Старший брат моего жениха - Лина Манило

Ну что? Придется, значит, переть напролом — другого выхода нет.

— Туда, — коротко командую, будто бы мы с Кирой два солдата в стане врага, и взмахом руки указываю на лестницу, ведущую на второй ярус.

Она скрыта от посторонних глаз в надежной тени, но я лично помогал Артему с проектом клуба, потому знаю тут все ходы и выходы.

Там вверху раздевалки, и если Виолетта не успела никуда смыться, искать ее нужно именно в этой комнате.

Кира не спорит, лишь кивает. И я бы мог отпустить уже ее руку — никуда она не денется, — но разве я могу? Нет уж, пусть будет рядом, хотя бы под таким предлогом.

Хорошо, что она высокая — не отстает, а я перемахиваю через несколько ступенек разом, торопясь.

— Тут побудь, — прошу, когда мы минуем длинный коридор. В самом его конце находится неприметная дверь, за которой прячутся ответы. — Я сам.

— Нет, Руслан. Я тоже пойду.

Кира непреклонна, но я не хочу, чтобы у нее тоже были проблемы. Потому что вламываться в служебные помещения, когда тебя в них не приглашали — то еще развлечение. Рискованная авантюра, но разве эту малышку переубедить?

— Кира, там может быть охрана. Это не шутка, — поддеваю пальцами ее подбородок, заглядываю в лицо, но натыкаюсь на полный решимости взгляд. — Упертая.

— Ты даже не представляешь, насколько.

Я усмехаюсь, наклоняюсь чуть ниже — почти касаюсь губ своими — и шепчу в уголок ее рта:

— Тогда держись меня. Развлечемся.

Она кивает, а в малахитовых глазах смешинки сверкают. У Виолетты они просто карие — глухой цвет без единой прожилки, без вкраплений, а тут смотрел бы и смотрел.

Так, все! Хватит о глупостях думать.

Усилием воли отрываю себя от нее и толкаю дверь. Она на удивление не заперта, и в небольшом абсолютно пустом помещении витает в душном воздухе приглушенный женский смех. Он взрывается и рассыпается искрами, и я ориентируюсь на него, выбирая одну из трех дверей.

А еще делаю мысленную зарубку промыть Артему мозг, чтобы надежнее охранял своих птичек.

Ступаю первым в небольшое помещение. Здесь много зеркал, ламп и светильников. Везде валяются яркие шмотки, перья, какие-то шляпы. Ароматы самых разных парфюмов бьют по обонянию кувалдой, а Кира за моей спиной громко чихает.

— Добрый вечер, дамы. — Я жадно осматриваю стайку полуголых девиц, пытаясь найти именно ту, за которой мы и пришли. Виолетту.

Девушки пищат, кидаются врассыпную, прикрывают обнаженные тела какими-то тряпками, прячутся за ширмы, будто бы мне вообще нужны их голые сиськи. Нет, это всегда красиво и глаз радует, но не в этой ситуации.

— Мне нужна Виолетта.

Коротко и ясно, а девицы прекращают визжать и переглядываются.

— Ну? Дамы, нет времени, честно.

Кира выглядывает из-за моего плеча, а танцовщицы, завидев ее, становятся вовсе удивленными. Все-таки не только мне одному они показались похожими — вон как трясогузок перекосило.

— Вы кто, мужчина? — находится, видать, самая бойкая, и ее слишком высокий голос режет по ушам. — Сейчас охрану позовем!

— Это ж Ивановича друг, — толкает в плечо смелую товарку другая девушка, но на меня смотрит с опаской. — Виолетта уехала. У нее сегодня укороченная смена.

— Давно?

— Да минут десять как. Оттанцевала и сразу домой. На тройничок ее, что ли, снять хотели?

Девушки задорно смеются, Кира икает, а я готов выматерить слишком языкастую девицу.

— Пойдем отсюда, — утаскиваю за собой Киру, пока плясуньи еще чего не наговорили. Хватит на сегодня.

Надо скорее уходить отсюда, пока действительно охрану не позвали — нас и так чудом пронесло.

Пока спускаемся по лестнице в зал, в моей голове усиленно крутятся шестеренки. И когда мысль практически оформляется во что-то дельное, звонит мой телефон.

Артем! Ты-то мне и нужен.

— Ты что у девок моих делал? — Артем не злится, но беспокоится, и я его понимаю. — Снова Виолетта? Тебя заклинило на ней? У нее ободок бриллиантовый, что ли?

— Да, заклинило. Влюбился без памяти. — Нащупываю в кармане сигареты и взглядом прошу Киру далеко от меня не отходить. — Мне нужен ее адрес.

— Зачем, мать твою? — на этот раз Артем, кажется, выходит все-таки из себя, а я представляю его лицо в этот момент и тихо смеюсь.

— Цветы хочу послать. Говорю же тебе: влюбился.

— Придурок, она же шалава! Нахера тебе такая?

— Сердцу не прикажешь. Скажи адрес? Пока я весь город на уши не поднял. Ты же меня знаешь.

Артем меня действительно знает, потому после долгой паузы, выматерив напоследок, обещает помочь.

И я знаю, что поможет, пришлет этот чертов адрес, какой бы на самом деле не была причина моего интереса.

— Действительно влюбился? — удивляется Кира, когда я прячу телефон в карман.

— Может быть, — усмехаюсь и тяну Киру за руку, притягиваю к себе поближе. — Давай потанцуем?