Затаенная страсть - Маргарет Пембертон

– Но что дальше? – встревоженно допытывалась Луиза.

– Вернусь в Англию. Если князь выплатит все, что мне причитается, этого будет достаточно на билет до Англии.

Луиза слегка нахмурилась. Слишком часто даже самые богатые люди стараются не платить долги. Она повертела зонтик.

– Сегодня я буду играть для вас, Шарлотта. И отдам вам весь выигрыш, если, конечно, повезет.

Шарлотта тепло улыбнулась новоявленной подруге.

– Вы так добры, Луиза! Но вряд ли это понадобится. Князь Виктор, конечно, отдаст долги княгини.

Луиза де Реми еще сильнее нахмурилась. Князь Яковлев был известен как человек, который не расстанется ни с одним луидором, не получив ничего взамен. На этот раз было яснее ясного, что именно он захочет взамен. И еще более очевидным был тот факт, что Шарлотта не собирается вознаграждать его за оказанную любезность.

Лошади выехали на широкий бульвар к вилле «Ундина», и Шарлотта неожиданно сообразила, что сидит и коляске вместе с одной из самых известных европейских куртизанок и что, если их сейчас увидят вместе, ее репутация будет погублена. Но ей было все равно. Луиза предложила дружбу, и не важно, как на это посмотрят в высшем свете. В конце концов, в великосветском обществе вообще ее не замечали. Ни леди Пителбридж, ни графиня Бексхолл, ни другие дамы, пришедшие попрощаться с княгиней, не спросили Шарлотту о ее дальнейших намерениях. А вот глаза Луизы лучились искренним сочувствием.

Экипаж подъехал к охраняемым львами воротам виллы.

– Вы не обидитесь, Шарлотта, если я скажу, что вам нет необходимости возвращаться в Англию и жить в нищете? – Луиза кокетливо повернула зонтик. – Я веду роскошную жизнь. Можете последовать моему примеру. Надеюсь, вы поняли, о чем я? И не оскорбились?

Шарлотта покачала головой:

– Ничуть, Луиза. Знаю, вы всего лишь пытаетесь мне помочь, но я никогда не смогу стать кокоткой.

– Но это так легко! – рассмеялась Луиза. – Восхитительно легко и восхитительно приятно. Если вдруг передумаете, только дайте знать.

Она вручила Шарлотте карточку с золотым обрезом.

– И будьте осторожнее. Больше никаких компрометирующих ситуаций с джентльменами, которые на самом деле вовсе не джентльмены. И помните… – Луиза подалась вперед. – Даже самый лощеный джентльмен перестает быть таковым наедине с красивой женщиной.

Шарлотта улыбнулась. Луиза снова откинулась на спинку сиденья. Бутоньерки из розовых гвоздик весело закивали, когда лошади снова помчались рысью к бульвару Мулен и роскошной вилле, где ее нетерпеливо ожидал великий князь.

Шарлотта пошла по дорожке между содержавшимися в отменном порядке цветочными клумбами. Бронзовый дверной молоток был замотан черным крепом. Все оконные занавеси и жалюзи были опущены. Спрашивать о деньгах в такое время казалось Шарлотте дурным тоном, но что же делать? Она больше не может оставаться на вилле «Ундина», А если станет выжидать более подходящего времени для разговора с князем, может оказаться слишком поздно. Князь не сказал, сколько времени собирается пробыть в Монте-Карло. Что, если он неожиданно исчезнет, оставив ее без гроша?

Шарлотта с тяжелым сердцем, полная недобрых предчувствий, переступила порог погруженной в полумрак виллы.

К ней подошла бледная и напряженная Мария.

– Князь Виктор желает поговорить с вами, мадемуазель. Он в большой гостиной.

– Спасибо, Мария.

Шарлотта надеялась, что до встречи с князем успеет принять ванну и переодеться. Но теперь ей придется не только предстать перед ним в пропыленном платье, но и как-то объяснять свое отсутствие. Ведь он не давал ей разрешения покинуть виллу.

Она тихо постучала в полированную дверь. Ни при каких обстоятельствах нельзя позволять князю унижать ее. Она всего лишь попросит отдать причитающееся ей жалованье. Без денег она не сможет вернуться в Англию. Не сможет выжить.

– Войдите.

Шарлотта переступила порог. Гостиная была любимой комнатой княгини. Здесь она часто лежала в шезлонге в стиле Луи-Филиппа, когда Шарлотта читала ей вслух. Здесь она сидела, с затуманившимися от воспоминаний глазами рассказывая Шарлотте о днях своей юности.

При виде пустого шезлонга у Шарлотты все внутри перевернулось. Больше не будет радостных мгновений и воспоминаний о прошлом. Атмосфера на вилле изменилась, словно самые комнаты уже не были такими теплыми и светлыми, как раньше.

Золотое перо княгини, хрустальное пресс-папье, так же как и фотографии, были убраны с письменного стола. Великая княгиня больше не улыбалась из серебряной рамки на секретере. Прошло всего несколько часов, а в комнате уже совсем не чувствовалось присутствия княгини.

Князь Виктор переоделся в военный мундир: он питал слабость к золотым позументам и эполетам с аксельбантами, и хотя сам никогда не служил в армии, его мундиры были поистине великолепны. Правда, когда он встал с позолоченного стула, мундир угрожающе натянулся на плечах и животе. Князь отказывался признать, что толстеет, и велел портному шить по прежним меркам, считая, что это делает его стройнее и моложе. Но он уже начинал лысеть: волосы были тонкими, очень мягкими и светлыми. Да и усы, хоть и длинные, но редкие, уныло свисали.

Ему было пятьдесят четыре. Жена давно умерла, он не мог даже вспомнить, где и когда. Жалкое, вечно ноющее создание, не способное не только доставить удовольствие в постели, но и произвести на свет наследника. Он снова женится, когда выберет подходящую невесту. Богатую, знатную и юную девушку.

Князь Виктор редко уделял внимание женщинам старше пятнадцати лет, но девушка, стоявшая перед ним, была приятным исключением.

Он окинул ее оценивающим взглядом.

– Пожалуйста, садитесь, мадемуазель Грейнджер. Я убедился, что покойная действительно должна была выплатить вам жалованье.

Шарлотта облегченно вздохнула, но тут же поспешно поджала губы, когда князь уселся неприлично близко от нее.

– Ваши родные, вне всякого сомнения, желают поскорее вас увидеть.

– У меня нет родных.

– Вот как?

Князь слегка подвинулся. Мощное бедро прижалось к юбкам Шарлотты.

– Знаю, сейчас не время обсуждать финансовые вопросы, – начала Шарлотта, испытывая неловкость, – но мое положение весьма затруднительно…

Князь Виктор беззастенчиво рассматривал ее длинные тонкие пальцы с миндалевидными ногтями.

– Видите ли, на службе у княгини я почти не нуждалась в деньгах, и ее светлость держала мое жалованье у себя.

Бледно-голубые глаза князя блеснули. Все будет даже проще, чем он предполагал! У девчонки нет денег. Она полностью от него зависит. Обольщение девственницы Хорошего происхождения и воспитания всегда приятно щекотало нервы князя, особенно если эта девственница служила у его матери. Он возьмет ее всего в нескольких ярдах от той комнаты, где лежало тело княгини.