Счастье в 50. Драмы больше нет - Мара Евгеника

Глава 22

– Пётр, давай в Костино, – даёт распоряжение брату Назар. – Документы передашь в страховую. Составишь, как объяснил.

Слушаю “генерала”, так я теперь про себя называю своего спасителя, в моем мозгу сигнализирует масса вопросов. Но…

Задавать не тороплюсь. Во-первых, не привыкла перебивать. Во-вторых, очень хорошо знаю, что такое субординация и соблюдение своих и чужих границ.

В ожидании пока Назар завершит разговор, смотрю, где Костино. Оцениваю километраж до своего посёлка.

Вздыхаю, понимая, что расстояние значительное.

– Все нормально, Муза. Расслабься. Ребят отпустим. Обсудим вопросы по твоему куперу. И я отвезу тебя, – слышу голос Назара.

Поворачиваю голову в его сторону и снова попадаю взглядом в серые глаза с золотыми вкраплениями. Они как и ямочки на щеках делают суровое лицо генерала более молодым и озорным.

– Может, все же целесообразнее отвезти сначала меня, – говорю, хотя понимаю, что так крюк будет больше и по расстоянию, и по времени. – Во всяком случае, одной проблемой станет меньше…

На последней фразе вымученно улыбаюсь.

Назар сверлит меня своим своим проницательным взглядом.

– Муза, извини за любопытство… Ты кем работаешь?

– Стоматологом.

Не желая выпячивать себя, о том, что я челюстно-лицевой хирург, опускаю.

– Отлично. Понял, что вы успели в картах посмотреть Костино и маршрут проложить. Это я к тому, что в голосе вашем я услышал сомнение. И это верно.

В подтверждение своих слов Назар опускает свою ладонь на мою.

Смотрю на его кисть. И на моем языке повисает фраза про музыкальные пальцы. Но…

Ничего не говорю, чтобы не перебивать генерала.

– Судя по тому, что мы двигались навстречу друг другу, место вашего проживания находится в противоположной стороне. До моего коттеджного поселка ехать еще минут семь, – договорив, Назар, показывает рукой на огоньки, которые видны в стекло двери, что рядом с ним.

Киваю головой, отворачиваюсь. Сижу с мыслью, что мне нужно вытащить ладонь из-под генеральской. Но…

Останавливаю себя от этого порыва, боясь так выказать свое пренебрежение к человеку, который мне помогает.

Пока думаю, машина останавливается перед высоким кованым ограждением внушительного по размерам дома.

Как только заезжаем на территорию, Назар и Петр покидают салон автомобиля.

Буквально через несколько секунд открывается дверь с моей стороны.

– Прошу вашу ручку, мадам, – появляется лицо молодого Назара и раздается голос идентичный его.

Я улыбаюсь Петру и, опираясь на его руку, спускаюсь с высокой подножки.

– Следуйте за мной, Муза. Товарищ генерал, приказал проводить вас в дом.

– А сам он где? – спрашиваю, потому что на меня накатывает волна какого-то беспокойства.

– Назар разговаривает по телефону. У него важный звонок, – поясняет Петр, открывая массивную, резную входную дверь и пропуская меня вперед.

Лишь только делаю шаг внутрь, как загорается свет в холле прихожей и внутри гостинной, часть которой мне хорошо видна.

– Давайте, я помогу вам снять шубку, – смотря на меня глазами Назара, предлагает Петр. – Здесь туалет. Прямо гостиная. Могу предложить вам чай, кофе, воду…

Слушая, киваю головой и сразу иду в туалетную комнату.

– Понял. Не буду мешать, – летит мне в спину.

Закрыв за собой дверь, делаю все, о чем долго мечтала.

Еще провожу пальцами по обнаженному животу и, прикладывая его ладонями, поглаживаю кожу.

После мою руки и смотрю на себя в зеркало. Вздыхаю, замечая на бледном лице темные тени, которые залегли под глазами.

Пытаюсь хоть как-то придать щекам румянец, щиплю их и растираю бумажным полотенцем.

Выйдя из туалетной комнаты, ищу в холле прихожей какую-нибудь домашнюю обувь. Отмечаю, что женских тапочек нет.

– Муза, не нужно разуваться. В доме давно не было клинига, – слышу за спиной голос Назара.

Оборачиваюсь, не скрывая удивления, потому что звука открываемой двери не было.

– Там другой вход есть…

Снова озадачивает меня своей прозорливостью мужчина.

– Проходи в зал. Я сейчас.., – договорить он не успевает, принимает звонок. – Генерал-лейтенант Орлов. Слушаю. Так точно. Верно. К назначенному времени буду…

Дальнейшего разговора не слышу, потому что генерал Орлов уходит туда же откуда пришел.

Снова вздыхая, иду в гостиную, которая меня поражает своими габаритами, шикарным дизайном и отличным ремонтом. Но…

Несмотря на великолепие и роскошь, у меня возникает ощущение пустоты, холода и запустения. Словно в этом доме никто не живет кроме потоков воздуха.

И мне от этой мысли становится тоскливо и одиноко. Снова думаю о себе, измене и предательстве Карповича, своей рухнувшей семейной жизни.

“Может и у этого Орлова такая же ситуация. Ну, да… с виду брутал и орел… Никто же не отменял формулировки “любовь здесь больше не живет” или “не сошлись характерами”. Судя по манере поведения мужчины, характер у него явно не сахарный”, – думаю, осматривая гостиную.

– Муза, ты точно хорошо себя чувствуешь, – слышу озабоченность в голосе Назара, который заходит в гостиную с противоположной стороны. – Опять за живот держишься… Может все же стоит съездить к доктору. Здесь недалеко госпиталь…

Своими словами, Орлов застает меня врасплох. Несмотря на то, что я считаю себя сильной, сейчас на меня ураганом налетел микс эмоций.

Он разрушает защитный панцирь, который упорно воздвигла моя кровоточащая душа.

Смотрю на Назара и чувствую, как по моим щекам катятся слёзы отчаяния и безысходности.

Назар, увидев мою слабость, подходит ближе. Нежно кладет руку на мое плечо и с улыбкой говорит:

– Нашла из-за чего плакать. Машина - это лишь металл. Самое ценное - это жизнь человека!

Хочу ему ответить, но мою душу и мое горло сжимаю новые тиски боли и печали.

– Вы, вероятно, часто в командировках бываете, Назар? – сипло любопытствую, смахивая слезы.

Вопрос задаю, потому что хочу отвлечь от себя внимание Назара.

– Почему сделала такой вывод? – удивленно приподнимает бровь мужчина.

– Ну, мне показалось, что в доме вы редко бываете.

Хочу еще сказать про женскую руку, которая не чувствуется здесь от слова совсем, но вовремя останавливаю себя.

– Да, в этом доме, к сожалению, нет жизни. Не случилась. Я только успел завершить ремонт, как жена ушла.

– Простите, пожалуйста. Я не хотела… Просто не имела права… Получилось ужасно неэтично.., – начинаю извиняться.

– Муза, моя жена не бросила меня. Она умерла вместе с нашим нерожденным ребенком. Я вдовец...

Задавая свой дурацкий вопрос, я и подумать не могла, что попаду в кипящий котел чужой боли.

В