаянием, на какое только была способна.

— Спасибо, мистер Новинс.

Врач покраснел и смущенно пробормотал:

— Пожалуйста.

Мия решила, что мистера Новинса можно считать милым. Он заслуживает лучшего, чем тот, кто так легко оставил его в ее распоряжении.

— Миссис Новинс будет за вас волноваться или она привыкла к неожиданностям?

— Миссис Новинс не существует. — Лицо врача приняло более строгое выражение. — Уже не существует.

— О, простите, что я затронула такую больную тему! Вы вдовец?

Мия закрыла глаза, жалея, что не может исчезнуть.

— Нет-нет, мисс Кастеллано, простите. Речь идет о помолвке. Этим летом я надеялся заключить помолвку.

Мия могла только гадать, разделяла ли дама эту надежду. Но она не успела придумать, как ей выяснить подробности: к воротам подошла экономка. Она заговорила, оставаясь по другую сторону кованой решетки. Экономка выслушала лорда Дэвида, потом, отвечая ему, повысила голос, чтобы ее могли слышать Мия и врач.

— Милорд, я не покину дом, мне сделали прививку от оспы, я останусь и буду прислуживать вам и вашей гостье. И заботиться о тех, кто заболел.

— Очень хорошо, миссис Кантуэлл. Но имейте в виду, мы еще не знаем, что это за болезнь. Существует много болезней, от которых нет прививок.

«Тиф, чума, инфлюэнца», — мысленно перечислила Мия.

Миссис Кантуэлл, похоже, удивилась.

— Милорд, это не имеет значения, я понимаю и останусь. Я никогда не оставлю мой пост.

Лорд Дэвид, по-видимому, и не ожидал меньшего.

— А мистер Кантуэлл?

— Он останется, но ему не делали прививку. — На лице экономки отразилось такое раздражение, что следующие слова она могла бы и не добавлять. — Он испугался боли.

— Хм… — Помолчав, лорд Дэвид кивнул и решительно добавил: — Мистер Кантуэлл немедленно покинет дом и остановится в деревне. А завтра он поскачет в Пеннфорд и доставит от меня письмо, в котором я предупрежу герцога о нашей задержке.

— Лорд Дэвид… — начала Мия.

Он покосился на нее.

— С вами я поговорю через минуту.

— Вот как! — Она ожидала от него ответа в этом роде, но все равно было ужасно неприятно. — В таком случае я спущусь вниз и буду стоять рядом с грумом, пока вы не найдете время дать нам свои инструкции.

Дэвид не уловил ее сарказма.

— Хорошо.

«Dio mio», — подумала Мия. Она пошутила. Но он, по-видимому, полон решимости обращаться с ней как со служанкой.

Она спустилась с козел. В данный момент нужно было думать о более важных вещах, например, об их возможной смерти.

Мистер Новинс кивнул Мии, но не подошел, чтобы помочь ей спуститься. Она приняла это как необходимую предосторожность, связанную с болезнью, и поделилась с ним тем, что ее очень заботило.

— Мистер Новинс, как вы думаете, может, отправить кого-нибудь на постоялый двор, где мы останавливались, и узнать, как самочувствие моей горничной и не заболел ли кто-нибудь еще? — Она говорила торопливо, боясь, что он прервет ее до того, как она скажет самое существенное. — Если это заразная болезнь, то она началась там или даже раньше, на первой почтовой станции.