Ошибка в формуле любви - Дарья Лаврова

Парень какой-то, первый раз вижу. Черно-белое фото, длинныетемные волосы, красивые зубы, бешеные глаза – он тут как бы кричит. И чего емуот меня надо? Он вроде ничего, на Андрея Малахова похож, который «Пустьговорят» ведет. Зовут Романом.

Открыла, прочитала.

От кого: Роман Исаев

Кому: Маша Гусева

Привет! Я тебя увидел на страничке у Гришки. Давай познакомимся.Ты не против?

Ответить Закрыть

Пока я читала, мне пришла одна заявка на добавление в друзья– от Ромы. Его даже не смутил мой статус «есть друг». Смелый парень. Я нажалана «дружить» и ответила, что не против с ним познакомиться.

Тут зазвонил мобильный.

– Маленький, я сегодня никак не могу, – сказал Ильягрустно. – Давай лучше завтра?

– А почему не можешь?

– Работа… – вздохнул он. Было слышно, как рядомхохотали девушки.

– Ну ладно…

– Не расстраивайся, маленький…

– Ладно, до субботы, – сказала я и отключилась до того,как голос начал дрожать от слез.

Только я немного успокоилась, как по скайпу позвонила мама.Я подозвала Гошу, чтобы поговорил немного с бабушкой. А еще, чтобы отвлечьмаму, чтобы не задавала вопросов, отвечая на которые, я начинаю истерить.

Гоша и мама смеялись, посылая друг другу воздушные поцелуи,а я боялась, что она заметит мои красные глаза. Наверное, поймет, что это из-заИльи. Точно спросит о нем.

Наговорившись с бабушкой, Гоша убежал к себе, оставив менянаедине с мамой и скайпом. Вдруг возникла мысль, что зря родители отправилименя в Москву в конце прошлого лета и что все сейчас было бы лучше, если бы яосталась учиться дома.

– У тебя глаза красные. Ты плакала?

– Да нет, – ответила я, чуть отвернувшись в сторону ибоясь смотреть на экран. – Плохо спала просто.

– Маша, а этот Илья – он не слишком для тебя…взрослый? – спросила мама.

– Почему? – изобразила я удивление. – Ему двадцатьлет, на четыре года старше меня.

Я скрывала от родителей настоящий возраст Ильи. Оченьбоялась, что запретят встречаться с ним, да еще и брату скажут, чтобыпроконтролировал. А старшие братья – они очень строгие бывают, особенно с теми,кто пытается обидеть их младших сестер.

– Но ему не двадцать лет… – задумчиво ответиламама. – Ну, правда ведь, Маш? Ты присылала фотографии. Ему все двадцатьпять можно дать. Жениться ему пора, а ты еще маленькая для него.

– Наверное… – вздохнула я, опустив глаза. – И чтомне делать?

Еще немного, и я снова начну лить слезы и хлюпать носом.

– Не принимай все, что сейчас происходит, близко к сердцу. Ине обвиняй себя, когда он решит уйти.

Больше всего мне не нравилось слово «когда». Когда – этозначит, что точно будет. А «если» – может, и не случится. Самое страшное,что я понимала – мама права. Илья первый меня бросит. А я не Ира. Я не найду всебе силы опередить его. Остается только ждать. С каждым днем этот момент всеближе и ближе.

– Я знаю, что ты все делаешь правильно, – продолжаламама. – Просто это не тот человек. Пойми, он не единственный, кого можнолюбить. Вокруг столько мальчиков, ты просто иногда не замечаешь их… Вытрислезы. У тебя все будет лучше всех, Машка!

– Ага, будет… – расплакалась я. – Ты мне это ужепочти три года говоришь!..

– Потерпи еще немного.

После тяжелого разговора с мамой я долго не моглауспокоиться. Последний раз я так плакала, когда мне не хватало денег, чтобыкупить билет на концерт Димы Билана, – два года назад. А еще, когда Гошаиспортил плакат с ним.

– Ну ты чего? – тихо спрашивал он, протягивая мне стаканводы. – На бабушку обиделась?

– Нет, бабушка все правильно сказала.

– Я знаю, – проговорил Гоша. – Я слышал.

– Опять подслушивал?

– Нет, мимо проходил просто. Зачем он тебе, а?

– Ну, как тебе сказать… я люблю его, наверное.

– Когда любят, ходят счастливыми.

– А я что, не счастливая, по-твоему?

– Не-а, – замотал головой Гоша. – Когда у тебяБилан на стене висел, ты и то счастливее была. А сейчас ты какая-то… –задумался он. – Совсем никакая.

– Отлично, – вздохнула я.

– Нет, это плохо, – возразил Гоша. – Найди себенормального парня, и все будет хорошо.

– Какой ты умный, Гоша, – улыбнулась я, отдавая ему вруку пустой стакан.

– Это потому что я в бабушку, – ответил он, убегая накухню.

Я смеялась – впервые за вечер. Наверное, через десять лет изГоши вырастет отличный парень.

– Я домой хочу, – призналась я Гоше, когда он вернулсяс кухни.

– А я хочу, чтобы ты осталась со мной.

– Тогда поедем вместе, – сказала я. – В июле,когда я поступлю в институт.

– Договорились, – согласился Гоша.

После дня, полного переживаний, я быстро заснула. Но вотприкол. Я засыпаю моментально, сплю ровно час, а потом просыпаюсь и до утра немогу уснуть. Это уже второй месяц продолжается. Очень раздражает.

Вот так и сегодня. Заснула, проснулась через час, вспомниласон и чуть снова не расплакалась.

Снилось, что мы с Ильей гуляем по нашему району поздновечером, держась за руки. Уже темно, везде горят фонари, светятся окна. Мывыходим к проезжей части, видим желтый автобус, подъезжающий к остановке. Язнаю, что автобус наш, но до остановки еще далеко и, чтобы успеть, нужнобежать. И мы бежим. Илья успевает запрыгнуть в автобус, двери закрываются, онуезжает, а я остаюсь одна на пустой остановке в темном городе, который заполгода так и остался для меня чужим.