Святой - Келси Клейтон

Как только звенит звонок, я хватаю свои вещи и выхожу за дверь, чтобы найти свою сестру. Это не сложно, потому что она ждет в конце коридора, где мы всегда встречаемся. Однако, как только она видит выражение моего лица, она поворачивается, чтобы убежать.

— Даже не думай об этом, — предупреждаю я, и она останавливается. — Я думала, мы договорились, что если мне не понравится вечеринка в доме Зейна, ты не будешь ее устраивать.

— Нет, — возражает она. — Я сказала, что если тебе не будет весело, я подумаю о том, чтобы отметить это где-нибудь в другом месте. Я обдумала это. Ты проиграла.

Я стону, запрокидывая голову. — Тесса, я не хочу большой вечеринки!

— Э-э, на случай, если ты забыла, это не просто твой день рождения. И, кроме того, я старше, а это значит, что я отвечаю, когда мама и папа уходят.

— Хорошо, во-первых, ты на две минуты старше. И второе, я могу гарантировать тебе, что если бы мы спросили папу, кто главный, последний человек, которого он назвал бы, — это ты.

Она пренебрежительно отмахивается от меня. — Да, да. Что ты хочешь, чтобы я сделала? Все уже знают об этом. Мы не можем отменить это сейчас.

— Ты хуже всех, ты это знаешь?

Торжествующая улыбка украшает ее лицо. — Ты любишь меня.

В этот момент у меня в кармане вибрирует телефон. Я вытаскиваю его, чтобы найти новое сообщение.

Нокс: Ты всегда можешь уйти в монастырь. Я уверен, что ты подойдешь.

Его текст — это ответ на мои жалобы на то, что мне приходится тратить восемьдесят минут в день, слушая, как мои учителя твердят и твердят о том, насколько важно наше школьное образование, как будто мы не собираемся забывать все это через два месяца после окончания школы.

— Кто вызывает эту улыбку на твоем лице? — Спрашивает Тесс, вырывая телефон у меня из рук.

— Отдай это обратно. Это не твое дело, — протестую я, но это бесполезно.

Она прокручивает последние несколько сообщений из разговора. — Серьезно? Это то, о чем вы двое говорите? — Она переводит взгляд с моего телефона на меня и обратно. — Это скучно. — Ее пальцы начинают танцевать по клавишам. — К счастью для тебя, у тебя есть я.

У меня отвисает челюсть, и я собираюсь забрать свой телефон обратно, но она убирает его. — Остановись! Что ты делаешь? Тесса!

Как только она заканчивает то, что печатала, она улыбается и возвращает мне мой телефон. — Вот. Ты сможешь поблагодарить меня позже. — Она уходит и идет по коридору. — Рада, что мы договорились о вечеринке!

Я закатываю глаза и опускаю взгляд на свой телефон, читая сообщение, которое она отправила Ноксу.

Делейни: Хватит этого платонического дерьма. Давай исследуем тела друг друга, используя только наши языки. Я умираю от желания узнать, так ли ты хорош в реальной жизни, как в моем воображении.

***

Проходят часы, а я так и не получаю никаких известий от Нокса. Я начинаю задаваться вопросом, может быть, он просто вообще не собирается отвечать. Я как раз заканчиваю переносить свои вещи из шкафчика к Саванне, когда мой телефон наконец вибрирует. Мое сердце замирает, когда я вижу его имя на экране.

Нокс: Встретимся за НХ. Не попадайся.

Мои глаза обшаривают пустой коридор. Дверь так близко, и если меня никто не увидит, я легко смогу выскользнуть. Даже Саванна пошла на ланч после того, как помогла мне отнести сюда мои книги. Однако, если что-то и удержит меня от побега, так это моя собственная неуверенность в себе.

Я не должна была позволять этому продолжаться так долго. Я должна была сказать ему, что сообщение было сделано Тессой в ту минуту, когда она его отправила, но я этого не сделала. Любопытство, что бы он сказал на что-то подобное, взяло надо мной верх. А теперь? Теперь у меня есть возможность пойти туда и посмотреть, что он хочет с этим сделать.

Все в моем мозгу говорит мне не уходить. Это слишком рискованно. Слишком опасно. Саванна предупреждала меня держаться от него подальше. Как будто он вроде охотника, а я — добыча, и давать ему четкий выстрел, чтобы убрать меня, неразумно. Ничто в этом не является хорошей идеей, и все же мои ноги думают сами за себя, когда выносят меня через боковую дверь на другую сторону улицы.

Найти Нокса было легко, как только я туда добралась. Он прислонился к задней стене школы, курит сигарету и выглядит как секс на ножках. В ту секунду, когда его кристально-голубые глаза останавливаются на моих, я забываю обо всех необходимых функциях. Как дышать. Как говорить. Как ходить. Все это вылетает в окно, когда он подходит ко мне.

— Я не думал, что ты придешь.

Я изо всех сил стараюсь казаться невозмутимой, но внутри я умираю. — Почему нет?

Он пожимает плечами. — Многие девушки говорят о большой игре, но не поддерживают ее.

Да, я даже не говорю о хорошей игре. — О-о.

Как будто мы участвуем в каком-то противостоянии, он докуривает сигарету и подходит невероятно близко. Я даже не осознаю, что медленно отступаю, пока не упираюсь в кирпичную стену. Он заключает меня в клетку, положив руки по обе стороны от моей головы, и я чувствую, как его дыхание касается моих губ. Я стою совершенно неподвижно, боясь, что если пошевелюсь, то могу что-нибудь испортить.

— Итак, насчет того сообщения… — Я тяжело сглатываю, ожидая, что он продолжит. — Повтори, что там было написано? — Его рот перемещается к раковине моего уха. — О, точно. Ты хочешь исследовать тела друг друга нашими языками.

Мое сердцебиение учащается, когда он кладет руку мне на талию. — Я… эм…

Это бессмысленно. Мой мозг не может сформулировать слова, когда он так близко. Его прикосновение лишает меня дара речи.

Он слегка отстраняется и ухмыляется, облизывая губы. — Ты хочешь знать, что я думаю? — Не доверяя своему голосу, я просто киваю. — Я думаю… — Он приближается, заставляя меня думать, что он собирается поцеловать меня, но затем он останавливается. — Ты не должна позволять Тессе завладеть твоим телефоном.

Просто так он отступает и посмеивается. У меня отвисает челюсть, и нервное чувство в груди рассеивается. Я протягиваю руку и шлепаю его по руке за то, что он так со мной обращался.

— Ты знал?

Он смеется, и один только вид этого — это рай. — Черт возьми, да, я знал. Ты вообще знаешь, что означает эмоджи с баклажанами?

Я закатываю глаза. — Да. Я не тупица.

— Ты