Танго на троих - Алиса Перова

– Узнаю свою прекрасную воительницу. Ты ещё не передумала выходить замуж?

– Фил, когда я поменяю планы, ты узнаешь об этом первым.

– Очень на это надеюсь, детка, ведь я же по-прежнему твой лучший друг?

– Фели, ты самый лучший и единственный.

– Моя одинокая, потерянная девочка скучает? – жалостливо протянул Феликс.

– Не такая уж я и одинокая и уж точно не потерянная. Например, прямо сейчас я ужинаю в ресторане с очень милым молодым человеком, – с удовольствием поддразнила я друга.

– Да ладно, Ди, правда, что ли, с милым? Я надеюсь, это деловой ужин?

– Как раз нет, Фил, это свидание.

– Эх, детка, я как знал, что тебя нельзя отпускать в эту опасную страну свирепых мужиков и гризли.

– Эй, вы что, сговорились с Реми? Он мне тут тоже про медведей заливал.

– Вот мы с ним поговорили и пришли к выводу, что тебя пора спасать. Пожалуй, я возьму творческий отпуск и прилечу к тебе. Надеюсь, ты будешь рада?

– Творческий отпуск, серьёзно? Знаешь, чтобы ты не творил, я рада тебе всегда. А сейчас прости, дорогой, но мой спутник очень скучает без моего внимания, а это не очень удобно. Созвонимся позднее, пока.

– Какое пока? Я должен знать, с кем ты ужинаешь, Ди! А вдруг он маньяк? Ты вообще знаешь, сколько в России маньяков?

– А ты знаешь, Фил? Расскажешь об этом через пару часов, хорошо? Целую!

– Ди, ты…

Но я уже нажала отбой и тут же отправила Феликсу сообщение с извинением и обещанием перезвонить.

Пока говорила по телефону, на лице Юрия было столько эмоций: удивление, восхищение, ревность. А теперь он молча буравит меня тяжёлым взглядом и мне это очень не нравится. Терпеть не могу, когда мужчина пытается влиять на моё настроение.

– Прости, я не могла не ответить, – покаялась я перед Рыжиком, впрочем, совершенно не раскаиваясь.

– Да всё нормально, мне понравилось слушать твой голос, – и парень расплылся в обезоруживающей улыбке.

Молодец, умный мальчик, и чутко улавливает правила.

– Диан, это был испанский, я правильно понял?

– Да, испанский.

– Ты полна сюрпризов, а какие ещё языки ты знаешь? Ну, кроме французского, испанского и русского, конечно.

– Ещё английский, немецкий и китайский. И совсем немного итальянский.

Юрины глаза от удивления расширились.

– Но как? Это же… ты полиглот, значит?

– Ну, как-то так. На самом деле это не очень сложно, учитывая мою способность к языкам и то, что я подолгу жила в тех странах, чей язык осваивала. Я знаю немало людей, владеющих несколькими языками.

– Ничего себе! – восхитился Рыжик. – А в Китае ты тоже жила?

– Три года, – пробормотала я, мыслями уносясь в прошлое.

Когда-то мне было тяжело вспоминать о годах, прожитых в этой стране. Теперь я вспоминаю их с гордостью за себя и с благодарностью…

Да, старый Демон, ты оказался прав. Но смогу ли я тебя простить когда-нибудь?

– Неприятные воспоминания? – Юра с беспокойством заглянул мне в глаза.

– Разные воспоминания, Юр, но мы же не будем впадать в меланхолию, – я выдавила из себя почти жизнерадостную улыбку.

– Прости, Диана, если какие-то темы тебе неприятны, ты переключай меня сразу, хорошо? Ты говоришь, что была во многих странах… ты путешествовала с родителями?

– У меня нет родителей. Мама умерла, когда мне было двенадцать лет, а отца я ни разу не видела. Знаю, что он тоже умер. Отец был французом, а мама переводчицей – история стара, как мир.

– Прости, ради бога, мне очень жаль, – Юра выглядит смущённым и растерянным.

– Да перестань, это было слишком давно, и говорить об этом уже не больно, – я ободряюще улыбаюсь парню и делаю это почти искренне. Почти…

– Вы с мамой жили во Франции? Просто я удивлён – у тебя идеальный русский и нет акцента.

– До тринадцати лет я жила в России.

– О-о… ну тогда это всё объясняет. А как же ты стала француженкой?

– Мне повезло, – мой короткий сухой ответ ясно дал понять собеседнику, что тема исчерпана.

Спутник мой дураком не был и кивнул, принимая такое краткое объяснение. Но, быстро соскочив с неудобной темы, Юра нырнул в другую неудобную и задал вопрос, который, вероятно, давно не даёт ему покоя:

– Диана, а у тебя есть парень?

Надо бы уже расставить все точки над i.

– Скоро я выхожу замуж, Юра, – отвечаю спокойно, но у него никак не получается совладать с мимикой, чтобы скрыть разочарование.

– Вот, чёрт, извини, – хмуро произнёс парень.

– За что? Ты ничем меня не обидел.

Он посмотрел мне в глаза долгим тоскливым взглядом и произнёс:

– Думаю, если бы ты была моей невестой, я бы не позволил тебе вот так одной путешествовать.

– Вот поэтому, Юра, я не твоя невеста, – легко парирую, разжигая в парне азарт.

– Если только поэтому, то я готов пересмотреть свои взгляды, – мгновенно ориентируется Юра и заставляет меня смеяться. – И ещё мне кажется, что тебе рано выходить замуж. Нет, это не моё собачье дело, конечно, но просто ты такая… Короче, такую красоту нельзя прятать в клетку лет до тридцати, как минимум. Но всё равно, на мой взгляд, это слишком рано. Ты должна блистать, а не сковородки чистить. – Парень отчего-то нервничает.

– Какое-то у тебя странное понятие о браке… При чём здесь сковородки? И вообще, если следовать твоим критериям, то я уже вполне себе выдержанная для сковородок – мне как раз двадцать восемь, а это совсем рядом с тридцатником.

– Сколько? – искреннее недоверие Рыжика звучит приятно, хотя я и сама знаю, что выгляжу совсем юной. – Да ладно!?

– А смысл мне врать, – пожимаю плечами.

– Ну, это да, конечно… Слушай, когда я тебя увидел, то думал, что тебе максимум лет двадцать. Ох, ты и бомба, Диана.

– Да, Юрочка, внешность порой бывает так обманчива… – произношу с шутливым кокетством.

– Точно! – рассмеялся Рыжик, вероятно вспомнив утреннюю встречу, что тут же и подтвердил: – А ты действительно смогла бы опрокинуть на Серёгу тарелку с кашей?

– Конечно, и сделала бы это.

– А если бы он… Нет, мы бы конечно не позволили, но ведь могли бы быть другие, и тогда…

– Юрик, – прервала я парня, не посмевшего озвучить вероятность физической расправы надо мной. Склонившись над столом к нему ближе, я доверительно сообщила: – Я могу вырубить даже быка.

– А что ты ещё можешь? – тихо спросил Рыжик, глядя на меня с недоверием, а я с трудом сдержала смех.