Хочу тебя любить - Елена Тодорова

– Обещай, что подумаешь над переездом… Пожалуйста.

Я очень редко ною, однако сейчас делаю именно это. Не вижу другого выхода. Я в отчаянии.

– Хорошо, – сдается мама. – Я подумаю.

На радостях бросаюсь к ней и крепко обнимаю.

– Спасибо, мамочка, – шепчу и отстраняюсь, чтобы заглянуть в глаза. Очень серьезно выговариваю: – Я очень тебя люблю, мам. Хочу, чтобы ты была счастлива. Ты этого заслуживаешь. И вовсе не с «этим»… – сдерживаюсь, чтобы не оскорблять отчима. – На самом деле, ни тебе, ни мне не важно, что за ВУЗ. Мы в любом месте сможем реализоваться! Потому что мы умные, – заявляю и смеюсь. Мама сдавленно поддерживает – все еще в замешательстве. – Вот увидишь, у нас все получится!

– Ты-то у меня точно умная, – ласково выдыхает она. – Умница моя.

Уже по дороге в академию моя радость стремительно угасает. В голову ударяет понимание – теперь я должна расплатиться с Бойко. Отдать то, что по глупости выставила на продажу. Вернуть деньги ведь уже не получится.

Господи… Вся эта ситуация такая унизительная и болезненная! Хочется разрыдаться. Но я же сама виновата! Никогда не умела врать, а тут вдруг решилась плести какие-то интриги и пытаться перехитрить короля порока.

Ничего. Пусть так. Пересплю с ним и уеду. За одну ночь не умру. Если он такой дурак, что готов отдать такие огромные деньги, только чтобы стать у девушки первым, то пусть так и будет.

Вот вроде должна бы после этого успокоиться. Важный зачет, а у меня мысли в разные стороны расползаются, и на языке только Бойка висит. Пару раз чуть всуе его не поминаю в процессе доказательства формулы бинома Ньютона. Слышала, что такое бывает. Но со мной ведь впервые.

Подтвердить свои знания и получить «отлично» удается чудом. На консультации к предстоящему экзамену и вовсе с пустой головой сижу. Только теперь понимаю студентов, которые не могут вовремя сдать сессию. Я вот вроде умница, как говорит мама, но сейчас не способна воспринимать информацию.

Пора признать: я дико боюсь близости с Киром. И дело даже не в гордости. И не в предполагаемой физической боли. Все это на самом деле ерунда. Другое страшно… Я ведь и так его люблю… Любила… Сейчас непонятно… Не люблю, конечно! Но что-то осталось, и я до ужаса боюсь того, что после секса станет больше. Когда он целует, каждый раз подрывает. Что же будет во время близости?

Не хочу. Не хочу. Не хочу.

– Говорю тебе, он ее прям конкретно у стены зажимал! Неудивительно, что Довлатова ревновала. Они наверняка трахались еще тогда, когда их предки вместе были!

Когда я улавливаю этот противный шепоток за спиной, на меня словно ушат воды выливают. Нет, не воды. Помоев!

– Фу! Это прям инцест…

– Да какой инцест, дурочка! Они же по крови не родные.

– Ну, все равно… Мерзко.

– Ну да, есть немножко, – хихикает одна из девчонок.

И вторая к ней охотно присоединяется.

Терпеть это выше моих сил. Резко поднимаюсь и покидаю аудиторию прямо посреди консультации. Плевать, что это, скорее всего, была намеренная провокация. Я не в том состоянии, чтобы справляться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мама, конечно, удивляется, что я освободилась раньше оговоренного времени. Но, слава Богу, лишних вопросов не задает.

– Мам, ты не суетись. Я и сама могу съездить в больницу. Точнее, с Чарушиным. Он уже ждет.

– Ты уверена?

– Ну, да. Это ведь просто плановая диагностика.

На самом деле я принимаю экстренное решение, кроме запланированных специалистов, посетить гинеколога. Ясное дело, при маме я не рискну обратиться за консультацией. Хотя, чем она мне поможет? Как говориться, мертвому припарка, но я все равно на что-то надеюсь.

– Артем, а то, что болтают про Бойко, правда? – пристаю к Чаре по дороге с вопросами.

– Что именно? – как всегда, спокойно отзывается тот.

– Ну, что он совсем без тормозов стал… Что связался с какими-то плохими людьми… Все это… Чем он занимается?

Артем окидывает меня странным взглядом и как-то поспешно отводит его.

– Не могу сказать.

– Почему?

– Потому что не имею права о таком трепаться.

– Ты меня пугаешь, – выдыхаю я. – Это что-то криминальное?

Кивает, глядя на дорогу.

– Что-то очень плохое?

Неопределенно пожимает плечами.

– Для тебя, наверное, да.

Меня аж перетряхивает.

– Не скажешь? – спрашиваю еще раз со слабой надеждой.

Мотает головой.

– А девушка у него есть?

Ну вот, не хотела этот вопрос задавать! Как-то так получается… Сама не знаю, как!

– Может, и есть, – неохотно бормочет Артем. – В последнее время он мало чем делится, – поясняет свой ответ.

Но мне все равно ничего непонятно. Я снова ревную, хотя не должна. Вспоминаю, как вчера она его звала, и внутри все закипает.

Боже, я, наверное, схожу с ума!

Консультация гинеколога не спасает. Хоть я и предъявляю врачу все свои выписки, она спокойно проводит осмотр по своему профилю и не находит у меня противопоказаний для начала половой жизни.

– Если переживаешь, что будет больно, можно использовать гель-смазку с лидокаином. Сейчас тебе напишу.

Так, ладно… Я с трудом дышу, но ладно. Все нормально.

– Если будет что-то беспокоить после, сразу приходи.

И вот… Я только сильнее волнуюсь.

– Спасибо. До свидания, – выдаю вместо потока нервной речи.

На ватных ногах марширую к выходу. В голове все еще шум стоит. Взглядом натыкаюсь на стоящего у машины Чарушина, и меня, словно молния, поражает идея.

Чтобы Бойко от меня отстал, я должна переспать с кем-то другим.