Точка невозврата - Дина Аллен

Предугадать настроение Джеррода было невозможно. Их короткие встречи носили сугубо деловой характер. Он появлялся ниоткуда, выдавал невесте очередную порцию инструкций и снова исчезал, оставив ее совершенно обескураженной.

Они расписались сегодня утром в присутствии двоих свидетелей — Мерил и приятеля жениха, которого, кажется, звали Франк. Свидетельством свершившегося факта стало обручальное кольцо на левой руке Камиллы. Она возражала против колец, но Джеррод настоял на своем, и теперь сапфир в золотой оправе украшал ее безымянный палец.

На торжественный обед и прочие формальности не оставалось времени. По окончании церемонии молодожены сразу же выехали в аэропорт, чтобы занять место в самолете, вылетающем в Нью-Йорк. Как только они оказались в гостинице, и портье вышел из номера, Джеррод схватил кейс и, сообщив, что у него деловая встреча, исчез.

Камилла обследовала номер и убедилась, что он состоит из двух комнат — гостиной и спальни с двумя широкими кроватями. Судя по всему, ей придется разделить с мужем спальню. А вдруг и сегодня ночью ее будут душить кошмары, от которых она страдала всю последнюю неделю? И Джеррод станет их свидетелем, или, что еще хуже, выступит в роли благородного утешителя… Нет, этого нельзя допустить. Когда он вернется, решила Камилла, пусть подыщет другие апартаменты.

Словно уловив ее мысли, вошел Джеррод, швырнул кейс на стул и резким движением ослабил узел галстука. Он выглядел уставшим, но Камиллу сейчас гораздо больше занимали собственные проблемы.

— Ты представляешь, который теперь час? — скрестив руки на груди, спросила она. — Где ты был?

Брови его взлетели вверх.

— Ты отчитываешь меня, как настоящая жена. Неужели все это время ты скучала по мне?

— Разве я похожа на сумасшедшую? — возмутилась Камилла.

К ее изумлению, Джеррод рассмеялся низким раскатистым смехом, от которого у нее мурашки побежали по коже.

— Нет, — добродушно сказал он. — Скорее, на взъерошенного воробья. Что случилось в мое отсутствие? — спросил он, шагнув к бару, чтобы налить себе виски.

Камилла, прищурившись, наблюдала за ним. Именно так — провокационно-небрежно — он держал себя всю прошедшую неделю, явно испытывая ее терпение. Нет уж, ему не удастся разозлить ее!

— Я хочу переодеться, — коротко сказала она.

Его правая бровь раздраженно приподнялась.

— Так быстро? Только не говори мне, что цвет свадебного платья не идет к твоим изумительным голубым глазам!

Камилла почувствовала, что еще немного, и она взорвется. Изумительным глазам! За все время их знакомства ей так и не удалось выяснить, что он вообще думает по поводу ее внешности. Вздрогнув, она подняла голову и обнаружила, что Грейсон с улыбкой наблюдает за ней. Забавляется? — в бешенстве подумала она.

— Хватит с меня насмешек, Джеррод. Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Мне нужна отдельная спальня.

Он хлебнул виски из бокала и коротко ответил:

— Нет!

Камилла чуть не задохнулась.

— Что значит «нет»?!

Джеррод опустился на диван, вытянув вперед ноги.

— Ты не расслышала? Я затеял серьезную игру и не могу с самого начала поставить ее под сомнение. Все должно быть достоверно, а значит, отдельные спальни исключаются.

Камилла стиснула руки, пытаясь унять дрожь.

— А мои чувства, выходит, в расчет не идут? — желчно спросила она.

— Могу выразить свое сочувствие, но больше ничем помочь не могу. Возблагодари Господа за то, что в спальне есть вторая кровать. А потом, это просто расточительно — иметь на одну супружескую пару две спальни, — отрезал он и залпом опорожнил бокал.

— Тогда я буду спать в гостиной на диване. Есть возражения?

Серые глаза Джеррода задумчиво смотрели на нее.

— Что стряслось, Камилла? — спросил он негромко. — Ты работала моделью и не раз выходила на подиум почти голой. Так откуда же вдруг такая стеснительность? Боюсь, у тебя гораздо больше секретов, чем я думаю.

Ноги у нее подкосились, и она опустилась на стул.

— Секреты? Не понимаю, о чем ты!

Господи! — подумала Камилла. Неужели мне предстоит еще одно испытание?

Джеррод пристально посмотрел на нее и, отставив бокал, уселся, обхватив голову руками.

— Может, ты разговариваешь во сне? — поинтересовался он.

— Что? — переспросила она, как будто не расслышав, но сердце у нее бешено заколотилось.

— Я спрашиваю, разговариваешь ли ты во сне? — терпеливо повторил Джеррод.

— Очередная шуточка, мистер Грейсон? — вспылила Камилла. — По-моему, глупый вопрос!

— А по-моему, нормальный. Ты чего-то боишься?

О боже! — простонала про себя Камилла и гневно вздернула подбородок.

— Я ничего не боюсь! — огрызнулась она. — А что касается твоего вопроса… Нет, я не разговариваю во сне.

Джеррод вкрадчиво улыбнулся.

— Откуда такая уверенность, ведь ты в это время спишь?

Если он ставил своей целью вывести ее из равновесия, то это ему удалось. Меньше всего на свете Камилла желала, чтобы он узнал о ее кошмарах. Собрав в кулак всю свою волю, она небрежно пожала плечами, и это был настоящий подвиг.

— Тебе это так интересно? — с иронией спросила она. — Я рада, а то мне уже начало казаться, что я наскучила тебе, не успев даже толком выйти замуж.

— Интересно ли мне? — с сомнением в голосе переспросил Джеррод. — Возможно… Не знаю…

Похоже, он просто издевается над ней.

— Отчего же не знаешь? — раздраженно спросила она, заметив улыбочку на его лице. — О, я поняла! Ты собираешься дежурить возле моей постели и подслушивать то, что я буду говорить!

Джеррод усмехнулся.

— До чего же ты подозрительна, миссис Грейсон. А может, тебе действительно есть что скрывать?

На этот раз она даже не пыталась защищаться.

— Не знаю, — процедила она сквозь зубы. — Надеюсь узнать об этом от тебя.

— Кажется, у тебя и в самом деле совесть неспокойна. Ну же, Камилла, выкладывай все как на духу!

— Это что, допрос?

— Как бы там ни было, ты уже почти призналась. Правда, непонятно в чем, поскольку связной речью твои реплики можно назвать с большой натяжкой.

Она судорожно вздохнула.

— И долго это будет продолжаться? Ты требуешь, чтобы я изображала счастливую жену, а сам в благодарность изводишь меня своими дешевыми шуточками? Думаешь, кто-нибудь поверит после этого в нашу игру?

Джеррод вздохнул и устало потер шею.

— Ты права, никто не поверит, — признался он и снова усмехнулся. — Но ты такая красивая, что я не могу удержаться от того, чтобы не поддразнить тебя.