Не возвращайся - Дана Блэк

Паша яростно сверкнул глазами. Выпрямился, отступил от стены.

— А я бы предоставил доказательства, заморочился бы. Если бы видел, что я вам нужен хоть немного, что вы готовы хоть попытаться меня услышать. Мне сейчас не до всей этой херни, вот честно, — усмехнулся Паша горько, — но детей я даже могу понять. А вот тебя — нет.

— То есть, я должна просто верить тебе? После всего?

— Ты могла бы не спешить и хоть постараться меня услышать, после всех прожитых лет я думал что заслужил твоё доверие. Я бы дал тебе любые доказательства верности, но они тебе на хер не сдались. Что угодно, лишь бы меня выставить из своей жизни, да, Ась?

Да как он смеет?!

— Какая у тебя ужасная жена, да? — прорычала раздраженно. — Весь год на цыпочках перед тобой ходила, терпела придирки, захлопнутые перед моим носом двери, твои взгляды на других, а Тамилу и эту твою Инну-бизнес-партнера не смогла стерпеть.

— А ты не обязана терпеть, но если бы любила хоть каплю — поддержала бы, выслушала, и я бы доказал тебе что не предавал! — скривил муж губы. — Но теперь я думаю — а нужно ли это вообще? Может, и не стоит приходить, унижаться, пытаться достучаться до тебя. Может и правильно что мы расстались именно сейчас. В самый поганый для меня момент.

Слышать его слова больно. Всё еще больно.

Паша пошел на выход, а я зачем-то за ним.

— Инна — она ведь не бизнес-партнер? — спросила, когда муж вышел за порог.

— Да. С Инной я встречался не по работе, — бросил Паша, даже не обернувшись. — В этом я тебе солгал, чтобы не усугублять. Но представляешь, любимая моя, можно видеться с женщиной, и не трахать её, не работать с ней, а уважать.

Муж развернулся ко мне.

— Значит, не трахаешься с ней? — спросила, опустив вопрос про уважение ко мне.

Подозреваю, мне Паша не доверяет. И вряд ли уважает.

— Давай покажу. Сама убедишься, и пожалеешь о том, что гнала на меня, — Паша достал телефон, и разблокировал его.

Глава 15

Он что-то показать мне хотел, но не успел. Из комнаты вышел Глеб. Здоровой рукой сын сжимает сотовый и на отца смотрит почти с ненавистью.

— Это ты сделал? — Глеб остановился напротив. — Ты подговорил своего друга, чтобы нам концерт отменили? Он только что звонил и сказал, чтобы мы на хер шли!

— Не ври. Концерт не отменили, а перенесли. Поправишься — и выступите, — спокойно ответил Паша.

— Гонишь! — со злостью выплюнул сын. — Это из-за Тамилы, да? Так забирай, папа, мне не нужна эта шлюха!

— Глеб, успокойся, — шагнула к сыну.

— Он это специально, мстит за то, что я был с ней, — не услышал Глеб. — Или это она тебя подговорила?

— Хватит пороть дерьмо, — Паша поморщился. — У тебя сотрясение, я попросил, чтобы концерт перенесли. Через месяц, в выходной…

— Да подавись своим клубом, понял! Нравится все за всех решать, да? Плевать мне на тебя, я сам найду зал, и мы выступим, а ты иди, трахайся со своей Тамилой!

— Ты что несешь? — рыкнул Паша и подался к нему.

Втиснулась между ними, между мужем и сыном, они оба на взводе и, кажется, что сейчас передерутся.

— Паша, уходи, — ладонью уперлась в грудь мужа. — Ты же видишь, только хуже становится.

— Где вы с ней встречаетесь, в гостинице? — завелся Глеб. — Там над тобой все ржут, ты же для нее старый дед! Она высосет из тебя все деньги и кинет, потому что ты старый и скоро станешь импотентом!

Паша замахнулся, и я с силой толкнула его в грудь.

— Уходи! — выкрикнула.

— Да, катись к черту!

— Глеб, тихо! — распахнула дверь и вытолкала мужа на площадку. Он зарядил кулаком в стену с такой силой, что я вздрогнула, выругался и побежал по лестнице вниз.

Щелкнула замками, запираясь. И схлопала дверь в комнату Глеба. Спустя пару секунд раздался грохот тяжелой музыки. В коридор вышла бледная Лика.

— Ушел? — спросила дочь одними губами.

Кивнула.

— Не вернется?

Не знаю. Привалилась спиной к двери и потерла влажный лоб. Хуже нет ада, когда сын готов на отца с кулаками наброситься. У меня их ругань в ушах стоит, а перед глазами лица, искаженные злостью.

— Мамочка, ты не переживай, — подошла ко мне Лика, крепко обняла. — Пусть идет к своей Тамиле.

А ведь Паша что-то показать мне хотел.

Погладила дочь по волосам. Постучала в спальню Глеба и зашла.

— Убавь музыку! — пришлось крикнуть, чтобы сын услышал.

Он лежит на постели, смотрит в потолок.

Сама подошла к компьютеру и выключила звук на колонках.

— Глеб, потерпит твой концерт, — развернулась. — Сначала вылечиться надо. Ты ведь уже взрослый и понимаешь, какие могут начаться осложнения.

— Он не о моем здоровье волнуется, — бросил Глеб. — Просто его бесит, что мы с Тамилой встречались.

Вздохнула.

Я знаю Пашу и вижу по нему, что та девчонка не важна ему, я это чувствую. Но вижу и обратное, он был с ней в кабинете той ночью и в офисе я ее встретила на днях. Тут что-то не так, и мне разобраться нужно, убедиться.

— Устал ведь, ложись спать, — попросила и вышла в коридор.

Еще час сидела в комнате дочки, Лика рассказывала про одноклассника, который ее задирает. В спальню ушла только в полночь, легла и прижала подушку к животу.

Я не привыкла одна. Кажется, что повернусь — и он рядом, и я прижаться смогу, а он обнимет во сне, притянет к себе. Куда он поехал? В квартиру ведь не поднялся, он вниз спустился.

Ворочалась до утра, задремала лишь перед самым будильником. А потом началось обычное утро. Завтрак и машина, развезла детей на учебу и припарковалась возле кафе. Кофе и сок, лента новостей в телефоне.

Надоело, ничего не понимаю.

Откинулась на стуле, заблокировала сотовый и всмотрелась в черный экран.

Может, мне в зал надо записаться? Фигуру подтянуть. Изменить питание, больше бывать на