Меж двух огней - Маргарет Пембертон

Готфрид ничего не преувеличил, утверждая, что отель совершенно новый. Среди угловатой мебели и дорогих портьер еще были заметны следы недавнего присутствия строителей. В воздухе пахло опилками, а в дальнем углу были сложены деревянные лестницы и банки с краской.

Но когда мне показали мою комнату, я не могла не признать, что лежать на новом пружинном матрасе значительно приятнее, чем на древней кровати, на которой я спала у фрау Шмидт. А заглянув в отделанную розовым и лиловым кафелем ванную и убедившись, что из блестящих новеньких кранов течет восхитительно горячая вода, я простила этому отелю все прочие недостатки. Погрузить свое усталое тело в благоухающую сиренью теплую воду было истинным наслаждением. Глаза сами собой закрылись, тело расслабилось.

Понежившись в ванне, я завернулась в мягкое махровое полотенце, прошествовала в спальню и нанесла на лицо легкий макияж. Пожалуй, не стоит расстраиваться из-за все еще заметных на лице следов усталости и стресса. Я расчесала волосы и соорудила замысловатую прическу, старательно концентрируясь на одном конкретном действии и решительно отказываясь оглядываться назад и думать о страшной смерти Кристины. Для этого еще будет время. Много времени. Только потом… позже… когда у меня будет больше сил, чтобы справиться. Если я поддамся горестным мыслям сейчас, ничего хорошего не выйдет. Дело закончится нервным срывом. Поэтому я слегка брызнула духами за ушами и на запястья, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы взять себя в руки, и отправилась искать Гюнтера.

Он сидел в коктейль-баре и смотрел через большое венецианское окно на тенистую долину и высившиеся вдалеке холмы, сейчас уже почти неразличимые в темноте. Услышав мои шаги, он обернулся.

— Превосходно. — Гюнтер окинул меня оценивающим взглядом. — Вам очень идет эта прическа. — Он встал и обнял меня за плечи. — Все готово. Мы можем выпить аперитив за столом.

— Хорошо. Я бы не отказалась от сытного ужина, поскольку почти ничего не ела весь день.

Гюнтер рассмеялся:

— Тогда давайте поспешим. Такие красивые девушки не должны ходить голодными.

Он взял меня под руку и повел через арочный дверной проем в обеденный зал. Судя по всему, строители его покинули за несколько минут до нашего прихода.

— Надеюсь, я не первый гость в этом отеле? — с сомнением оглядываясь по сторонам, поинтересовалась я. Зал был пуст.

— Ну, все не так уж плохо, — ухмыльнулся Гюнтер, — хотя в регистрационной книге ваша фамилия на первой странице. — Он передал мне меню. — Официально отель открылся неделю назад. И здесь уже было несколько гостей. Но остановился ли кто-нибудь в отеле сейчас, не знаю. Ожидая вас, я не видел никого, кроме персонала.

Я вернула меню Гюнтеру:

— Выбирайте сами. Я вам доверяю.

Он тут же схватил меня за руку:

— Достаточно ли, чтобы попросить остаться на ночь?

К немалой досаде, я почувствовала, что краснею.

— Нет… не в том смысле.

Он тихо сказал:

— Вы можете в любой момент передумать. Вечер еще не закончился.

Тут очень кстати подошел официант, и мы оставили скользкую тему, по крайней мере временно. Гюнтер изучил меню и обратился к официанту, заказывая еду и вино.

Кухня в этом уродливом отеле оказалась выше всяких похвал. Нежный прозрачный суп, потом форель и, наконец, маленькие кусочки белого куриного мяса в остром соусе со спаржей и молодыми грибами. В завершение трапезы нам подали слойки со свежей клубникой и набор сыров, удовлетворивший даже Гюнтера. Он прожевал последний кусочек камамбера, удовлетворенно вздохнул и вытер губы салфеткой.

— Теперь начинается часть вечера, которая мне не нравится, — сказал он.

Я подняла на него удивленный взгляд.

— Я должен оставить вас здесь и ехать за машиной, — объяснил он и с недовольной гримасой встал из-за стола. — Но ничего не поделаешь. Не думаю, что это займет больше получаса. — Его густые светлые волосы блестели на свету. Да и вообще он выглядел как воплощенная мечта любой девушки. Эдакий мистер Очарование. — Где вы подождете, в гостиной или в коктейль-баре?