Криминалистка - Мария Ветрова

Вспомнив про Светку, я немедленно схватилась за телефон. Сотовый у меня, разумеется, был, но я женщина экономная и пользуюсь им в самых крайних случаях… Данный же случай, как я, к своему облегчению, убедилась, крайним, слава богу, не был. Роскошный серый «Панасоник» стоял на одной из тумбочек в изголовье кровати. Рядом белела какая-то бумажка, что-то вроде инструкции для вновь прибывших: выход в город по телефону осуществлялся в пансионате через дополнительную цифру «2». В Москву можно позвонить только снизу, из автомата… Никаких автоматов я внизу не заметила, должно быть, их скрывали от глаз здешние пальмы и аспарагусы, или как там их называют… Мои познания в ботанике всегда оставляли желать лучшего.

Подняв трубку и убедившись, что телефон работает, я вернула ее на место, присела на край золотисто-желтого атласного покрывала и задумалась.

Ясное дело, что «Панасоник» здесь так называемый «круговой». Нехорошо быть подозрительной и в каждом новом знакомом видеть чуть ли не врага, но иного выхода ситуация не оставляла: ведь не отдыхать же, в самом деле, я сюда приехала, а помочь Катьке отыскать убийцу! Проанализировав так же, как и она, то немногое, что удалось пока узнать об этом деле, я не сомневалась, что «Катину» девочку не только изнасиловали, но и убили, вколов супердозу героина. Девчонка была либо в стельку пьяна, либо без сознания в этот момент, потому что, несмотря на изодранное в клочья белье и минимальное количество следов, которые, по словам судмедэксперта, остались на теле, она насильнику практически не сопротивлялась… И это при том, что была девственницей!.. Короче, пользоваться здешним средством связи для деловых разговоров с Катькой пока не стоит. Поживем — увидим, тогда и решим…

В этот момент мой взгляд упал на еще одно удобство — электронные часы, моргавшие над дверью. И я заторопилась: до ланча, а следовательно, и до знакомства с остальными постояльцами пансионата, оставалось двадцать минут.

Принять душ, как намеревалась вначале, я уже явно не успевала. Быстренько разобрав сумку, для первого знакомства с теплой компанией я избрала самый простой вариант: свои любимые джинсы, по-моему, еще вполне приличные, и красный пушистый пуловер — мягкий, удобный и свободный. В конце концов, меня ждал не званый ужин, а всего лишь полдник. Соответственно, и кроссовки — вполне подходящая обувь.

Наскоро пригладив волосы и подмигнув своему отражению, я отправилась на поиски столовой.

Едва войдя в столовую, расположенную на первом этаже справа от холла, я сразу поняла, почему Колобок назвал здешнюю компанию теплой. Из-за малочисленности постояльцев их трапезы происходили за одним столом, образованным из двух обычных, сдвинутых вместе и накрытых белоснежной скатертью.

Зелени и здесь было более чем достаточно: упомянутый стол, в частности, был окружен то ли пальмами, то ли их соплеменницами с двух сторон, и все это выглядело на самом деле очень уютно: никаких тебе оштукатуренных сараев, застрявших в моей памяти, вообще никакой казенщины. Этот зальчик с его цветами, плотно зашторенными окнами, деревянными панелями и симпатичными бра на стенах вполне мог сойти за неплохой частный ресторан…

Спустившись в столовую чуть позже названного Иван Иванычем времени, я рассчитывала застать всю компанию на месте, и расчет мой вполне оправдался. Еще подходя к столу, я увидела, что мужчин здесь больше, чем женщин. Собственно, представительниц моего пола было двое: пожилая сухопарая дама со значительным лицом и молодая, не старше Катьки, блондинка, в которой прежде всего бросалась в глаза пышная копна слишком светлых, чтобы быть натуральными, волос, рассыпавшихся по плечам с продуманной небрежностью.

Еще на полпути к столу мне навстречу поднялся весьма симпатичный и вальяжный на вид господин в том неопределимом возрасте, который может выглядеть как «за сорок», так и «сильно за пятьдесят»… Очевидно, здешний «тамада».

— Браво! — услышала я приветствие прежде всего от данного джентльмена. — Счастливы приветствовать вас, очаровательная Светлана Петровна!..

Мне немедленно захотелось отозваться тем же самым «браво», поскольку подобных темпов передачи информации я все-таки от Колобка не ожидала… Ну-ну!..

— Вот теперь-то, — вдохновенно продолжал между тем «тамада», — мы и сумеем наконец организовать свой отдых действительно полноценно!

Мои брови, независимо от намерений, сами поползли от удивления вверх: как-никак моя профессия была достаточно далека от работы массовика-затейника! Однако говорливый джентльмен, ухитрившийся за пышной речью пододвинуть мне стул рядом с собой (с другой стороны от него сидела искусственная блондинка), тут же пояснил свое заявление:

— Уверен, вы играете в бридж!

Я расхохоталась и покачала головой:

— Вынуждена вас разочаровать…

— Ничего, научим! Позвольте представиться: Павел Игоревич Колышников, средней руки бизнесмен! Моя жена Лиля…

Блондинка натянуто улыбнулась и молча кивнула, пристально взглянув на меня зеленовато-серыми глазами с густо накрашенными синей тушью ресницами. Судя по ее выражению, я ей понравилась даже меньше, чем она мне…

— О вас мы знаем все! — хохотнул Колышников и, посмотрев на меня со значением, подмигнул. — Так что прошу любить и жаловать остальных, так сказать, членов нашего тесного кружка!

— Ираида Сергеевна Григорян, актриса…

Пожилая дама улыбнулась неожиданно светло и приветливо, отчего ее лицо сделалось не только значительным, но еще и удивительно милым и симпатичным.

— Бывшая актриса! — уточнила она хорошо поставленным низким голосом. — Теперь же — обыкновенная скучающая от безделья пенсионерка…

Ну, на обыкновенную пенсионерку она, прямо скажем, походила мало — особенно если учесть сапфирово-бриллиантовые серьги, посверкивающие в ее ушах дорогим, подлинным блеском…

— А про вас и вашу удивительную для дамы профессию нам Иван Иванович действительно успел насплетничать.

— Нестрашно, — улыбнулась я, усаживаясь на указанное мне место и переводя вопросительный взгляд на оставшихся мужчин.

Младший из них — я это отметила еще минуту назад — явно нервничал. Опережая второго, он и подскочил на своем стуле как-то суетливо: то ли вздрогнул, то ли приподнялся из вежливости. На вид ему было лет тридцать, не больше. Длинные волнистые волосы, узкое лицо с тонкими и резкими чертами, ускользающий взгляд карих глаз… Интересный типчик. Костюмчик на нем — явно не из дешевых, впрочем, так же как и на остальных присутствующих здесь господах.

— Борис… Просто Борис, тоже из бывших… — Он нервно усмехнулся. — Только, к сожалению, не актеров, а бизнесменов… Впрочем, надежды еще не теряю…

На этой туманной фразе он наконец перестал вертеться на своем стуле и, очевидно сочтя процесс знакомства завершенным, потянулся к салату, возвышавшемуся в громадном хрустальном блюде посреди стола.

— Ну, что ж, — пророкотал вслед за этим приятный баритон, принадлежавший последнему из присутствующих — симпатичному мужчине «между тридцатью и сорока», со светлыми волосами, аккуратно подстриженными и лежавшими, что называется, волосок к волоску, и открытым доброжелательным лицом без особых примет. Мягкий взгляд серых глаз ласково скользнул по моей персоне. — Остался я — человек, весьма далекий как от бизнеса, так и от театра… Обыкновенный доктор. Врачишка, так сказать… Надеюсь, теперь мы дадим Светлане Петровне возможность вкусить здешних деликатесов?.. Ах да… Мое имя тоже вполне обыкновенное, Алексей…