Поединок Марса и Венеры - Алиса Берг

– А какие итоги подводите вы сейчас?

Ответ Мстислава был несколько неожиданным, он снова стал разливать водку.

– Вы не возражаете, Лера?

– Хотите меня споить?

– Вас не проведешь. План мой простой, а от того эффективный: напаиваю, затем насилую. Все как положено.

– Тогда наливайте, ваш план слишком привлекательный, чтобы мешать его исполнению.

– С вас – новый тост. Мне очень нравятся ваши афоризмы. Вы их сочиняете по ночам?

– Боюсь упасть в ваших глазах, но все это высказывания моих пациентов.

– В моих глазах вы вряд ли упадете. Так, где же тост от пациентов?

– Жизнь коротка. Нарушай правила, прощай быстро, целуй медленно, люби искренне, смейся неудержимо! И никогда не сожалей о том, что заставило тебя улыбнуться.

– У вас что ни тост, а программа на целую жизнь получилась.

– Сами просили.

– Это называется, напросился.

Лера вдруг почувствовала легкое головокружение.

Все же водка сделала свое подлое дело. И это в тот момент, когда ей как никогда требуется ясный ум.

– Мне хочется подышать воздухом, – сказала она.

– Пойдемте на веранду.

Уже наступила ночь, тихая и ясная. Светлый диск луны висел, словно огромная шляпа, прямо над головой, еще выше сверкали бусинки звезд. Лера и Мстислав молчали, любуюсь небесным пейзажем. Но Лера была уверена, что одновременно каждый еще думает о другом. Что она думает, ей известно, а вот что думает он? Это их шанс, они должны сейчас поговорить о многом. Она не сомневается, что и им владеет сходное желание. Иначе он бы не привез ее на дачу. Вопрос лишь в том, кто из них начнет? По-видимому, как всегда придется это сделать женщине. До чего же тяжела женская доля!

– Хотите, попробую угадать, о чем вы думаете?

Мстислав повернул в ее сторону голову.

– Попробуйте. Почти уверен, что у вас получится.

– Я – тоже. Вы думаете, что вам делать с сидящей рядом с вами женщиной. И бросить жалко и нести тяжело.

Мстислав засмеялся.

– Вот видите, мы с вами угадали, что вы угадаете. Я действительно думал примерно об этом.

– Может, мне вам помочь, внести ясность, уточнить детали?

– Пожалуй, в этом есть свой резон. Хотя с другой стороны есть опасность еще больше запутаться.

– Придется вам сделать нелегкий выбор.

– Делать выбор – всегда нелегкое занятие. Я согласен. И будь, что будет.

– Решение настоящего мужа, – одобрила Лера.

– И как же будете мне помогать? – поинтересовался Мстислав.

– Своих пациентов я часто прошу рассказать о том, что является для них самым главным в той или иной ситуации. При этом я тщательно слежу, чтобы они говорили именно о главном, а не обманывали меня и себя. А первое побуждение у них именно такое. Если его не пресечь, сеанс можно считать провальным.

– Вы предлагаете сделать мне тоже самое, что и ваши пациенты?

– Это поможет.

– Кому?

– Посмотрим по итогам.

– А знаете, Лера, вы, как обычно, правы. Надо хотя бы раз в жизни начать общение с чего-то главного. Особенно с таким собеседником, какой сейчас у меня.

– Надеюсь, это комплемент?

– Вы из тех редких женщин, что в любой ситуации заслуживаете только комплименты.

– Теперь я убедилась, что это комплимент. Вы и не представляете, как это важно для женщины.

– Жаль только, что мы отклонились от главной темы.

– Сейчас вернемся, – пообещала Лера. – Да это и не отклонение, а долгий заход.

– Пусть так, но мне нужен ваш вопрос, чтобы туда вернуться.

– Что вас беспокоит, когда вы встречаетесь со мной?

– Вы уверенны, что что-то беспокоит?

– Если не так, то напрасно ем свой хлеб.

– На счет хлеба будьте спокойны, ешьте вдоволь. При виде вас, Лера, у меня возникает искушение расстаться со свободой.

Лера повернулась к нему и несколько секунд внимательно рассматривала Мстислава.

– Неужели так серьезно? – серьезно спросила она.

– Будто вы не знаете. Или вы не читаете мои мысли, как свои?

– Читаю, но все же не все и не всегда. Есть некоторые пробелы. Не приписывайте мне чудодейственных свойств. Я даже могу ошибиться.

– Верится с трудом.

– Я все же вас попрошу, Мстислав, объясниться. Хотя бы для того, чтобы я смогла бы сравнить свою версию с вашей.

– Боюсь, что они совпадут, – усмехнулся он. – Больше всего на свете я ценю свободу. И крайне болезненно воспринимаю любую зависимость от другого человека. Поэтому мне так хочется стать президентом банка, чтобы не подчиняться президенту банка, если им не являюсь я.

– Но президент банка попадает в зависимость от подчиненных. Причем иногда она даже сильней, чем зависимость подчиненных от президента банка.

– Мне известна эта проблема. Но она имеет свои решения. Во-первых, все же лучше зависеть от подчиненных, чем быть подчиненным и зависеть от начальника. И, во-вторых, все дело в кадрах, если подобрать толковых сотрудников, правильно расставить их по местам, точно определить каждому задачу, то такую зависимость можно свести к минимуму.

– Предположим, в деловой жизни вы сумели отстоять свою свободу. А что у нас получается с личной?

– Тоже самое и получается. Постоянная связь с женщиной, не говоря уж о браке, делает меня зависимым от этих отношений. Я буду вынужден сопрягать свое поведение с ней. А зная свой характер, свой образ жизни, я не сомневаюсь, что идиллия долго не продержится. Мне нравится менять женщин, я не представляю, как можно всю жизнь прожить только с одной. Да и с двумя – тоже. Каждая женщина это как новая не прочитанная еще книга или не просмотренный фильм. Это всегда интересно, получаешь много новых впечатлений и ощущений. Если я женюсь даже по большой любви, то все равно через какое-то время меня снова потянет на других. И что, прикажете мне делать? Наставлять супруге рога, играть роль неверного мужа, без конца лгать? Не вижу в этом ничего заманчивого, гораздо предпочтительнее ощущать себя свободным, никому и ничем не обязанным. Комфортней состояния я не ведаю. И ради чего я должен им жертвовать? Ничто так чаще не проходит, как любовь. Да и любовь вовсе не обязательно должна вести прямой дорогой к венцу. По моему глубокому убеждению, любовь – это не повод для свадьбы с гостями и оркестром.

– А для чего же тогда повод любовь?

– Чтобы пока ты любишь, чувствовать себя счастливым. Разве этого мало?

– Много, – согласилась Лера. – Но не все.