Моя месть. Шах, тебе мат! - Мара Евгеника

После этих слов куколка-Катя начала всхлипывать.

Мазнув взглядом по Роману, заметила, как РДЗ напрягся и сжал кулаки.

Элен посмотрела на меня, но продолжила молчать. Она не стала помогать своей клиентке, хотя видела, что та закапывает себя глубже и глубже.

- Прошу меня извинить, - не выдержала и перебила Зорину. - Для ваших страхов были какие-то основания, предпосылки, поводы? Роман Дмитриевич Вам угрожал, поднимал на Вас руку?

Пока говорила, посматривала за Романом.

Чувствовала: у него закончилось терпение. Потому как Зорин задышал, как бык на арене корриды.

Подумав, решила, выставить его за дверь.

- Роман Дмитриевич, можно Вас попросить оставить нас одних, - произнесла, посмотрев на Зорина настойчиво.

- Я выйду. Только еще раз хочу, чтобы все меня услышали. Этот человек не получит от меня ни рубля. Хотя и человеком ее можно назвать с натяжкой. Жаль, что нет статьи за убийство эмбриона человека.

Роман вышел за дверь. Рядом со мной остался сидеть его помощник.

Через несколько минут Иван Федорович пододвинул мне листок.

Прочла его записку: «Справку о побоях??? Уточните об обращении в полицию и о судебно-медицинской экспертизе!»

И тут же ответила: «Нет!!! Пусть наступит на свои грабли в суде!»

Написала так, потому что этот вопрос мы уже обсудили с Элен.

Я ей рассказала о справке из травмпункта.

Мазай удивилась и вынесла резюме:

- Как адвокат, клиенте я должна подсказать о регламенте и документах в данной ситуации. Но…Жень, клиентка меня о данном факте не проинформировала. Как говорится: на нет и суда нет. Если бы не моя адвокатша, ушедшая на долгое сохранение, то я бы эту дамочку знать бы не знала. Как ни печально, но она мне не нравится…

О досудебном урегулировании, нескольких нервных судебных заседаниях и о многом другом, сопутствующем этим событиям, вспоминаю в аэропорту в ожидании рейса.

Последний месяц я жила в таком цейтноте на задержке дыхания, что выдохнула только вчера в кабинете Шаха на еженедельной планерке.

Услышав мое заявление: «Я завтра улетаю на две недели в отпуск!» - Яков даже не удержал лицо и удивленно округлил глаза.

- Евгения, такие вопросы, вообще-то, заранее согласовывают. У тебя же дела в работе.

- На ближайшие две недели, Яков Рубенович, у меня нет дел, которые должны рассматриваться в суде. Все остальное промежуточное я закрыла. Первое заседание назначено на дату после моего возвращения.

- А я хотел тебе подкинуть еще очень интересное дельце, - посмотрел пристально на меня Шах.

- В нашем агентстве десять высококвалифицированных юристов, - мягко улыбаясь, обвела взглядом всех собравшихся за столом. - Я уверена, каждый из них справится с любым доверенным Вами делом.

После моих слов Яков больше эту тему не затрагивал.

Только попросил меня задержаться в кабинете, когда планерка была завершена.

- Жень, что-то у тебя стало очень много странных действий и демаршей. Ты начала себя вести, как Машка моя в пятнадцать лет, - сев напротив, попытался взять мои ладони в свои Шах.

- Да, Яков, со мной ты пропустил сложности переходного периода, - хихикнула, убрав тут же руки и продемонстрировав, что мне неприятен его жест. - А, вообще, Яш, я сама много всего пропустила. И так ужасно устала от всего.

- От чего, сладкая моя?

Шах наклоняет голову набок, демонстрируя мне свое внимание и поддержку.

- От наших тупиковых отношений, Яша. От работы на износ. От одиночества. От мыслей, как встряхнуть свою внутреннюю девочку-размазню, чтобы жить дальше без страха. Так понятно, Яш?

- Не слишком. Все как-то по-женски эмоционально, абстрактно, витиевато и размазано. Давай сыграем партию в шахматы. Ты сконцентрируешься и все обозначишь более конкретно и четко.

- Нет. У меня нет ни сил, ни желания, ни времени. И мне нужно собираться. Самолет ночью.

- Давай, отвезу в аэропорт?

- Не стоит, Яков. Я уже такси ко времени заказала.

- Она летишь отдыхать, Жень?

- Меньше знаешь - легче живешь, Яков. Информацией можно отравиться, - отвечаю, таинственно улыбаясь, и встаю из-за стола.

Дойдя до двери, оборачиваюсь, пристально смотрю на Шаха и напоминаю:

- Яков, ты мне новых клиентов не направляй. После отпуска у меня всего три дела. Я их завершу и уйду…

ГЛАВА 15

Только у игрока с инициативой есть право атаковать

Несмотря на плотные жалюзи, чувствую, проснулась рано.

Открываю глаза. Пялюсь в темноту.

«В углах черной-черной комнаты сидели черные-черные кошки, - проговариваю мысленно условия задачки. - Какова вероятность, что кошки сидели в комнате, и что их было столько же, сколько углов в комнате! Ну, вот теперь я тоже черная кошка в темной комнате».

Хмыкаю сама над собой. Хотя…

Думаю, что в абсолютной темноте кошке не обязательно быть черной.

Да, и не обязательно даже быть кошкой. Просто достаточно быть.

И только ли теперь? Может, чтобы найти кошку все же нужно просто включить свет.

И даже если я увижу пустоту.

Все равно свет останется единственно-верной отгадкой задачки.

Ведь, вполне возможно, в абсолютно темной комнате есть что-то, что гораздо важнее.

Например, я сама, мои страхи и воспоминания…

И главное из них, это Шах.

Ну, и почему я все время упорно стараюсь отрицать факт присутствия Якова в моей жизни?

Который день играю в это дурацкое «Верю - не верю!»

И так, начинаем сеанс рефлексотерапии.

Во что я больше верю, чем не верю?

В то, что Яков меня спас пятнадцать лет назад. Поселил в квартире своей матери.

Где я прожила больше полугода одна и около семи с его родительницей.

В это время Шах помог мне восстановить недостающие для учебы документы.

Устроил в юридический колледж, директором которого был декан юрфака института, где Яков обучался.

Это же неоспоримые факты.

Как и то, что он всему меня научил.

Даже столовыми приборами пользоваться.

А мое пусть и скромное, но все же содержание за его счет.

На повышенную стипендию, которую я получала все три года обучения в колледже, можно было только ноги протянуть.

Опять же спасибо Якову. Именно он с первого курса устроил меня сначала на практику на предприятие, где сам работал юристом. После в адвокатскую конторку курьером и писарем.

Так и я набралась опыта.