Несчастные девочки попадают в Рай - Кэрри Прай

Фуух, мне срочно нужен ластик, который сотрет все, что я сейчас сказала или же память Соколову.

Саша внимательно прошелся по мне взглядом. Так ничего не ответив, он захлопнул перед моим лицом дверь.

Боже, а чего я ждала? Дружеских объятий? «Соколов ведь не дурак, он покажет Златке «фак»», — прозвучала в голове Пашкина дразнилка. Кто бы мог подумать, что нелепый набор слов будет так близок к правде?

Отчаявшись, я медленно поползла к воротам, изо всех сил сдерживая новую порцию слез.

— Стой! — послышалось за спиной.

Обернувшись, я увидела Сашу. Парень лихо поравнялся со мной.

— Я сапоги надевал. Не босым же лягушек ловить? — улыбнулся он.

Мое сердце улыбнулось ему в ответ.

Глава#8

Мы с Сашей прошли половину дороги, не проронив ни слова. Мне не нужны были слова, я просто изредка касалась пальцами его руки, спотыкалась на ямах, вдыхала запах жженой травы и по-дурацки улыбалась. И все-таки, как мало нужно, чтобы почувствовать себя невероятно счастливой. Мысль о том, что придется изощряться над лягушками никогда не вызывала у меня большей радости. И неспроста, ведь рядом был Саша.

— Я не хотел причинить тебе боль, — внезапно вымолвил он, глядя себе под ноги. — Я не должен был размахивать руками. Прости.

Боже, что? Я с трудом верила в происходящее.

— Ерунда. Я ничего не почувствовала, — врала, краснела и буквально ощущала два трепещущихся крыла за спиной. — Меня Пашка порой сильнее бьет.

Саша тихо хохотнул.

— А я думал, что мы с Сэмом единственные, кто прибегает к насилию. Паша не похож на маньяка.

— Это глист на многое способен, только не на гуманность.

Сашка задумался. Глубину его голубых глаз разбавил оранжево-розовый закат, отчего моя душа аналогично разукрасилась. Сама природа делала его краше, — каждый лучик заходящего солнца попадал на его руки, волосы, лицо — будто хвасталась, гордилась своим творением.

Неожиданно между нами проскочило лохматое существо.

— Каштанка! Ты почему не дома? — наигранно возмутилась я, зная, что верная собака преследует меня повсюду. — Беги домой, глупышка.

Проигнорировав неубедительный приказ, Каштанка запрыгнула на Сашу.

— А я думал, что ты не любишь посторонних? — сказал он, тормоша собаке макушку. — Хорошая девочка. Красавица.

Покладистость Каштанки подметил не только Саша, я тоже была удивлена такой ее покорности. Эти ребята явно нашли общий язык. Что ж, я полностью доверяю выбору своей собаки. Сейчас, определенно.

Перепрыгнув небольшой овраг, мы прошли на «тайное» место.

— Это и есть твой домик? — разочарованно спросил Саша, глядя на хрупкое сооружение из гнилых досок. Я давно не приходила сюда, ни разу после зимы, поэтому, знать о состоянии домика не могла. Теперь, деревянная каморка походила на разваленное, гигантское гнездо.

Подходя к дереву, я опечалено вздохнула.

— Очень жаль, что домик разрушился. Его построили дети цыган, дабы укрываться от дождя. Мы с Ниной любили его. Иногда представляли, что это портал в другое измерение. Залезали внутрь, закрывали глаза и надеялись, что домик перенесет нас в лучший из миров.

— В лучший из миров? — смеясь, удивился Саша. — Это как?

— Это место принято называть Раем.

— Вы хотели умереть?

Я пожала плечами.

— Ради того, чтобы туда попасть, я была готова пойти и на это.

— А сейчас? — хмурясь, спросил он. — Сейчас ты тоже готова умереть?

Моя рука скользнула по бугристой поверхности дерева.

— Даже не знаю. Если бы мне было с чем сравнить, то я дала бы точный ответ.

Саша задержал на мне пустой взгляд, а потом полез в карман и вынул оттуда нож. На секунду мне показалось, что парень решил «помочь» сделать мне выбор, а точнее, отправить на тот свет.

— Необязательно умирать, чтобы оказаться в Раю, Злата. Нужно наслаждаться жизнью. Любить каждый день и не думать о плохом. На самом деле, мы не осознаем, насколько мы счастливы. Мы не ценим то, что имеем, — после этих слов, Саша подошел к дубу. — Счастье, оно в мелочах. Оно в воздухе.

Не жалея дерева, парень выцарапал кривую букву «С».

— Решил написать свое имя? — поинтересовалась я, распахнув от любопытства глаза.

— Это месяц, — пояснил он, а потом нацарапал что-то похожее на «Z». — А это молния.

Мои заполоненные мотыльками мозги отказывались верить названные им обозначения. Я расшифровала его каракули по-своему. Так, как хотелось мне.

— Что это значит? — спросила я, мечтая услышать романтичный ответ.

Скулы на лице парня напряглись. Несложные символы что-то значили для него. Ну, или мне просто хотелось так думать.

— Добро и зло, — предположительно ответил он. — Спокойствие и тревогу. Любовь и ненависть. Рай и Ад.

Я поджала губы, изобразив восторг. По правде говоря, его рисунок был слишком прост, и нужно быть поистине глубоким человеком, чтобы вложить в него красивый смысл. По мне так, это лишь детские ребусы. Ну, или скрытое признание в любви, где «С» — это Саша, а «Z» — Злата. Будь в моей руке карандаш, заключила бы это буквы в одно большое сердце.

— Если бы было только два пути, и ты мог выбирать, куда направиться — какой бы из миров ты выбрал? — спросила я.

— Ад, — уверенно ответил он. — В Раю слишком скучно.

Да уж. Кто-кто, а Саша никак не ассоциируется с арфами и белоснежными мантиями, хотя на гитаре он играет чудесно.

— Почему-то, твой ответ меня не удивил, — усмехнулась я, присев на колени.

Пальцы нырнули в жесткую шерсть собаки. Каштанка нарочно маячила под ногами, требуя нашего внимания.

Присев рядом, Саша положил руку на Каштанку и слегка коснулся моих пальцев. Я не убрала руку.

— А ты? — его лицо стало серьезным. — Если бы существовало только два пути, какой бы ты выбрала? Плохой или хороший?

Сердце сжалось в крохотную точку.

Что-то мне подсказывало, что Саша спрашивал не про миры, а про людей. А точнее, про себя и Сему.

Сделав вид, что не поняла намека, я демонстративно зевнула.

— Хороший, конечно. Любой бы выбрал хороший.

Поджав губы, Саша воткнул нож в землю.

— Твой ответ меня не удивил, — невесело хохотнул он. — Легче всего выбрать хороший путь, и только поэтому, я всегда выбираю худшее звено. Сильное звено.

Странно, а я всегда считала, что сила в доброте…

— Никогда не перейду на сторону зла, — уверенно заявила я, не придавая этому разговору особого значения.

Только вот Саша был максимально серьезен.

— Восприятие добра и зла у