Портрет супруги слесаря - Маргарита Южина

Следующий день был выходной, и Мефодий не работал. Вообще-то раньше Валентина выпроваживала супруга калымить, то есть работать на свой карман, но сегодня она даже слышать не хотела про его работу.

– Дома будешь лежать! Нечего бегать по всяким клиенткам! Они все равно тебе деньги не платят, только поцелуями рассчитываются. А целовать я тебя сама буду. Да и собачку приучать надо. Смотри, уже четыре лужи.

Щенка вчера помыли, Валентина даже пробовала чесать, но толку не было. Зато сегодня он был белый, пушистый, с черными пуговками глаз – заглядение.

– Валюша, пойдем вместе с собачкой гулять, а? – позвал Мефодий.

У Валентины были дела. Должны были прийти Володя и Маша с Машиными родителями, надо было бы уже и обед разогревать, но женщина только махнула рукой – куда это все денется!

– Пойдем, Мефодий. Только ты теплее оденься, а то какой-то ветер, мне не нравится.

Они ходили по парку, щенок терпеливо пыхтел рядом, перебирая короткими лапами, и Мефодий Сидорович снова читал стихи собственного сочинения, только сегодня как-то без выражения.

– Вот с крыши падает сосулька, а это значит, скоро май… Валюша! Ты посмотри, какую он ветку тащит! Люк! Мальчик! Да как же ты ее упер? Она ж больше тебя весит! Валя, он хочет поиграть!

– Давай поиграем, – соглашалась супруга. – Я побегу, а ты меня догоняй.

И она резво понеслась вдоль заснеженной дорожки. Бежать было неудобно, да она и не слишком старалась, все же они с Мефодием не к Олимпийским играм готовятся. Бежала и все ждала – вот сейчас ее схватят родные руки! Но руки чего-то никак не хватали.

Она обернулась. Мефодий сидел на корточках перед щенком и отбирал у него палку. Щенок не отдавал, упирался лапами и даже рычал, а Мефодий заливался счастливым смехом.

– Вот так… – огорчилась Валентина. – А я, можно сказать, как лань, ношусь тут… Обидеться, что ли?

– Валя! Иди к нам. Смотри, какой у нас защитник растет! – радостно смотрел на жену Мефодий. – Вот попробуй, отбери у него палку, отбери.

Валентина попробовала. Ну и… отобрала, конечно.

– Валя! – обиделся за питомца супруг. – Ну зачем ты у него силой вырвала. Он же еще маленький.

– Мефодий, я больше не буду, – толкала палку обратно в пасть щенку расстроенная Валентина. – Возьми, Люк, возьми… Мефодий! А все потому, что у него сил не хватает. Его кормить пора, а мы тут у него последние силы на беготню отнимаем.

– Правда же, – сразу согласился муж. – Уже и домой пора. Ему же есть надо.

Валентина взяла Мефодия под руку и, заглядывая ему в лицо, спросила:

– Мефодий, ну и что дальше-то?

– Что дальше? Сейчас придем, щенку каши, мне можно котлеток вчерашних, голубцов…

– Да нет же! Я тебя про стих спрашиваю – дальше-то как? «Вот с крыши падает сосулька», а дальше что?

Мефодий задумался. Потом серьезно уставился на супругу.

– Вот ты знаешь, когда с крыши падает сосулька, это сразу в ЖКО нужно обращаться, это ж до чего может дойти? Так же и без головы можно остаться!

– Хорошо, – угрюмо шмыгнула носом Валентина. – Если упадет, я сразу в ЖКО обращусь…

Дома их уже ждали Володя с Машей и Верочка с Олегом Антоновичем. На кухне шипели сковородки, по комнате разносились ароматы и звон тарелок – Маша накрывала на стол.

Едва супруги вошли, как к ним в ноги сразу же кинулась Боника.

– Боника! Девочка моя! Ну куда ж ты подевалась? – схватила Валентина на руки любимицу. – А мы тут тебя… Мы же все помойки облазили, мы же…