Плейбой с сердцем романтика - Ребекка Уинтерз

* * *

Эбби еще ни разу не было так весело. Остаток дня они гуляли по извилистым городским улочкам со зданиями, построенными в Средние века и эпоху Возрождения. Они лакомились мясными пирожками, фруктами и шоколадными трюфелями. Рауль держал ее за руку и целовал в губы.

В пять часов вечера они отправились в магазин «Кларисса». Эбби даже боялась смотреть на цены. Ей сразу понравилось платье вишневого цвета с рукавами три четверти и большими яркими цветами на подоле юбки. Надев платье и черные туфли на высоких каблуках, она вышла из примерочной, чтобы показаться Раулю.

При виде нее его глаза страстно сверкнули.

– Отлично!

Он оплатил покупку, и они направились к машине.

– Где пройдет ужин? – спросила она.

– В пятизвездочном отеле «Ла Клош». Он считается историческим памятником с видом на столицу Бургундии.

Через несколько минут они вошли в роскошно оформленный зал. Несколько гостей оказались дядюшками Рауля. Все были элегантно одеты. Неудивительно, что Рауль предложил Эбби купить особенное платье. Гости кивали Раулю и изумленно глазели на Эбби.

– Здесь полно гостей, – прошептала она. – Мы опоздали?

Он обнял ее за талию.

– Это не имеет значения. Мы сидим за главным столом.

Через несколько секунд она оказалась сидящей в центре стола, слева от Рауля. Подали еду и вино. Рауль представил Эбби мужчине средних лет с проседью в волосах. Мужчина не мог оторвать от нее глаз, но она сразу поняла: это не потому, что он считает ее привлекательной.

– Мадемуазель Грант, познакомьтесь с мсье Раймундом Годаром – владельцем престижного поместья «Паскаль Годар» здесь, в Бургундии. А это его дочь, Соланж.

Эбби улыбнулась:

– Как поживаете, месье Годар?

– Мадемуазель Грант, – пробормотал мужчина. Упомянутая Соланж наклонилась вперед, чтобы оглядеть ту, которую ей представили. Соланж де Лакруа Годар, настоящая красавица с медно-красными волосами длиной до плеч, пронзила Эбби суровым взглядом темно-карих глаз, которые она унаследовала от своего отца.

Рауль разговаривал с пожилым мужчиной, сидящим справа от него. Эбби ела и молчала, пока другой мужчина, занявший место в конце стола, не подошел к трибуне. Он стукнул вилкой по рюмке, привлекая всеобщее внимание. После приветственной речи на французском языке он попросил Рауля выйти к трибуне.

– Я скоро, – прошептал Рауль на ухо Эбби. Он произносил речь по-французски примерно пять минут, и все это время Эбби чувствовала на себе пристальный взгляд Соланж.

Когда Рауль вернулся к столу, раздались аплодисменты. Потом выступили еще два человека и подали десерт. Рауль положил руку на спинку стула Эбби.

– Мы уйдем, когда ты захочешь, – сказал он.

Эбби очень хотела уйти, потому что не любила быть центром внимания. Они вышли из банкетного зала, осознавая, что на них все смотрят.

– Ну, все прошло не так уж плохо, – произнес Рауль.

Она иронично усмехнулась, но ничего не сказала. Когда они сели в машину, Эбби повернулась к Раулю лицом.

– О чем ты говорил? – спросила она. – Тебе громко аплодировали.

– Помнишь, как я рассказывал тебе, что урожай винограда во Франции был одним из самых маленьких за тридцать лет и на десять процентов меньше, чем годом ранее?

Она кивнула.

– Я сообщил им некоторые идеи, которые мы с моим дедушкой недавно обсуждали. Еще слишком рано делать вывод о качестве вина в этом году. На самом деле, еще неизвестно, какой будет погода. Поэтому некоторым виноделам желательно не продавать всю продукцию, а оставлять себе часть вина ежегодно. Это будет своего рода страховка, которая поможет переждать времена плохого урожая винограда.

– Именно это ты делаешь в своем поместье?

– И буду делать. Мы с дедом полностью поддерживаем друг друга в этом вопросе, но многие члены нашей семьи этим недовольны. Они с удовольствием убрали бы меня из руководителей компании, если бы не традиция семьи Декорве: старший сын становится главой поместья и винодельни, если нынешний владелец умирает или становится неработоспособным.

– А как насчет старшей дочери?

– Моя старомодная семья никогда с этим не согласится.

– И как к этому относится твоя сестра?

– Догадайся сама, – сказал Рауль.

– По-моему, твоей семье повезло, что ты стал ее главой. Благодаря тебе они по-прежнему сохранили свое наследие и выжили даже после такого плохого урожая.

Его глаза сверкнули.

– Я не могу дождаться, когда довезу тебя домой. От его слов она задрожала.

– Рауль, дочь человека, рядом с которым я сегодня сидела за ужином… Соланж смотрела на меня враждебно. Я не преувеличиваю.

– Я знаю, что ты не преувеличиваешь.

Эбби изо всех сил пыталась подобрать правильные слова:

– Мне остается только предполагать, что она хотела быть с тобой сегодня.

– Когда-нибудь она встретит подходящего ей мужчину, – ответил он. Но Соланж хотела Рауля. – О чем ты думаешь?

– О всякой ерунде, – солгала она.

– Что тебя беспокоит?

– Мы случайно сидели рядом с семьей Годар?

– Нет. Ассоциация виноделов регулярно устраивает ужины, а Годар известные виноделы. Они всегда сидят за главным столом. Это традиция, которая мне не слишком нравится.

Они направились в поместье.

– Отец Соланж тоже смотрел на нас враждебно.

– Он надеется, что женюсь на его дочери. Он жаждет объединить наши винодельни. Я узнал об этом еще год назад. Вот почему он привел Соланж на сегодняшний ужин. Когда мы с тобой сели рядом, его едва не хватил инфаркт.

– Боже мой! – воскликнула она. – Все строят корыстные планы!

– Кроме моих бабушки и дедушки. Когда мы доберемся до коттеджа, я расскажу тебе о своих планах.

Она затаила дыхание.

– По-твоему, это хорошая идея?

Он посерьезнел.

– Весь регион в курсе, что у меня новая женщина. Американка, которая ничего не знает о виноградниках и не говорит по-французски, – сказал он, и она опустила голову. – Теперь, когда я выполнил свои обязанности, я собираюсь заняться тобой. Ты для меня очень важна. Я не хочу попусту тратить наше драгоценное время вместе.

– Но я вторглась в твои семейные дела…

– Эбби, тебе следовало догадаться, что я не хочу, чтобы ты уезжала. – Он взял ее за руку и поцеловал в ладонь. Его жест задел Эбби за живое.

– Ты понимаешь, что я прошу тебя провести со мной ночь. Я хочу тебя с самого первого момента, как мы встретились.

«Я тоже хочу тебя, Рауль».