Попаданец для драконши - Алиса Рудницкая

На эти слова Элрой заржал, запрокинув голову. Я почувствовал себя полным идиотом.

— О мрак, — вытер он навернувшиеся слезы. — Парочки рычагов ему не хватает. Слышь, принц… не знаю на чем ты летал… Наверн на какой-нить пасудине для детей и идиотов. Но это Болячка, мать твою. Нафиг мне больше пяти рычагов? Мне даже этот руль не нужен, потому что Болячка моя умеет делать только пять вещей: вперед, назад, влево, вправо, и быстро вперед. Ну ток если рулем поворачивать поудобнее когда надо между скал сигать в черных горах. А так… я бы вообще при помощи трех рычагов справился. Влево, вправо и быстро вперед. И никакого тормоза, господа.

И с этими словами он резко дернул один из рычагов, и машина так резко двинулась с места, что нас с Каей швырнуло о стену вместе с матрасами. Только сейчас я понял, зачем было делать мягкими стены. Правда, от ушибов этот резкий толчок нас не спас — бутылки-то полетели вместе с нами. А вот капитану было хоть бы хны — он только ноги чуть в коленях согнул и в штурвал вцепился, хохоча над нами.

Мы с Каей осторожно поправили матрасы, умастив их в самом углу.

— Можно я хоть бутылки уберу? — спросил брезгливо сипуха.

— Валяй, детка, — махнул рукой Элрой, закуривая какую-то паршивую самокрутку. — Хотя не устраивайся слишком уютно. Лететь не долго.

Я с удивлением выглянул в окно и увидел, как несется под нами земля, смазываясь, будто мы летели по реке ветров.

Путешествие обещало быть интересным.

И не обмануло! Мы с Каей дружно, с чувством орали почти всю дорогу. Этот идиот Элрой сначала несся как сумасшедший над Вадгардом, и это было еще терпимо. Потом мы на всей скорости врезались в реку ветров. В прямом смысле врезались, даже, я бы сказал, пропороли ее стенку бушпритом — и как нас только не унесло и не разломало на тысячи кусочков?! А потом, петляя словно убегающий от стаи волков заяц, Болячка летела через черные горы. То еще, я вам скажу, удовольствие. На корпусе впереди зажглись два мощных магических прожектора, но даже они не могли толком осветить кромешную тьму, царящую на торце кеты.

Нас сминало давлением, швыряло из стороны в сторону, вестибулярный аппарат сходил с ума и я порой переставал соображать, где верх а где низ. Пару раз Болячка сделала штопор, отчего мы катались по крыше кабины управления. В конце-концов мы с Каей в панике вцепились в дверную ручку и провисели на ней остаток путешествия.

А Элрою было хоть бы хны! Он даже с места не сдвинулся за все это время — стоял как приклеенный к полу, за руль держался и ржал как ненормальный.

На самом деле когда мы второй раз прошили стенку реки ветров, я уже готовился к смерти. Но, слава тьме, свету и всем божествам кеты — пронесло.

— Ну че, ребятки, — позвал этот сумасшедший капитан Каю, медленно переводя рычаг из одного состояния в другое. — Я снизил скорость. Почти прилетели.

— Слава богам, — выдохнула Кая, отцепившись наконец от дверной ручки и плюхнувшись на пол.

— Не понравилось? — расстроился капитан. — Да ну вас! А Лука обещала, что вы рисковые.

— Понравилось, понравилось, — заверил его я, тяжело дыша и ощущая, как организм спешно останавливает вырабатывание адреналина и принимается за эндорфины. Радость о того, что мы выжили, была безмерной.

— Че как там она? — спросил Элрой, оставляя штурвал и вынимая ноги из тяжелых, мощных сапог — видно они были прибиты все же к полу. — Не собирается возвращаться к нам? Я бы ее сделал своей королевой.

Я удивленно посмотрел на него, и парень снова зубасто ухмыльнулся.

— Ну а что, она — единственная женщина в этом сумасшедшем мире, которая вызывает во мне что-то помимо желания затащить ее в постель, — заявил он беспардонно. — Ну или желания ее стукнуть. Если б она еще согласилась…

— Эм… она велела передать, что ее ответ — как всегда НЕТ, — припомнил я. — Наверное она говорила именно об этом.

— Ох, — пират театрально, очень наигранно расстроился. — Ну все, умру от тоски, так ей и передай, принц.

— Хотя у вас того, будет шанс, — невесело улыбнулся я. — Если Ласла не отправится нас искать, то Лука вполне возможно вернется… хмн… к своей прошлой работе.

— Фиг там, — фыркнул капитан, отмахнувшись и, подойдя к нам, шлепнулся задницей на смятые матрасы. — Слишком хорошо я ее знаю, она не вернется.

— А ничего, что никто не смотрит за дорогой? — спросила настороженно Кая.

— Да че там смотреть, — отмахнулся Элрой. — Мы остановились давно уже. Щас за вами прилетят.

Мы с сипухой удивленно переглянулись и уставились на смотровое окно. За ним простирался луг, усыпанный розовыми цветами. Присмотревшись, я понял, что вовсе это не луг, а самое настоящее поле, засеянное ровными, длинными рядами розовых кустов, уходящими куда-то за горизонт.

— Это не Конкори, они розы не выращивают в таких количествах, — заключила Кая, и, поднявшись, быстро схватила Элроя за шкирку. — Куда ты привез нас, мраков пират!

— Тише, тише, — ухмыляясь, поднял руки капитан. — Угомонись, птичка. Кто больше заплатил — тому и привез. Ничего личного, просто бизнес. Но, надеюсь, тебе хватит ума понять, что вы не у врагов. Милая королева роз очень хорошо заплатила за вашу доставку.

— Свернуть бы тебе шею, вся кета бы мне спасибо сказала, — флегматично сказала Кая, и я понял — она не шутит.

— А вот от этого прошу воздержаться, — нагло усмехнулся Элрой. — Обернись-ка, милочка.

— Ганс, что там у меня за спиной? — спросила сипуха.

Я обернулся и увидел, что дверь в коридор открыта и из нее торчат добрых три арбалета, щетинясь наконечниками болтов. Ну вот, придумал на свою голову оружие…

— Тебя взяли на мушку, — со вздохом сказал я. — Отпусти его. Королева роз нам действительно не враг.

Кая нехотя оставила Элроя в покое и грозно протопав ко мне, помогла мне подняться на ноги. Люди с арбалетами — все такие же безликие, отличающиеся одними только летными очками — взяли нас обоих на прицел и настойчиво начали вытеснять в сторону двери.

— Удачи, ребятишки, — махнул нам рукой капитан. — Был рад познакомиться!

На эти слова сипуха только скривилась, а я неопределенно дернул плечами на прощание. От Черного Элроя у меня остались противоречивое впечатление. Вроде гад гадом — а личность интересная. И меня разрывало любопытство — я никак не мог понять, почему мы летели с такой сумасшедшей скоростью. Именно об этом я и