В водовороте чувств - Дженнифер Фэй

Если честно, он сильно скучал по брату и сестре, но не хотел приезжать домой. Слишком уж тяжело. С этим местом его связывало множество неприятных воспоминаний, и у него не было такой горячей привязанности к родной земле, как у брата и сестры. Он не понимал желания Нико жить на земле предков, когда за пределами Монте-Каланетти столько интересного.

– Как красиво. – Кайла остановилась у старой каменной стены, окружавшей деревню на холме. – Замечательный вид. А что это за стена?

– Нашей деревне несколько столетий, раньше эта стена помогала отражать нападения неприятеля.

– Сложно представить, что здесь когда-то были войны. Разве есть на свете более безмятежное место? – В голосе Кайлы послышалось благоговение. – Оно обладает особенным волшебством.

– Когда-то я тоже так думал.

– Правда?

– Ребенком я часто приходил сюда. – Ему не хотелось говорить, что он убегал, чтобы не видеть, как ссорятся родители. – Представлял себя защитником королевства. На этом месте происходило много сражений на шпагах.

– Правда? Значит, вы были сэром Ланселотом? – Она попыталась представить его в доспехах.

Но он был не рыцарем, а ребенком, который хотел спрятаться и не видеть родительских ссор. Легкий ветерок налетел с холма, и Анджело вдруг захотелось, чтобы тот унес с собой неприятные воспоминания, омрачившие чудесный день.

– Смотрите. – Она указала на стайку птиц, взвившихся в небо. Они парили в небе и, описывая круги, то опускались к земле, то взмывали обратно в высоту. – Разве они не прекрасны?

Раньше он никогда не наблюдал за птицами, но теперь с восторгом следил за их слаженными движениями. Вдруг подумал, сколько еще интересного он пропустил. Снова взглянул на Кайлу. Как это он не разглядел, какой она интересный человек? И внешне и внутренне.

– Прислушайтесь.

Он напряг слух:

– Я ничего не слышу.

– Точно! Это тишина, которую нарушает лишь шелест листвы. Безмятежность.

В этом он с ней согласен. С тех пор как переехал в Нью-Йорк, он искал тишину и покой, но не находил. До сегодняшнего дня.

– Здесь начинаешь мыслить по-особенному ясно.

– Отлично. Для этого мы и отправились на прогулку. Мне нравятся эти виноградники. Интересно, как удается сделать ряды идеально ровными?

– Нико наверняка сможет прочесть целую лекцию о том, как ухаживать за виноградником. Он очень гордится своей работой.

– Вы хотите сказать, что эта земля принадлежит Нико?

– Эта земля передается в семье по наследству. Когда отец не смог ее содержать, он отдал землю нам, детям. Я к тому времени уже работал в Нью-Йорке, Марианна была еще совсем девочкой, поэтому за дело взялся Нико. Он потрудился на славу, чтобы возродить виноградник и прославить наше вино.

– Похоже, уникальная работоспособность – отличительная черта всех мужчин из семьи Аматуччи.

– По крайней мере, некоторых мужчин. – Его отец никогда не утруждал себя, о чем свидетельствовало плачевное состояние виноградника, когда он отдал его детям. – Пойдемте. Мне казалось, вы хотели увидеть Монте-Каланетти.

– Да.

Кайла по-прежнему держала его под руку, и Анджело было очень спокойно рядом с ней. Это его первая прогулка по деревне после того ужасного дня, когда отец выгнал его из дома. Когда ему случалось приезжать в Италию, он предпочитал оставаться в городе или на вилле. Не хотел любопытных вопросов или, что еще хуже, вопросов, зачем он уехал.

Пока они шли, он напомнил себе, что не стоит слишком привыкать к присутствию Кайлы. Скоро отпуск закончится, они вернутся в Нью-Йорк, где он снова превратится в мистера Аматуччи, а она в мисс Хилл. Все вернется на круги своя.