Берег нежности - Кристин Лестер

У нее есть чудесный синий сарафан. Она купила его давно, года три назад и, несмотря на советы подруг и намеки Анны сменить его на что-то более модное и свежее, оставалась верна этому ярко-синему куску ткани, легкому, невесомому и тонкому — незаменимому в такую жару. Он носила его уже третье лето почти каждый день и сегодня наденет на свидание! Впрочем, нет. Ночью ведь не так жарко, а поэтому надо что-то потеплее. Например, льняной красный костюм. Она его тоже любит, и, говорят, он ей идет. А можно…

— Ой! Мамочки!

Жанет вскочила. Кто-то брызгал ей в лицо водой из бассейна. Она резко открыла глаза и тут же с досадой зажмурилась. Кто же это еще мог быть!

— Алекс, вы с ума сошли?! Вы хоть понимаете, что так можно…

— А вы вспомните, именно так мы и познакомились! Я брызгал вам в лицо водой.

— Когда?

— Когда вы вознамерились свалиться с лестницы прямо мне в руки. Правда, мадам? Вас, кажется, зовут Оливия, вы ведь тоже были там?

Оливия кивнула, восторженно оглядывая рельефы его торса.

— Вот видите? Даже ваша подруга согласна. Это судьба!

— Да уж.

Алекс наклонился к ней и зашептал в самое ухо:

— Я почти схожу с ума, глядя на вас. Мне не терпится снова подержать вас в своих объятиях. Пойдемте поплаваем?

— Очень мило. Сначала вы грубо нарушаете мой отдых, потом заявляете о своих пошлых намерениях и еще осмеливаетесь…

— Да они не пошлые! — Брови Алекса искренне полезли вверх. — Я просто… вы такая… Вы очень сексуальная особа. А муж ваш уехал. Вот я и подумал…

— Что мой муж сделал? — Жанет резко села и спустила на нос очки.

То же самое сделала и Оливия, поднимаясь на локтях на своем шезлонге.

Алекс хохотнул:

— Ну вы даете! Вы что же, не знаете, где ваш муж? Он вчера вечером сошел в Нассау, у нас была получасовая техническая остановка. Вы тогда еще сидели, как обычно в своей келье, в салоне.

— В Нассау? — удивилась Оливия. — Но там планировалась большая стоянка на целые сутки. Там магазины и…

— Это на обратном пути.

— Ах, ну да, конечно, — пробормотала шокированная Жанет. Шокирована она была не столько «английским» отъездом Ивеля, сколько тем, что, похоже, всему судну известно, где и как она проводит время.

— Ваш муж сошел без вещей. Вы об этом знаете?

— Потому что он скоро вернется! — заявила Оливия.

— Н-да? — Алекс почесал затылок, очевидно мысленно упражняясь в географии. — Это как? На самолете, что ли?

— Не ваше дело. А теперь уйдите и дайте мне подремать.

— А как же плавать?

— О господи, да оставьте вы ее в покое! — воскликнула раздосадованная Оливия, которой больше всего на свете сейчас хотелось остаться наедине с Жанет, чтобы обсудить поступок Ивеля. Она обожала смаковать чужие пороки.

— Извините, — пробормотал Алекс и поспешно ушел.

Жанет проводила его долгим взглядом. Если Ивель по каким-то непонятным причинам решил предоставить ей полную свободу, то она будет последней дурой, если не воспользуется предложением этого молодого красивого жеребца. Предложением, которое день ото дня он высказывал все откровеннее. В конце концов, чем она рискует? Ничем. В голове у него — мизер интеллекта, разговаривать с ним не о чем, а тело его просто роскошное. Так и хочется прикоснуться…

Правда, у нее есть загадочный мистер Икс, которого она сегодня наконец увидит. И, как знать, может быть, именно с ним у нее начнется впоследствии роман. Ничего нельзя исключать. Ведь вполне возможно, он окажется хорош собой, а если прибавить сюда его психотерапевтические таланты — лучшего любовника не пожелаешь…

— Ну и что ты думаешь про Ивеля? — Оливия поудобнее устроилась в шезлонге. — Я просто в шоке!

— Я ничего не думаю, — отрезала Жанет. — Извини, мне пора.

В десять вечера Жанет пришла в салон и, к своему величайшему изумлению, не увидела там никого. На диване лежал точно такой же листок бумаги, как у нее в номере: «Следуйте за стюардом» — было написано там.

Жанет в гневе топнула ногой. Никаких стюардов нигде по близости не было видно. Он издевается над ней! Чертов сумасшедший! Втянул ее в свою игру в Робин Гуда, а теперь решил посмеяться! Или, может, он думает, что она маленькая девочка и будет семенить за ним, куда он ни позовет?

— Черта с два! — прокричала она, снова топая ногой.

— Простите, мисс?

Жанет испугалась так, что на секунду оглохла, а потом в ушах у нее зазвенело. Обернувшись, она и правда увидела стюарда. Растерянного и улыбающегося.

— Некий господин, имени которого я назвать не могу, велел отвести вас к нему, потому что вы плохо ориентируетесь на корабле. — Парень улыбнулся. — Но я вижу, что он ошибается: вы прекрасно ориентируетесь.

— С чего вы взяли? — хмуро спросила Жанет.

— Вы — та самая художница, которая забирается в укромные уголки и рисует. А еще, говорят, вы та самая, которая дала в глаз Гартье. Это так?

Жанет расхохоталась. Надо же, как она популярна! А ведь она совсем забыла о бедняге Гартье, и более того — забыла, что обещала Стену извиниться перед ним. Злость и досаду как рукой сняло.

— Ладно, ведите меня к этому затейнику.

Парень обернулся в дверях.

— Но вы скажите, это вы или не вы съездили ему по физиономии?

— Я. Только это была обычная пощечина. До чего же мужчины любят сплетни!

— Еще больше чем женщины, мэм!