Обманутые сердца - Шэрил Биггз

– Мисс, не знаю, кто вы такая, но всегда готов обнять красивую женщину.

Тереза захихикала.

– Ах ты дурачок, – она поднялась на цыпочки и поцеловала брата в щеку.

Трекстон рассмеялся.

– Тесс, ты и вправду очень красива, – он запустил пальцы в длинные черные локоны, каскадом падающие на плечи и спину. – В последнюю нашу встречу твои волосы напоминали поросячьи хвостики, а сама ты была маленьким неуклюжим человечком. А теперь только посмотрите! – он отошел на шаг, окинув девушку взглядом. – Если бы я не был твоим братом, то обязательно попросил бы твоей руки.

Тереза вновь обвила его глею и прижалась к брату.

– О, Трекс, я так по тебе скучала! Внимание Трекстона привлекло движение у двери. Он шагнул вперед.

– Здравствуй, мама.

Евгения Браггетт стояла на краю галереи. Черные, посеребренные сединой волосы были зачесаны в гладкую, строгую прическу, в серых глазах стояли слезы, но губы улыбались.

– Трекстон! – в одно-единственное слово Евгения вложила всю радость, которую не испытывала уже долгое время. Она спустилась по лестнице, открыв сыну свои объятия.

Трекстон заспешил навстречу матери и нежно прижал ее к своей груди.

– Прости меня, мама.

Она гладила его по плечу, радуясь, что второй сын снова дома.

– Трекс, ты поступил так, как было необходимо, – тихо сказала она. – Это был твой единственный шанс выжить, и видит Бог, я хотела, чтобы ты выжил.

Трекстон немного отстранился.

– Мама, с тобой все в порядке? В самом деле? Евгения улыбнулась, опять обняла сына и повела его к дому.

– Теперь, когда мои сыновья возвращаются домой, дочь выходит замуж, а ваш отец… – она помедлила, – … покинул нас, все будет хорошо.

Тереза повисла на другой руке брата.

– Тревис и Трейнор еще не приехали, но мы ждем их со дня на день. Я познакомлю тебя с Джеем, – щебетала она. – Он тебе сразу же понравится. Он такой хороший и умный!

– Тесс, я знаю Джея. И уже довольно давно.

– О, тогда тебе вероятно известно, что его отец потерял большую часть денег, – в голубых глазах промелькнула тень. – И не без помощи нашего отца, – угрюмо добавила она. – Но большую часть они уже вернули. Джей трудится не покладая рук, чтобы заработать. У него получится, все так говорят. Но это не главное. Мы любим друг друга – вот что важно.

– Занна, – позвала Евгения, – поставь на стол еще один прибор. – Она обернулась к Трекстону. – Ты ведь еще не завтракал?

– Нет, мама, и просто умираю с голоду.

– Отлично. Тереза, предупреди нашу гостью, что скоро накроют к завтраку.

– Гостья? – переспросил Трекстон.

– Она приехала на свадьбу из Виксберга, – объяснила Евгения. – И прибыла на пару дней раньше.

– Она? – брови Трекстона поднялись, в глазах заплясали веселые чертики.

Евгения улыбнулась:

– Вижу, ты совсем не изменился.

Он сжал руку матери и обвел взглядом просторный холл.

– И здесь ничего не изменилось. Все выглядит точно так же, как я видел в последний раз.

– Почти восемь лет назад, – добавила Евгения. Трекстон почувствовал себя виноватым.

– Мама, я всегда хотел вернуться, просто… – он пожал плечами.

– Он заставил бы тебя пожалеть об этом. Я очень скучала, но для тебя лучше было оставаться вдали. Там, по крайней мере, он не мог причинить тебе боль.

Трекстон кивнул.

– Наконец-то мы освободились от него.

– Да, мы все освободились.

Белль надела через голову светло-голубое платье, расправила складки юбки поверх огромного кринолина и кружевных нижних юбок. Конечно, гораздо легче одеваться с помощью служанки, обычно она пользовалась услугами горничной, но сейчас приходилось обходиться своими силами. Евгения предлагала ей в горничные одну из служанок, но Белль отказалась. Дома она привыкла болтать со своей горничной Клери на разные темы и боялась, что по привычке сделает то же самое. А это могло оказаться опасным. Нельзя допустить, чтобы кто-нибудь, пусть даже служанка, догадался о том, кто она на самом деле, настоящей причине ее пребывания в «Шедоуз Нуар». Юбка с широкой гофрированной оборкой ровно легла поверх кринолина. Белль расправила пышные рукава и застегнула два ряда перламутровых пуговиц туго обтягивающего корсажа. Глубокий вырез на груди, рукава и кружевная оборка были отделаны темно-синим бархатом.

Белль принялась энергично расчесывать волосы, затем стянула их на затылке белой шелковой лентой. Длинные волнистые пряди свободно рассыпались по спине. Девушка посмотрела в зеркало, критически изучила свою внешность и решила, что не помешает немного подкраситься. Достала розовый лепесток из маленькой хрустальной коробочки на туалетном столике и прижала его к губам.

В дверь громко постучали.

– Входите! – бросив на себя последний взгляд, Белль отвернулась от зеркала.

Дверь открылась, на пороге появилась Тереза.

– Мама прислала меня сказать, что завтрак скоро подадут.

– Спасибо, я уже спускаюсь. Тереза широко улыбнулась.

– Только что приехал мой брат.

Белль уставилась на девушку, потрясенная услышанным. Ее охватила тревога.

– Брат? – она спохватилась и улыбнулась. – Как это замечательно. Кто именно?

– Трекстон. Он второй по старшинству, – Тереза засмеялась и в этот момент выглядела совсем девчонкой. – Он словно сошел с обложки дешевых книг о ковбоях. Даже с револьвером, но, должно быть, так нужно, раз он живет в Техасе.

– Да, наверное, ты права, – поддержала Белль.

– Ну ладно, увидимся внизу. Белль улыбнулась.

– Спасибо, Тереза, я сейчас спущусь, – она вновь посмотрела на себя в зеркало. Лицо казалось бледнее, чем несколько минут назад, есть уже не хотелось. Аппетит улетучился в то мгновение, когда Тереза сообщила о прибытии на плантацию еще одного из братьев.

– Как же, не покажут носа на свадьбу. Хорошенькое дело, Хелен, очевидно, ты не так хорошо знаешь семью своей кузины, как тебе кажется, – бормотала Белль, метаясь по комнате, как тигрица в клетке. – Успокойся и сосредоточься, – уговаривала она себя. Это самое главное. Успокоиться и сосредоточиться. Успокоиться и сосредоточиться. Нет никакой надежды открыть правду, если позволить себе расстраиваться и случайно выдать причину истинного появления в «Шедоуз Нуар». Девушка несколько раз сжала и разжала пальцы, чтобы унять дрожь, сделала глубокий вдох и вышла в коридор. Дойдя до лестницы, Белль немного успокоилась и почувствовала себя лучше, но в тот момент, когда уже собиралась пройти в гостиную, от входной двери донеслись голоса, и она задержалась.

– Наконец ты освободилась от него.