Атлас и серебро - Джейн Арчер

Несмотря на зиявшую в руке глубокую рану, Альфредо все же был опасным противником, да к тому же ему удалось завладеть кинжалом. Извернувшись, Роже все-таки выбил у испанца оружие, но в тот же миг Альфредо выхватил из-под жилетки пистолет. Ствол качнулся у самого виска Роже – мол, отойди назад. Роже отступил, но при этом вынудил противника повернуться так, что Шенандоа оказалась у испанца за спиной.

Господи, ведь Роже нужна помощь! Лихорадочно озираясь, Шенандоа увидела кинжал, оброненный Альфредо, – он так и лежал на кровати. Схватив оружие, она двинулась на Альфредо. Но рассохшиеся половицы скрипнули под ее босыми ступнями, и Альфредо повернул голову. Не растерявшись, она ударила его по руке – пистолет упал, разрядившись в пол, а Шенандоа ловко перебросила кинжал Роже.

Одним мощным броском он настиг Альфредо и прижал к его горлу лезвие кинжала. Шенандоа подобрала клинок Роже, встала рядом, готовая ударить.

– Проверь коридор, Крошка До, – приказал Роже.

Шенандоа поставила у порога лампу и толкнула ногой дверь. Затем осторожно выглянула в коридор – никого. Она вернулась в комнату и закрыла дверь. Аккуратно поставив на место лампу, подошла к Роже.

– Проверь, нет ли у него еще оружия. Стараясь не испачкаться в крови, струившейся по рукаву испанца, Шенандоа обыскала Альфредо. У того оказался охотничий нож и еще один пистолет. Швырнув оружие на кровать, она крикнула:

– Это все!

Роже, ослабив хватку у горла противника, прорычал:

– Ты и вправду вообразил, что можешь рыскать здесь и убивать людей?!

– Еще никто в жизни не смел так обращаться со мной! – оскалился Альфредо по-волчьи.

– Это не причина для убийства женщины. Альфредо плюнул в сторону Шенандоа. Роже тряхнул негодяя изо всех сил.

– Только попробуй повторить – и угодишь стервятникам на завтрак!

Как только Роже разжал руки на его горле, Альфредо одернул жилет, вынул из кармана носовой платок и кое-как стянул рану.

– Решил убить меня – так не тяни время.

– Я не стану тебя убивать по одной причине – ты мне нужен.

Альфредо в изумлении уставился на рыжеволосого.

– Считай это предупреждением. И растолкуй другим «хомбрес» в округе, что Дирк не позволит никому из них ни путаться с его женщиной, ни залезть к нему в карман. Ясно?

Альфредо злобно оскалился и пробормотал:

– Ладно, ладно, понял!

– А теперь принеси извинения леди.

– Чего?..

– Ты слышал меня. Нынче вечером ты причинил Крошке До слишком большое беспокойство. Проси у нее прощения.

Альфредо неохотно повернулся к Шенандоа и прошипел сквозь зубы:

– Мои извинения, сеньорита.

– Достаточно! – рявкнул Роже. – А теперь проваливай, да держись от нас подальше!

Альфредо метнулся к двери, но задержался на полпути:

– Это еще не конец, сеньор! – И испанец скрылся во мраке ночи.

– Роже! – вскричала Шенандоа. – Ты не ранен? – И она торопливо принялась осматривать его с головы до ног. – Иди к свету! Ты же весь в крови!

Роже позволил отвести себя к умывальнику.

– Не пойму, твоя это кровь или его, – приговаривала Шенандоа, осторожно смывая алые пятна влажной тряпкой.

– Наверное, его.

– К утру ссадины могут воспалиться.

– Не важно. Это маленькое недоразумение – именно то, что надо.

– Что ты хочешь этим сказать? – Смывая кровь, она обнаружила лишь несколько царапин.

– Ясно как Божий день, что негодяй знаком с Брайтонами. Нынешнее происшествие – отличное доказательство того, что мы достоверно изобразили отпетых бандитов, – именно таких, которых Брайтоны были бы не прочь заполучить в свою шайку. Кроме того, они узнают про тебя. И если я не ошибаюсь, Теду Брайтону просто приспичит заполучить тебя. Что он и постарается сделать. Таким образом, Альфредо сыграл нам на руку.

– Ну что ж, я буду только рада, если ты прав. Хотя, честно говоря, никогда в жизни я так не пугалась. Он же мог тебя убить!

Роже потянул за тряпку в руке Шенандоа, привлекая ее к себе:

– А тебе было бы меня жаль?

У нее почему-то перехватило дыхание. Глубокие, темно-синие глаза Роже смотрели в самую душу.

– Конечно, мне было бы жалко! Он улыбнулся.

Она надула губы и растерянно потупилась.

– В конце концов кто-то должен спасти мою сестру!

– Черт побери! Женщина, ты действительно перешла все границы! – взревел Роже.

Весело хохоча, она отскочила и спряталась за кровать. Роже помчался следом, но Шенандоа успела забраться на кровать, в самую середину, подальше от его рук.

– Ну нет, так просто от меня не уйдешь! – воскликнул Роже, ринулся вперед и упал вместе с беглянкой на податливую перину.

– О нет, – пыхтела она, пытаясь вырваться.

– О да! – возражал он, пригвоздив ее к тюфяку. – Ну вот, а теперь снова скажи, почему ты была рада, что Альфредо не удалось меня убить?

– Потому что без тебя мне не добраться... – задыхаясь, бормотала она.

– Неверно! Начни снова!

– Потому что ты должен был защищать меня и привести к...

– Снова!

– Ты мне нужен...

– Вот именно! Я тебе нужен! – подтвердил он и накрыл ее губы поцелуем, подавляя все попытки что-то возразить.

Поцелуй был долгий, он не отпускал ее до тех пор, пока она не перестала вырываться и не затихла, покорившись его воле. Напряженно глядя ей в глаза, Роже сказал:

– Для меня ты гораздо опаснее, чем какой-то там Альфредо, Брайтоны и все бандиты, вместе взятые. И мне придется держаться от тебя подальше, если мы намерены живыми и здоровыми вернуться из Мексики.

– Не знаю, о чем ты говоришь, Роже, – лукаво улыбнулась она. – Из-за тебя у меня в голове словно что-то опрокинулось!

– О, я бы с большим удовольствием снова опрокинул ее... прямо на подушку! – И он решительно подтолкнул ее на край кровати. – Ну, а теперь спи. Я устроюсь в кресле.

– Не надо, Роже. Оставайся в кровати. Тебе же будет неудобно. А я засну моментально, как только лягу. Честное слово. Просто умираю от усталости!

– Вот и выспись хорошенько. Когда объявятся Брайтоны, будет не до отдыха!

– Но как же ты, Роже?..

– Я же сказал: спи! Обо мне не беспокойся. – Он встал, взял со стула свой кольт и уселся в кресло.

Шенандоа следила за ним, не в силах побороть враз навалившуюся сонливость. Вскоре веки ее сомкнулись сами собой. Она так и не почувствовала, когда Роже вернулся в кровать и обнял ее. Рассвет застал их крепко спящими, уютно прижавшимися друг к другу.