Чистая любовь - Кэнди Стайнер

– Не сомневаюсь: когда закончишь, здесь будет очень красиво, – вклинилась мама, оглядывая помещение и безуспешно пытаясь не морщиться. На ней был розовый плащ длиной до голени, а модная шляпка того же цвета прикрывала ее короткие волосы, выкрашенные в темный цвет. Она направилась к нам с папой, стуча невысокими каблучками по полу. Подойдя, мама улыбнулась, сложила перед собой руки, облаченные в перчатки, и больше ни слова не произнесла.

Вот такой я и знала свою мать – молчаливой спутницей. Покладистой, вежливой и всегда покорной супругой.

– Слышал, на винокурне у тебя выдался тяжелый день, – сказал папа, опираясь локтем на одну из высоких коробок с полками, которые нужно еще будет собрать. – Все в порядке?

Я махнула рукой, встала и подошла к единственной распакованной коробке, где хранилась выпивка.

– Я совершила ошибку, – пробормотала я, взяв бутылку джина. Я показала ее отцу, спрашивая, не хочет ли он выпить, но он покачал головой. Маму я даже спрашивать не стала, а просто пожала плечами и налила себе алкоголь в красный стаканчик. – Я пыталась провести экскурсию, хотя была не готова. Взыграли гены всезнаек Скутеров.

Папа ухмыльнулся, скрестив руки на груди.

– А, со мной такое тоже бывало пару раз.

Как будто я этого не знала.

– Я пришел не для того, чтобы еще сильнее распекать тебя из-за случившегося, – сказал он. – Просто… я знаю, что ты не хочешь работать на винокурне. Но помни: мы заключили сделку.

Я залила в себя джин и встретилась с отцом взглядом.

– Я не нарочно.

– И я тебе верю, – подняв руки, ответил он. – Просто хотел убедиться. Я знаю, что у тебя против меня… что-то вроде вендетты.

– Ой, пап, давай без этого, – фыркнула я.

– Ну а по какой еще причине ты бы… – он показал на меня, словно я сама и была проблемой. – По какой причине ты бы стала так одеваться и портить свое тело этими татуировками и пирсингом? Видит бог, ты и на винокурне вообще не хотела работать.

– А, значит, ты пришел, чтобы все же отчитать меня.

– Нет, – сказал папа и вздохнул. – Я просто хотел напомнить, что у тебя есть студия, потому что мы заключили сделку. И я не хочу, чтобы ты думала, будто можешь работать спустя рукава, а я этого не замечу.

– Я не буду так делать. – Я помолчала. – Ну, то есть я и не собиралась. И поверь, сегодня я признала свою ошибку.

Папа смотрел на меня так, словно не знал, можно ли мне верить.

И это было взаимно.

– Я все исправлю, – пообещала я. – Ладно? Вообще-то я как раз собиралась уходить. Нужно извиниться перед Логаном.

При упоминании этого имени у папы вытянулось лицо, а мама очнулась от грез.

– Перед Логаном Беккером? – спросила она.

Я кивнула.

– Ох, – качая головой, фыркнула она. – Эти парни по-настоящему опасны. Не понимаю, почему мы до сих пор терпим их присутствие на винокурне.

– Ты прекрасно знаешь почему, – прошептал папа мягко, но с таким суровым видом, что она поджала губы. Затем он переключил внимание на меня. – А зачем тебе перед ним извиняться?

– Потому что с ним я вела себя, как избалованный ребенок, – призналась я. – И из-за меня у него возникли неприятности с дядей Маком. Мне нужно извиниться и все исправить, – я замолчала и приподняла бровь, увидев каменное лицо отца. – Ты знал, что он будет меня обучать, верно?

Папа прочистил горло.

– Конечно.

Я ухмыльнулась, скрестив руки на груди.

Похоже, дядя Мак забыл об этом упомянуть.

– Он отлично выполняет свою работу, – сказала я. – В самом деле. И, насколько я могу судить, остальные гиды считают, что именно он займет место Мака, когда тот уйдет на пенсию, – я сглотнула. – Думаешь, так и будет?

Отец уклончиво пожал плечами, уже поворачиваясь к двери, а мама последовала за ним.

– Обсудим это, когда придет время. Пока я просто хотел проведать тебя, но, кажется, у тебя все хорошо. Просто… сдержи обещание, ладно? – он остановился в дверях и развел в стороны руки. – Подойди и обними своего старика на прощание.

Я прошла через комнату на негнущихся ногах и обняла родителя, так, словно он был просто знакомым, которого я подвезла в аэропорт.

– Люблю тебя, ребенок, – сказал он, поцеловав меня в волосы.

Сердце сжалось, а маленькая девочка, которая еще жила внутри меня, жаждала снова обрести эту связь с отцом. Но женщина, стоявшая в объятиях этого мужчины, теперь знала его истинное лицо.

Маленькой папиной девочки больше не существует.

– Я тоже тебя люблю, – прошептала я.

Мама тоже обняла меня, и родители ушли, а я побежала наверх, чтобы одеться и накраситься. Может, папа и произнес свои обещания с улыбкой, но я увидела в них угрозу.

Он предостерегал меня взять себя в руки, пока я не потеряла мечту, которую еще даже не успела распаковать из коробок.

Пора сделать первый шаг к переменам, как я и обещала. И начну я с извинений перед Логаном.

А я прекрасно знала, где его найти.

Глава 6. Логан

– И вот тогда я правда ей посочувствовал, – рассказывал я старшим братьям о сегодняшнем бедствии, сжимая в руке стакан с виски немного сильнее, чем следовало бы. – Казалось, она вот-вот расплачется, потому я вмешался и, чтобы исправить положение, довел экскурсию сам. А когда вернулся в холл для гидов, то решил узнать, как она, – я покачал головой. – Разумеется, это было до того, как в кабинет влетел Мак и чуть не порвал меня на куски.

Джордан усмехнулся.

– Ну, сочувствие не делает тебя идиотом. Твой поступок говорит, что ты хороший человек.

Я что-то неопределенно буркнул и сделал слишком большой глоток виски.

– Она – Скутер, – напомнил мне Ноа, сидевший на барном стуле рядом с Джорданом. – Тебя и впрямь удивляет, что она задавалась, как всезнайка? Разве не это изображено на ее фамильном гербе?

Я вздохнул, не желая признавать, что считал Мэллори более серьезным человеком, считал ее другой.

– Наверное.

Джордан хлопнул меня по плечу.

– Не бери в голову! Ну подумаешь, Мак немного разозлился. Я знаю, что ты ненавидишь конфликты, но, давай честно: этот старик постоянно ворчит. Он скоро обо всем забудет – наверняка уже сегодня же вечером, и все пойдет своим чередом.

– Но мне все равно нужно ее обучать, – напомнил я. – А еще давай не забывать, что она, скорее всего, займет его должность, когда он уйдет на пенсию.

Ноа со стуком поставил стакан на стойку.

– Если