Только моя малышка - Яна Полунина

Лера, не накручивай! Успокойся. В конце-концов, так даже лучше. Ты получила свой шанс и теперь можешь смело ждать своего часа икс.

Я положила руку на живот, закрыла глаза и насилу натянула улыбку. Вот так – только позитив! Все складывается как нельзя лучше, не так ли?

Женщины – народ впечатлительный. Однажды я прочитала, что некоторые дамы чувствуют, как оплодотворенное яйцо прикрепляется к стенке матки. Теперь, не дыша, искала новые ощущения.

Может, вот это? А, нет, это живот забурлил.

А, вот оно! Нет, это организм работает.

– Лера, где летаете? – выдернул меня из погружения в собственный внутренний мир Роман Андреевич.

Я закрылась от босса кипой дел и честно пыталась сосредоточиться. И выходило же! Вот только на чем угодно, кроме работы.

– Задумалась, – я коротко улыбнулась и закрылась очередным делом.

– Конечно, в свете последних событий, есть риск вообще лишиться дела, но для вас, Лера, это все равно бесценная практика, – задумчиво произнес шеф.

– В свете каких событий? Что случилось? – у меня создавалось ощущение, что я пропустила конец света.

– Я не сказал? – удивился сам себе Роман Андреевич. – Супруга Донского в тяжелом состоянии в реанимации.

– Что случилось?

– Все банально. Сорвалась, – без капли жалости в голосе произнес мужчина.

– Боже, это ужасно… – я закрыла рот рукой.

Так вот почему Валера сорвался с утра. Вот почему мой телефон молчал, хотя я видела, что он вбил себя на быстрый набор под номером один, а, значит, и мой номер телефона тоже взял.

– Ничего удивительного. Человек сам осознанно закапывал себя в могилу, как бы Донской не доставал ее оттуда за волосы. Так что не удивлюсь, если мы не успеем дать ход делу, как Валерий станет вдовцом, – рассуждал босс. – Но вы изучайте материал, Лера. Если я кого беру, не бросаю.

– Хорошо, – я кивнула, а сама чувствовала, как мысли скачут диким табуном. Странные чувства  перемешались внутри, и глаза не видели ни слова. Мозг отказывался принимать информацию, и я чувствовала себя в полной раздрае.

– Лера, кстати, хотел спросить… – донеслось как сквозь вату.

А? Что? Шеф зовет, Лера, соберись!

– Да, Роман Андреевич?

– Ты же не подведешь меня и не выскочишь замуж?

– А?

– Что глазами хлопаешь? Пусть я буду выглядеть жестоким, но я не собираюсь вливать знания в пустоту.

– Это звучит грубо… – пробормотала я, чувствуя растущий протест.

– Зато правда. Если в твоих ближайших планах возродить отношения с будущим свободным Донским или еще с кем, выскочить замуж и нарожать детишек, то я не хочу потом вздыхать о потраченном времени.

Замуж не собиралась.

С Валерой собиралась покончить благодарностью за прощальный секс.

А вот с детишками было сложнее.

Я думала об этом, но совершенно не собиралась с рождением детей ставить крест на карьере. Думала брать дела на дом, бумажную работу, пока в декрете, а потом выйти на фронт, как только будет возможно.

Но, похоже, боссу лучше не знать о моих планах.

– Никакого замужества, – ответи овый мир во мне. И за него я буду сражаться.

Пусть я и коварно смолчу, но возьму все знания, которые возможно. Может, шеф не так сильно разозлится, когда уже вложил в меня столько сил?

– Неужели? – удивился моему решительному тону Роман.

– Частное адвокатское! – подняв руку вверх, как под присягой, пошутила я.

Андреевич разразился хохотом, погрозив мне пальцем:

– Честных адвокатов не бывает!

Мужчина не должен оставлять время женщине подумать, иначе итог будет не в его счет. Так случилось и у меня. Если еще с утра я была разнежена и приправлена лаской, дышала сомнением и посматривала в сторону изменения плана, как к вечеру я уже подостыла. Меня больше не разрывали сомнения.

Случай с женой Валеры пришелся как нельзя кстати. Отрезвляющая настойка жизни, которая помогла справиться с токсикозом любви.

Я совсем забыла, что совершенно неадекватно реагирую на этого мужчину. Забыла, через что мне пришлось пройти ради его блажи. Стерла из памяти на одну ночь наше нерожденное дитя.

Чувствую, я бы крупно пожалела, ошибись в этот раз. Оступись я и рухни в бездну отношений с Донским, я бы точно потеряла и себя, и свою мечту, а, может, и ребенка.

Нет-нет-нет. Даже если этой ночью Валера был подобен снайперу, я никогда не дам даже подумать, что ребенок его.

Моя мечта о малыше придала сил и решимости. Только благодаря ей я не мешкая отправила Валеру в черный список, предварительно написав:

“Это был прощальный секс. Не тревожь меня, как и обещал. Ты же мужик? Так держи слово”.

Получилось сумбурно, с сомнением, но я надеялась, что маленькая манипуляция в конце заставит его остановиться от выяснения отношений. В конце-концов, он сам так и сказал. Я лишь только напомнила о его последнем визите ко мне домой.

Я радовалась, что Валере сейчас не до меня, и нервничала одновременно. Казалось, что выяснение отношений все еще отложено и впереди меня ждет испытание. Весь день я только и делала, что ломала голову над тем, как же не дать ни себе, ни Донскому ни повода для отношений.

Пришла к единственному выводу: нужно срочно перебить их другими отношениями!

Даня крутился вокруг беркутом весь день, ища повод заглянуть в кабинет Романа Андреевича. То дело забыл занести, то еще одно откопал и распечатал.

И поглядывал на меня странно. То ли виновато, то ли испытывающе – не понять. Гремучая смесь!

Из офиса я уходила последней, уговорив шефа дать мне еще полчаса. Я как раз шла к выходу, когда мне навстречу вышел Даниил. В руках у него был большой букет из клубники и шоколада, такоя ярко-вкусный на вид, что у меня аж слюнка потекла.

– Прости за тот вечер! – протянул эту красоту мне Даня.

За весь день мне даже крошка в рот не полезла, а при виде конфет живот мигом так громко заурчал, что тут же выдал мой голод с головой.

– А ведь я посматривал на букеты из мяса! – засмеялся молодой человек, а потом с виноватой улыбкой спросил: – Прошен?

Букет все еще был в его протянутых руках, а мой живот все еще продолжал сдавать меня с потрохами.

– Прощен, – я взяла букет в руки и услышала звук дергаемой входной ручки.

Даня запер за собой контору, но кто-то не сдался. Я выглянула из-за парня и застыла, как кролик, глядящий на тигра.

По другую сторону стекла стоял Валера.

А тут я с букетом. И Даня.

Это уже начинало входить в традицию. Я, Даня, Валера, встреча на Эльбе.