Мой итальянец - Жаклин Бэрд

Откуда-то возник Джанфранко. Его взгляд скользнул по фигуре Келли и мокрому пятну на животе.

— Что случилось?

— Ничего. Так, случайность. Не беспокойся. — От смущения Келли густо покраснела.

Оливия положила ладонь на руку Джанфранко. Он повернулся, и она что-то быстро сказала ему на итальянском. Люди, стоявшие поблизости, засмеялись. Джанфранко усмехнулся и, снова взглянув на Келли, положил руку ей на спину.

— Тогда поспеши.

Келли кивнула, не поняв ни слова из того, что было сказано ими, и, сопровождаемая Джуди, вышла из комнаты.

— Эта мерзавка сделала все нарочно, — сказала Джуди, когда они поднимались по лестнице. — Тебе следует остерегаться ее.

— Да нет, это правда случайность, — солгала Келли.

— Однако она совсем другое сказала только что твоему мужу, — сообщила ей Джуди. — Она пошутила, что неустойчивой тебя сделал лишний вес — наследник Мальдини. Почему же, по-твоему, все они засмеялись?

— Я не верю тебе, — сказала Келли, защищая Джанфранко и в то же самое время почувствовав глубокий укол обиды.

— Я бы посоветовала тебе поскорее выучить итальянский, — сухо ответила Джуди.

Не обращая внимания на ее слова, Келли сбросила платье.

— Это твоя спальня? — спросила Джуди, осмотревшись. Она заглянула в гостиную, потом вошла в гардеробную, где распахнула дверцы гардероба.

— Да.

Келли вошла следом за ней.

— Твое положение хуже, чем я думала, — заметила Джуди. — Эти комнаты — не апартаменты хозяина «Каса Мальдини». Тебе известно это? вопросительно подняла брови Джуди.

— Нет, — сказала Келли, сухо улыбнувшись. — Но у меня свои собственные спальные апартаменты.

— Может быть, однако вспомни ту статью в журнале, которую я показывала тебе. Роскошные апартаменты хозяина находятся в другом крыле.

— Там живет Оливия, — пробормотала Келли, доставая из гардероба одно из новых платьев. Наименее ужасным из них было белое муслиновое произведение, украшенное розовыми цветами.

— Ах, вот что. Эта черная вдова крепко здесь окопалась. Прости, что говорю это, Келли, но тебе лучше проявить власть.

— Джуди, ты сгущаешь краски. Джуди покачала головой и вздохнула.

— Послушай, Келли. Уже давным-давно ходят слухи об Оливии и Джанфранко, но всем также известно, что Оливия не может иметь детей. Она была десять лет замужем за его братом и, как только ни старалась, наследника так и не произвела. Если ты не будешь осторожна, она приберет к рукам не только апартаменты твоего мужа, но и его самого и вашего ребенка.

— У тебя богатое воображение, — пробормотала Келли, поднимая платье, чтобы надеть его через голову.

— О господи! Только не это! — Джуди вырвала платье из ее рук. — Куда делся твой вкус, женщина?

Келли вздохнула.

— Кармела и Оливия затащили меня в магазин и поклялись, что так одеваются модные итальянские будущие мамаши.

— Ты наденешь это только через мой труп, — процедила Джуди и, перебрав в гардеробе вещи, вытащила белое как снег кашемировое платье, которое Келли надевала на свадьбу. — Вот это по крайней мере стильное… и, ради бога, подумай о том, что я тебе сказала. Ты слишком доверчива.

Звуки музыки заполнили вестибюль, когда они начали спускаться по лестнице. Начались танцы. Келли вошла в зал как раз в тот момент, когда Джанфранко обнял Оливию и они начали танцевать. Появившийся Карло Бертони обхватил рукой Джуди.

— Где ты была? Я скучал по тебе, — объявил он, и Келли увидела, как Джуди улыбнулась мужу.

Ты замечательно выглядишь, — улыбнулся Карло, глядя на Келли. — Джанфранко — просто счастливец.

Келли заставила себя улыбнуться.

— Спасибо, Карло. — Но, увидев, как Оливия обвивает шею Джанфранко руками, Келли засомневалась в том, была ли она счастливицей. Вид этих двоих, танцующих в такой интимной позе, заставлял поверить в предположения Джуди. У Келли все перевернулось в душе, и такая неистовая ревность захлестнула ее, что ей пришлось на секунду прикрыть глаза.

Джанфранко любит меня, сказала себе твердо Келли. И мы женаты, в конце-то концов. Но внутреннее беспокойство напомнило ей о том, что она беременна, и о том, почему он женился на ней. Тут Джанфранко остановил свой взгляд на ней, его глаза округлились от удовольствия, а ослепительная улыбка убедила ее в том, что он принадлежит ей и ее беспокойство не имеет под собой никакой почвы.

Келли была в том самом платье, в котором выходила замуж, и на какой-то миг Джанфранко снова был ошеломлен тем, какой красавицей она была. Его жена, с ее светлыми волосами, поднятыми наверх, с изящным телом, в котором развивался его ребенок. Да, он правильно сделал, приняв решение жениться на ней, гордо поздравил он себя. Это была леди до кончиков ногтей, и вопреки тому, что он предполагал, глядя на своих женатых приятелей, женитьба мало что изменила в его жизни — кроме разве того, что каждую ночь его ждала в постели любящая женщина. Семейная жизнь пришлась ему по душе. Его друзьям понравилась Келли, вечер удался, и он уже мечтал о том, когда снова окажется с ней в постели.

Музыка смолкла. Джанфранко хотел подойти к Келли, но Оливия удержала его, положив ладонь на его руку. Он слушал с плохо скрываемым нетерпением то, что она ему говорила. Но когда к их разговору присоединилась его мать, он стал слушать внимательно. Старые привязанности вступили в соперничество с новыми, и постепенно его темные брови хмуро сдвинулись.

Келли увидела, как Джанфранко нахмурился и решительно пошел к ней.

— Я вижу, ты переоделась, — сказал он, наклонил к ней темноволосую голову и, целуя ее в шею, тихо добавил: — Котя ты выглядишь чудесно, неужели было так трудно надеть одно из тех платьев, которые тебе выбрала мама?

— Трудно, — заявила Келли дерзко.

— Потанцуй со мной, — потребовал Джанфранко. Его рука легла ей на спину и притянула ближе. — Улыбнись, — тихо сказал он. — А то все подумают, что мы ссоримся.

— Не дай бог перечить тебе в чем-то, Джанфранко, — с сарказмом протянула Келли. И была наказана отрывистым крепким поцелуем. Ее ноздри затрепетали от знакомого волнующего запаха, и она тут же растаяла в его объятиях. — На нас смотрят, — сказала она, густо покраснев.

— Ну и что? Я хозяин в собственном доме, — прошептал он ей на ухо. — Тебе надо помнить об этом. Я не привык к тому, чтобы женщины много рассуждали об одежде, — заявил он со свойственной ему надменностью. — Это надо прекратить — понятно? Келли невольно вздрогнула и сбилась с такта, оскорбленная явной угрозой в его голосе.

— Оливия была права, ты действительно какая-то неуклюжая сегодня, — заметил он.

Джуди не солгала! В эту секунду Келли хотелось влепить ему пощечину. Ее глаза яростно горели, когда их взгляды встретились.