Сердце Дайвера - К. А. Найт

— Извини, боссмен, не удержался, — он подмигивает и проходит между нами. — А теперь пойдем найдем эту передовую базу. Не могу дождаться, когда войду в воду и намокну, — он шевелит бровями, заставляя Тая фыркнуть, хотя он слегка усмехается.

— Ты же знаешь, что чем дольше мы здесь находимся, тем хуже ему становится. Он как ребенок на сахаре, — поддразниваю я, пока Тайлер идет позади меня.

— Ага, да, клянусь, с каждым погружением ему становится все хуже, — бормочет он.

Он не ошибается. Я заметил это некоторое время назад, в основном после ухода Пейтон, но, честно говоря, это началось несколько раньше, так что мы не можем полностью винить ее. Он становится все более безрассудным, давит на свое тело. У него нет желания умереть, я знаю это — я прочитал несколько книг по психологии, чтобы убедиться. Я думаю, он просто адреналиновый наркоман, и поскольку он уже много чего совершил, ему нужно совершать все более и более безумные трюки, чтобы получить этот кайф. У него зависимость, что я тоже понял.

Тайлер постукивает меня по спине.

— Вылезай из своей большой головы, Риггс, и сосредоточься. Таким образом мы совершаем ошибки, — предостерегает он.

Я киваю, морщась. Он прав — я часто теряюсь в собственных мыслях и теряю всякое ощущение времени и своего местонахождения. Однажды я был настолько поглощен тем, как улучшить новую компьютерную систему, которую я разрабатывал для картографии, что чуть не сорвался с обрыва. От гибели меня спас только Кален, который протянул руку и схватил меня, затормозив мое движение.

Думаю, у всех нас есть свои недостатки.

Когда мы движемся по ползучему проходу, образуется небольшая очередь, тщательно контролирующая, чтобы оборудование попало на другую сторону. Я терпеливо жду с Тайлером позади меня.

— Риггс, серьезно, если ты не хочешь, чтобы она была здесь… — его голос — почти шепот в темноте, чтобы не донести его до остальных.

Со вздохом я поворачиваюсь.

— Я в порядке. Да, она ранила меня. Она была моим другом, — он морщится от этого. — Но она причинила тебе больше боли, Тай. Нет, я не рад, что она здесь, но дело не во мне, а в тебе, потому что я видел, как она убивала тебя. То, как ты убивался по этому поводу. Однако, у нас нет выбора, кроме как работать с ней. Это просто еще одна работа. Четырнадцать дней, а потом мы уедем.

Технически, тринадцать дней, девять часов и сорок семь секунд, но кто считает?

Он смотрит мне в лицо и кивает.

— Хорошо, четырнадцать дней.

Я не знаю, кого он больше успокаивает, себя или меня, потому что когда дело касается Пейтон, становится ясно, что мы не можем контролировать себя и свои эмоции, как хорошие, так и плохие.

Мы обсуждаем погружение, пока ждем, обсуждаем разделение команд и время погружения. Он просит меня убедиться, что я смогу правильно рассчитать время, пока все не отдохнут и не выспятся. Мы уже обсудили большую часть, но я знаю, что он нервничает, и, как и я сам, он любит заострять внимание на том, что он в состоянии взять контроль, дабы успокоиться.

Когда приходит моя очередь пролезать, он затихает, и когда я оказываюсь на другой стороне, я изумленно озираюсь. Я никогда не видел такой огромной камеры. Я моргаю, пытаясь быстро классифицировать все — входы, выходы, препятствия, потенциальные опасности, растительность и природную жизнь. В мгновение ока мой разум вращается со скоростью сто миль в минуту, а потом передо мной появляется она, улыбается, и мой разум успокаивается, как раньше.

Все цифры и статистика исчезают, и я могу дышать. Ее улыбка расширяется, а глаза сверкают от возбуждения.

— Как раз вовремя! — говорит она с нетерпением. — Пойдем! Давайте устроимся и начнем исследовать.

Она машинально берет меня за руку и тянет за собой, как раньше, когда я был захвачен своими мыслями, но потом ее улыбка исчезает, она отпускает мою руку и делает шаг назад, словно опомнившись.

— Прости, — бормочет она, а затем отворачивается и начинает идти обратно к остальным, в основном к своему другу Майклу.

Я хочу окликнуть ее, но у меня немеет язык. Моя рука покалывает от ее легкого прикосновения, и мне не хватает покоя, который она приносит, когда все эти цифры возвращаются с нарастающим ревом.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

ФИН

Когда я впервые ступаю в пещеру, где мы собираемся создать передовую базу, я не могу не усмехнуться. Она чертовски огромна. По крайней мере, у нас достаточно места на четырнадцать дней, и мы не будем заперты в помещении, едва достаточном для двух взрослых людей, как в прошлый раз. Позвольте мне сказать вам, что спать с тремя большими парнями в крошечных подземных помещениях обычно надоедает.

Но не в этот раз.

Я осматриваюсь, пока остальные проносят оборудование через туннель, и натыкаюсь на Пейтон и Калена. Они смотрят друг на друга. Руки Калена скрещены, что означает, что он зол и пытается не задушить ее, а его тело напряжено. Отсюда я вижу его каменно-холодное выражение лица. Она выглядит не менее взбешенной, ее красивое лицо изрезано в гневе, когда она вскидывает руки в воздух, реагируя на его слова. Я не слышу, поэтому подкрадываюсь ближе, прячась за камнем, чтобы послушать.

Об их спорах ходят легенды. Черт, раньше я сидел и наблюдал за ними, пока ел закуски, но сейчас все по-другому. Сейчас он искренне ненавидит ее, и я не хочу, чтобы он сделал что-то, о чем потом пожалеет… и, ладно, да, мне нравится наблюдать за тем, как она спорит. Она заводится, ее грудь вздымается, глаза злые. Блять. Я поправляю свой твердый член и сосредотачиваюсь на них, а не на своих грязных мыслях о бывшей лучшей подруге.

— Заткнись хоть раз, Эндрюс, — рычит Кален, заставляя меня ухмыляться. — Клянусь, ты говоришь больше, чем Фин, — я хочу возразить, но сужаю глаза. — Просто заткнись нахуй и стой там и выгляди красиво. Ни на что другое ты не годишься.

— О, пошел на хрен, ты, снисходительный дрочила. Мы оба знаем, что я способна переплыть, перелезть и обойти тебя. Ты просто злишься, что Стив знает, что я лучше всех, и не доверяет вам, ребята, но тебе, блять, придется смириться с этим.

— Или что? — требует он, его тон низкий и угрожающий. Черт, он достиг точки невозврата. Он сейчас взорвется. Я слышу, как остальные входят