Мой Ангел - Амели Хоуп

Рому прошу дальше не проезжать и остановиться у ворот, увидев на территории балетной школы две большие фуры. Тут же в голове всплывает календарь запланированных доставок. И ничего. Пусто. Походу упустила.

— Наверное декорации привезли, — озвучиваю своё предположение, глядя в окно. — Я побегу, до встречи! — Наскоро целую Рому в щеку и поспешно выхожу из его машины.

Ускорив шаг, подхожу к грузовикам и замечаю активно беседующую Любовь Ивановну, нашего завхоза, с работником транспортной компании.

— Я вам повторяю, Вы не можете принять товар, — членораздельно произносит мужчина. — Мне нужна Маргарита Дмитриевна.

— А я вам повторяю…

После повторения, зная нашу тётю Любу, она точно намеревалась послать его туда, где он ещё не бывал, поскольку такие слова услышал бы впервые. А потому я поторопилась прервать его визит в страну обитания тупоголовых идиотов и другой не менее необычной живности.

— Я Маргарита Дмитриевна, — представляюсь, и параллельно киваю завхозу с призывом возвратиться к своей основной работе.

— Добрый день, — намного приветливее отвечает мне мужчина. — Вам доставка цветов. Распишитесь, пожалуйста о получении, — протягивает мне держатель бумаги с накладной и ручку. — И подскажите, куда нам их выгружать? — Указывает на фуры.

— Что выгружать? — Туго соображая, уточняю у курьера.

— Цветы. Куда нам их складывать?

— Это, — рукой по воздуху прокатываюсь по всей длине прицепа, — всё цветы? — Ощущаю, как округляются мои глаза.

— Ага, — удостоверяет широченной улыбкой на лице. — Так ку…

На третьей попытке мужчины получить от меня внятный ответ я обрываю его на полуслове.

— Можете оставить их в холле, — быстро черканув в накладной, я ошарашенная таким сюрпризом направилась к входу.

— Ох, чуть не забыл, — догоняет меня и вручает мне в руки записку. — Это вам оставил отправитель, — и уходит, не теряя времени, сразу раздавать приказ выгружать и заносить все цветы в здание.

А я с запиской, выбившей меня из колеи, ещё несколько минут простояла у дверей школы, перечитывая её снова и снова.

«Выбери цветы, на которые у твоих танцоров не будет аллергии, и передай им спасибо за потрясающие концерты, я прекрасно провёл вечера.

М.»

***

Я будто в вакуумной коробке проходила целый день. Кто бы что не спросил, я «ага-ага», «угу-угу» и снова в себя уходила. Максиму снова удалось выбить почву из-под моих ног. Ему и появляться не нужно. Достаточно послать для этого кого-нибудь и ещё в добавок две фуры.

Две фуры!

Он же действительно отправил две огромные грузовые машины. Боже, даже если бы я попыталась отключиться от утреннего инцидента, то стоящий по всему помещению запах от массы цветов, расположенных на первом этаже, непременно каждый раз напоминал бы о нём. Максим умеет забираться под кожу и из глубины достать твоё сердце, всполошив в тебе всё. Каждого атома, каждого натянутого нерва коснулся.

— Маргарита Дмитриевна, Вы уже уходите? — Впопыхах за мной бежит всеми любимая нами Любовь Ивановна.

И догнав меня на лестничном пролёте второго этажа, облокачивается на перила и прикладывает руку к солнечному сплетению.

— Что-то случилось? — По лицу либо трубу прорвало, и здание заливает водой, либо где-то обнаружено возгорание, и всех нужно срочно эвакуировать.

— Как же цветы? — Быстро проговаривает, по-прежнему не сдаваясь в попытках отдышаться после спринтерского забега.

Я, напротив, спокойно выдыхаю. Напугала, однако ж, тётя Люба.

А что цветы? Не пропадут, а если и пропадут, то скажи это Максиму, он ещё партию подгонит. Нашла из-за чего расстраиваться.

— Пусть уходящие возьмут по букету. Скажите, что нам попался очень благодарный зритель. Конечно, с опозданием. Ну лучше поздно, чем никогда, — подмигиваю и, попрощавшись, продолжаю свой путь к выходу.

Прохожу через цветущий в холле летний сад и вдыхаю запах свежих цветов, который невольно откликается во мне. Грани между различными цветочными ароматами тонкие, хрупкие и невидимые, но при этом настолько необходимые, ведь деликатно подчеркивают индивидуальность отдельного цветка. Также происходит и с человеческими эмоциями. Меня словно охватил весь их спектр. Вместе с тем, каждый проявляется во мне по-своему, и ни с каким другим не перепутать, пусть они и крепко сплетены в паутину.

— И себе хоть один прихватите, — громким, но тёплым по-домашнему голосом, тётя Люба, окликая, выводит меня из неземной нирваны, где сладостно благоухает цветочный луг.

— Нет, спасибо, — отмахиваюсь. — У меня ещё букет лилий не завял, — и галопом покидаю школу. Лишь бы не передумать.

Если я и эти цветы пожалею, и захочу приютить у себя в квартире, то Максим надолго поселится в моей голове, по крайне мере на неделю уж точно, пока цветы совсем не увянут и не придётся их выбрасывать.

На такси я добираюсь на вторую свою работу. Её и работой не назовёшь. Я не взваливаю на свои плечи груз, я его с себя скидываю. С мыслями, что ты успел и сумел хоть кому-то помочь, стало легче жить. Эгоистично с моей стороны искупать свою вину, прикрываясь благородным делом, однако другого способа придать жизни смысл я не нашла.

Открываю дверь и натыкаюсь на торопливо шагающую мне на встречу Ташу. Вся светится от счастья. А лепетала в уши, что на работе скучно.

— Уже уходишь? — Посматриваю на часы, и замечаю, как стрелка неутомимо приближается к цифре семь. Я задержалась на целый час. Чёрт. — Прости, — по-щенячьему растягиваю слово.

— Ничего, должна будешь мне чашечку кофе с утра, — с блеском в глазах Таша не отлипает от меня и озорно поглядывает, когда я продвигаюсь к своему кабинету.

— Ты мне подложила кнопку на стул? — Оставаясь к ней лицом, иду задом к двери. — А ну признавайся.

— Нет. Только документы оставила на столе, — и хихикнув, ускользает из виду.

Разворачиваюсь и тяну ручку вниз. Без чувства страха, что вместо кнопки и свиньи она мне может подложить совершенно иное, более экстранеординарное — мужчину.

— Ты что здесь делаешь? — От спонтанного удивления, мои зрачки увеличиваются и затеняют собой радужку.

— Тебя жду!

Глава 16. Маргарита

Рома пригласил на свидание, на наше с ним первое. За столько времени общения мы не выходили за рамки дружбы. У нас имеется опыт сдвигания границ, как-то же мы перестали быть просто врачом и пациентом. Но больше, чем как друга я его никогда не рассматривала. Говорят, не зарекаться, от судьбы не уйдёшь. Только всего одна поправочка — Рома не моя