Мечты о счастье - Ирина Андреева

— Ну в общем так, су…а породистая, либо возвращаешь наши платья, либо…

— Ваши платья получите после праздника, а пока вам сошьют новые, гораздо лучше, — ответила Мэри.

— Зачем вам это? — спросила уже я. Действительно, зачем ей так о нас беспокоиться?

— Да, — поддержала меня подруга. — И кто за это будет платить?

— Я оплачу, — невозмутимо ответила Мэри. — И делаю я это ради мужа. — На последнем слове она особенно сделала акцент, чтобы больнее уколоть Наталью. — У Глеба и так плохие отношения с отцом, не хочу, чтобы из-за вас они испортились ещё больше.

— Да ладно! — рассмеялась Натка. — Давай уж по-честному: делаешь ты это не ради Глеба, а ради себя. Чувствуешь, что скоро получишь коленом под зад, вот и стараешься, из кожи вон лезешь, чтобы угодить. Только всё это напрасно! Глеб всё равно с тобой разведётся, это вопрос времени.

Мэри никак не отреагировала на эти слова, только обратилась к всё ещё ошарашенным закройщикам:

— Приступайте к работе, через сутки платья должны быть готовы.

Парень с девушкой как бы очнулись и начали суетиться вокруг нас, осматривая со всех сторон.

— Не могли бы вы раздеться, — сказал молодой человек Наталье.

— Ещё чего, — возмутилась она. — Чтобы эта королевская кобра меня на телефон щёлкунула и в сеть выложила? — сказала она, глядя на Мэри, которая продолжала стоять у входа с телефоном в руках.

Мэри криво ухмыльнулась — это была её первая эмоция с тех пор, как вошла сюда, и, ничего не говоря, вышла из комнаты.

Вольдемар объяснил нам, что раздеться нужно для того, чтобы точно снять мерки. Я разделась до нижнего белья, Натка, хоть и с неохотой, последовала моему примеру, но при этом провочала:

— Не нравится мне всё это. Сердцем чую, что-то эта мымра задумала.

— Вы давно знаете Мэри? — спросила я у девушки, что обмеряла меня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Давно, с тех пор как она приехала из Англии. Постоянно заказывает у нас одежду по последней моде и всегда вовремя и щедро платит. А платья ваши действительно были ужасны. Утром Мэри прислала нам их фото и спросила мнение. Они очень старомодны, наверняка в бутиках много лет висели, пока именно вы их не взяли. Да и качество пошива не лучшее, и сам материал.

— А вы, значит, сошьёте лучше, — влезла Наташа в наш разовор, пока возле неё с портновской лентой порхал Вольдемар.

— У вас роскошная грудь, — заметил он.

— Знаю, — с гордостью задрала подбородок подруга и всё же, улыбнувшись, добавила, — спасибо.

— Мы сошьём гораздо лучше, — ответила мне Ника. — Завтра в этом убедитесь.

Молодые люди, закончив работу, попрощались с нами и ушли. Наташа, надев свой длинный халат, высказалась:

— Вот что хочешь мне говори, а я ей не верю. Наверняка приказала этим портнягам сшить нам что-нибудь ужасное.

— Не думаю. Зачем ей с Глебом ссориться?

— А унижаться так зачем? Я бы её прекрасно поняла, если бы она действительно нас взашей выставила, но чтобы вот так угождать… что-то здесь нечисто.

— Так-так, — рассмеялась я. — Кто-то совсем недавно говорил, что это я везде подвох ищу.

— С кем поведёшься, — проворчала Натка и направилась к выходу.

— Куда ты?

— Слуг за грудки трясти, — ответила она не оборачиваясь. — Кто-то ведь спрятал наши платья, не успокоюсь, пока не найду. Пусть шьют нам что угодно, но я буду на празднике в своём наряде, который привезла!!

Ну вот, все ушли и я теперь могу снова спокойно почитать. Но оставаться в этой комнате расхотелось. Вдруг опять кто-нибудь заявится и будет меня отвлекать: слуги, Наталья… Пойду-ка лучше в библиотеку, там спокойнее. Вязв книгу и телефон, я отправилась в самое привлекательное, на мой взгляд, место в этом доме.

Войдя в библиотеку, обрадовалась, что мои ожидания оправдались. Здесь и правда тишина, судя по запаху свежести и влажному полу — уборку провели недавно. Значит, в ближайшие часы сюда точно никто не войдёт. Забравшись на второй этаж, я уселась в удобное кресло, как раз возле окна, под пальмой в большой кадке, и принялась за чтение.

Не знаю сколько прошло времени, но я уже начала ощущать голод. Посмотрев на телефон, поняла, что пропустила обед. И ведь никто меня не искал, чтобы позвать. Какое хорошее здесь место для пряток! Отложив книгу на рядом стоящую тумбу, я встала и потянулась, чтобы размять затёкшие конечности. Услышав звук открываемых дверей, села обратно в кресло, чтобы меня не было видно вошедшему. Не хочу, чтобы моё укрытие обнаружили и впредь знали, где искать. Послышался шёпот двух людей, похожий на мужской и женский, хихиканье, затем снова шёпот. Может это слуги развлекаются? Любопытство сгубило кошку — но я не кошка, хоть и тоже любопытная. Подойдя к перилам, я осторожно выглянула. Увидев Мэри в обятиях какого-то мужчины, судя по одежде — охранника, я удивлённо вытаращила глаза. Вот это да! Дамочка тоже зря времени не теряет. Но, в конце концов, она имеет на это право, уж если с мужем нет отношений и он, как известно, тоже ходит налево.

Верунвшись на кресло, я пожалела, что не вышла отсюда раньше. Как вот теперь мне пройти мимо этой парочки? Придётся выжидать, пока они намилуются и выйдут отсюда первыми. Судя по быстрым шагам вглубь зала и звуку падающих тел на диван, я поняла, что парочка переместилась ко мне ближе. Только они на первом, а я на втором этаже и теперь я могу расслышать, о чём они говорят:

— Может, всё же уйдём отсюда, а то вдруг кто войдёт? — тихо сказал мужской голос.

— Сюда никто не ходит, кроме Глеба, а он сейчас на работе. Слуги прибираются в первой половине дня, так что мы здесь долго можем находиться одни, — игриво ответила Мэри.

— Всё равно как-то не по себе.

— Ты отключил камеры?

— Да.

— Значит успокойся и постарайся, чтобы мне было хорошо, иначе быстро тебя заменю, — строго сказала Мэри.

— Ну уж нет. Не позволю, чтобы моя королева была с кем-то, кроме меня.

Дальше послышались характерные звуки для соития: охи, вздохи, чмоканья… О нет! Было большой ошибкой прийти сюда! С этих пор буду читать только в своей комнате. А после праздника сделаю отсюда ноги, и даже Наташка не заставит меня здесь задержаться.