Да эти вампиры совсем озверели! - Валентина Игоревна Колесникова

Коридор оказался совершенно пустым и кристально белым. Огромные панорамные окна с одной стороны, множество белых дверей с другой.

И тишина.

— Здесь никого нет? — тихо поинтересовалась я, наблюдая за окружением.

— Все комнаты изолированы, за ними проводятся работы, которые не связаны с офисной деятельностью, так что попасть просто так в них никто чужой не сможет, — девочку звали Василиса. Красиво имя, улыбка добрая, но в ее взгляде читалось то, что я и минуты не выдержу в кабинете возможного будущего босса.

— Так все плохо? — обреченно поинтересовалась я.

— Вы очень мягкая, — словно извиняясь заметила Василиса, — надо по жестче быть, уверенней. Ни пуха, ни пера!

Дверь открылась…

Я шагнула вперед…

Огромный просторный кабинет, идеально чистый… Точнее не так, в нем все было идеально кроме одного — отвратительного, всепоглощающего запаха дешевого табака, который доводил до слез… Лица начальника я не видела — он слегка повернулся к нам спиной, явно разыскивая какие-то свои бумаги.

Я подошла чуть ближе, Василиса шепнула: Жестче!

А потом он повернулся…

Тишина… зловещая… такая, которая сулит неприятности, при чем не мне!

— Ну ты и скотина, — после долгого, очень долго молчания, я резко выдохнула, — так ты все знал, гад. С самого начала все понял!

Меня переклинило, я словно с катушек слетела, почти засандалив качественную оплеуху своему горе соседу, который вечно обсуждал мое несчастное кружевное белье и все же успел увернуться от незапланированной атаки!

— Как-то… перебор, — шептала позади меня девушка, — перебор с храбростью… Перебор…

Кажется, Василиса шептала, что я переборщила с жесткостью, от ужаса округлив и без того выразительные глаза, но меня было не остановить. Благой французский мат настолько качественно срывался с моих губ, что бедная девушка отползла чуть в сторону, наблюдая за тем, как я гоняю по кабинету горе-начальника, желая свернуть ему его аппетитную мужскую шею. Он вроде что-то говорил, но я не слышала. Сменив брань заморскую на исконно русскую, я чуть ли не плакала, рыча ему прямо в лицо о том, что я умудрилась пережить совсем недавно самый настоящий ад.

Хоул, а этого гада, оказывается, звали именно Хоул, а не Виктор, жестом приказал Василисе выйти. Девушка обрадовалась, охрану вызывать не стала, хоть и хотела, но ей не дали и скрылась за дверью.

— Успокойся, женщина!

— Разбежался! — на стол полетела папка с резюме, — так вот, почему ты мне водоросли в корзину подкинул! А я все думала, что ты их забыл и надо вернуть, а ты специально! Ты видел, что зуб в моем плече не просто так забыли и ничего не предпринял, а я теперь считай труп!

— Я ТЕБЯ ДВАЖДЫ СПАС! — Хоул не выдержал. Судя по тому, как пискнули за дверью, голос начальник повышал впервые, — успокойся, наконец! И вот угораздило же… Ты куда пропала? Я половину города обыскал, так и не нашел тебя! И что с клыками?

Дальше это исчадье вампирского ада нагло залезло мне в рот своими пальцами!

— АЙ! Больно же! — укусив вампира, я тут же нагло прорычала:

— Молись, чтобы никакой заразы от меня не хватануть! А ну рассказывай, что происходит!

— А я откуда знаю? — Хоул развел руками и только сейчас я осознала, что сосед выглядит иначе. Совсем иначе… Вообще по-другому…

Дорогой костюм, уложенные волосы, очки в тонкой дорогой оправе, под глазами синяки хоть и были, но явно какие-то не такие большие, как раньше.

— Соня, почему ты сейчас так на меня смотришь? — кажется, он испугался. Беги, смертный… Беги… — Соня…

— Ты почему такой чистый? Почему от тебя не воняет сигаретами и пОтом? Почему под глазами нет синяков как раньше? Что, уже умял свою девственницу тихой ночью, да?

— Какую, к лешему, девственницу? — голос Хоула стал низкий, он смотрел на меня исподлобья своими иссиня-чёрными глазами, потом потянулся куда-то в сторону полки и достал из закромов… коньяк, — тут без рюмки никак, ты меня и так почти в могилу свела, а теперь пришла окончательно добить… Ты вообще хоть что-нибудь помнишь из того что происходило с тобой в момент сна?

— А я что… а я ничего… я что-то делала?

— О да… Милая моя кровожадная Соня. Делала. Может, поговорим?

Я молча кивнула, сделала глубокий выдох, схватилась за волосы и уставилась на мужчину как на врага народа.

— Хоул, а там что, весь дом вампирами занят? — я провыла, схватив рюмку и тут же выпила ее залпом, — ой, это правда коньяк что ли? Какая гадость…

— Этой гадости, вообще-то, больше сотни лет, — вампир перехватил из моих рук рюмку и отставил чисто мужское пойло от меня подальше, — Соня, что ты тут делаешь? И нет, в том доме не все занято нечистью.

Вот черт… а что я тут делаю? Точно… собеседование же…

— Собеседование у меня, на должность личного переводчика, — и вот откуда мне теперь знать, что Хоул не враг? Да я вообще ничего не понимаю!

— Ага, как же… Хотя языками ты владеешь отлично, особенно мне понравилась ругань без акцента…

Вновь наступило молчание. Мы сидели друг напротив друга и тихо смотрели на то, кто как реагирует. Я была взволнована, напугана и пребывала в истинном бешенстве. Хоул казался в какой-то степени невозмутимым, удивленным и ничего не понимающим, а потом…

— Ладно, давай я просто расскажу то, что видел, — вампир оскалился, оголяя острые клыки, — я не сразу понял, что с тобой, потому что вампиром ты не стала. Поверь, когда человек умирает, а потом внезапно оживает — это откладывает определенный отпечаток. Ты вела себя странно, я наблюдал… Даже сейчас ты пахнешь как обычно, да и крови человеческой так и не выпила, хоть и хотела…

— В смысле, хотела? — мои руки тряслись, и делали это не из-за алкоголя.

— Я видел, как ты пришла домой и уснула. История с зубом меня, мягко говоря, удивила, поэтому я и стал следить за тобой. Я чуял, что где-то рядом пахнет кровью, человеческой кровью, но источник найти было сложно — в таких муравейниках так много запахов… Я понимал, что сосед сверху что-то делает дома, но никаких следов насилия в его отсутствие не видел. Кровь чуял, но по закону нашего мира мы не имеем права вмешиваться в человеческие жизни.

— То есть ты знал, что он маньяк и ничего делать не собирался?

Хоул пожал плечами, а потом продолжил:

— Я знал, что он приводит жертв к себе, мне нужно было лишь выждать момент. И