Измена: B-52 - Ария Тес

- Марин? - кто-то толкает меня в плечо, и я медленно открываю глаза.

Заснула. Позорно, неизвестно насколько — заснула на стуле. Ужас. Моргаю, тру глаза, а потом узнаю тетю Валю и резко вскакиваю.

- Вот черт!

- Ты что здесь делаешь?

- Сколько времени?!

- Полдевятого уже.

Четыре часа на стуле! На чертовом стуле! Я ненавижу Стаса Давыдова!

- Посуду мыла.

- Это я заметила. Зачем?

Застываю. В смысле зачем?! Мое лицо, наверно, отражает все мое замешательство, смешанное со злостью, от чего тетя Валя хмурится сильнее, но ждет объяснений.

- Как это зачем? - шепчу, но уже знаю ответ, - Давыдов сказал, что ты не моешь после корпоратива, а это что-то вроде…

Нет, заканчивать этот бред лучше не стоит. Я сама теперь слышу, как глупо это звучит, а тогда от усталости вообще не соображала.

- Развел меня, да?

- Ох, святая простота…бедолага ты, Марина…

- Вот…козел!

Тетя Валя тихо посмеивается, потом осматривает всю сделанную работу и кивает.

- А ты молодец…Мне после корпоративов платят двойную ставку, так что считай неплохо заработала.

- Нет, я не возьму…

- Угомонись, - цыкает, потом подходит к раковине и добавляет, - Возьмешь, а теперь иди и поспи у Ленки на диване. Тебе же сегодня еще на смену?

- Да…

- Ну и топай! А Стасу я…

- Не надо. Я сама справлюсь.

- Ох, дурак…- улыбается, сама хитро на меня поглядывает, - Хвост вон как распушил. Всю программу на тебя пялился…

- Вам показалось.

- Ага. Показалось. Такое не кажется, дорогая…

Верю, только вот причина совершенно другая, но я решаю не спорить. Во-первых, тело у меня дико болит, а во-вторых, не хочу вдаваться в подробности, поэтому киваю и ухожу к Лене на диван. Самая оптимальная возможность хотя бы немного отдохнуть перед сменой, на которую меня будит мой директор.

- Эм…Марина?

Сегодня у меня неудачный день сомнительных и позорных пробуждений. Будильник я, видимо, послала на три веселых буквы, поэтому снова вскакиваю теперь не из-за тети Вали, правда…

- Черт…

- Ты…вчера перебрала что ли?

Лена заходит в свой кабинет, а я сажусь и тру глаза, потом выдыхаю.

- Нет. Давыдов урод.

- Это да, но конкретней можно?

- Заставил меня мыть посуду за всеми.

- Что, прости?!

- Знаю-знаю. Я дура, я ему поверила, а надо было позвонить тебе. Сплоховала я что-то…

- Я с ним поговорю.

- Не надо, - устало поднимаюсь и потягиваюсь, - Пошел он.

- Ты поаккуратней там, ладно? - тихо говорит, когда я собираюсь выйти из кабинета, но оборачиваюсь.

- Почему?

- Ну…ты сейчас впечатлительная.

От намека на мой «супер-крутой» брак, я опускаю глаза в пол. Забавно вообще, о Саше я не думала все то время, как Давыдов снова ворвался в мою жизни — это единственный его плюс.

- Слушай…прикрой дверь.

Просит, и я слушаюсь, а когда полностью оборачиваюсь и смотрю ей в глаза, Лена складывает руки на столе и кивает.

- Могу кое что сказать? Если полезу глубоко, ты не стесняйся — тормози.

- Да, конечно, давай.

- У меня тоже был сложный развод в прошлом, так что я тебя прекрасно понимаю. Ты сейчас…скажем так на эмоциональных качелях.

Она так смотрит на меня, будто ждет подтверждения, и я тихо усмехаюсь: глубоко она не лезет.

- Ты не открыла Америку, Лен. Это даже у меня на почте знают. Я там устроила истерику и…эм…да неважно. Продолжай.

- Я к тому веду, что…сейчас тебе хочется разное: отомстить, забыть, простить…Короче говоря, ты сама не разобралась пока, а главное…ты сейчас очень ранима, но при этом очень впечатлительна.

- Снова. Это тоже у меня на почте знают.

- Не влюбляйся в Стаса.

- Прости?

- Он — не герой твоего романа. Стас очень обаятельный, красивый и умный мужчина, но у него огромный багаж из дерьма, в котором тебе сейчас копаться — смерти подобно. И он не заводит романов на работе. Пофлиртует, глазки построит, а потом развернет, будешь, как Аська.

- Он с ней...?

- Нет, у них ничего не было. Думаю, что он до конца не понимает, что делает не так, да и не хочет навредить. Так просто получается: девчонки от него без ума. Но он не заводит отношений, у него с этим все сложно.

С одной стороны, мне вдруг становится жутко интересно, что там за багаж такой? Но мало того, что я понимаю — она вряд ли станет меня просвещать, а только рукой махнет, — так еще и утвердится в своих странных мыслях.

«С чего вообще все вокруг решили, что он мне интересен?!»

- Лен, - начинаю спокойно, - Спасибо тебе за совет, но ваш царь и бог меня не интересует. Я здесь просто работаю.

- Хорошо, если так.

- Это так.

- Ну ладно, тогда иди.

- Можно я немного опоздаю? Мне надо в душ.

- Конечно.

- Спасибо.

Выхожу из кабинета в странном каком-то настроении. Любопытство то не отпускает, а злость растет. Когда я подхожу к кухне и слышу его голос, первое, что хочу сделать — это дать по морде, — но потом вдруг понимаю: и чего я добьюсь? Он только утвердится в том, что меня так вот просто можно сломать, а хрен ему. Не покажу, что обидел его обман и чем он для меня в итоге обернулся.

- Доброе утро, - поэтому я широко улыбаюсь, когда захожу на кухню, где уже шефствует этот козел.

Вообще это очень странно. Сейчас даже одиннадцати нет, а он уже на работе, да еще и при полном параде: в классной, черной форме по фигуре, с золотой вышивкой на правой груди «шеф-повар». Ему даже эта дурацкая шапочка к лицу... Вижу, как смакует этот момент — ну козел, что с него взять?! Упер нож в доску, улыбается, а потом холенным таким голосом протягивает.

- Как посуду помыла?

Его повара давят смешки в себе, кроме Кирилла. Тот осуждает своего начальника тире друга, ну а я заставляю себя и вовсе не реагировать. Киваю.

- Неплохо. А