Последний день в... Париже - Татьяна Донченко

– Но, все же… жить.

Алекс запустил пальцы в свои волосы, и я невольно смотрела, как движется его рука, думая, почему я сама не сделала этого, например, во время поцелуя. Он тяжело вздохнул, пытаясь обуздать эмоции, а затем утвердительно кивнул.

–Твоя взяла, – его взгляд скользнул по моему телу и задержался на лице. – Я не буду уговаривать тебя узнать ответ.

– Вот спасибо, – с сарказмом в голосе ответила я.

– Но это не значит, что я позволю тебе перестать надеяться.

– А я и не перестаю.

– Ага, поэтому попросила меня не влюбляться?

Я прикусила губы.

Алекс шагнул ближе, и я почувствовала его тепло. Сердце колотилось в груди, как ненормальное. Я вдруг подумала, что это, возможно, последний момент, когда я могу быть с ним. Это придало мне смелости. Я подняла руку и коснулась его щеки, а потом потянулась к нему.

Наши губы встретились в нежном поцелуе. Это было словно вспышка света в темноте – полное понимание, без слов. Я чувствовала его губы, мягкие и теплые, и постепенно мои страхи и тревоги растворились.

–Становится все труднее, – Алекс улыбнулся в мои губы. – Чем больше я тебя целую, тем ближе к черте, переступив которую, точно не сдержу обещание.

–Сексом мы будем заниматься без поцелуев? – я прищурилась, ловя его игривый взгляд.

– Да, и еще я тебе мешок на голову надену, чтобы не видеть твои офигенные глаза, – поддержал он.

– Мешок на голову? – насупила я нос. – Вот и проявилась твоя извращенская натура.

– Забавно, – он задумался над моими словами. – Я ведь не шутил, когда сказал, что я с тобой другой.

– Настоящий хоть?

– Понятия не имею, – он засмеялся своим мыслям. – Я таким ни с кем не был.

– Класс! Мне нравится какой ты, – улыбнулась я, разглядывая его лицо. – Ты мне нравишься. Так сильно, что даже страшно.

– Не бойся, – прошептал он, коснувшись моих губ своими. – Я тебя не трону.

– В смысле, «не тронешь»? Я как раз надеюсь на обратное!

– Веснушка, чего ты хочешь? – он погладил меня по щеке. – Чтобы я остался таким, как сейчас или показал тебе свою темную натуру?

Я на миг задумалась, хотя ответ давно был очевиден. Я хотела его всего,со всеми тараканами.Он не смог бы меня напугать по-настоящему.

–Честно? – я закусила губу, пряча улыбку. – Я скажу тебе. Но… только после того, как… – я топталась с ноги на ногу, озираясь. – Давай куда-нибудь попросимся, я сейчас описаюсь.

– Пойдем, – он взял меня за руку и решительно двинулся куда-то в конец улицы, где горел свет в окне. – Я видел, они работали.

Мы постучались в дверь тату-салона.Нам открыл мрачный мужчина, украшенный татуировками, даже на лице.

– Моя девушка хочет тату, – заявил Алекс, сразу после того как поздоровался. Я повернулась на него, странно, но приятно удивленная тем, как он меня назвал.

– Пять утра, чувак, ты ***нутый? – выругался мужчина.

– Возможно, –Алекс извлек золотую карту из кармана и многозначительно поднял бровь.– А еще богатый.

–С этого надо было начинать, – проворчал разрисованный и впустил нас.

Мы делали вид, будто выбирали тату, я попросилась в туалет, а когда вышла, обалдела, увидев Алекса в кресле татуировщика.

– Я думала, тату будут делать мне, – я подошла с интересом рассматривая узоры в каталоге, который он листал.

– Решил тебя поддержать, –он изучал картинки и зевнул. – Давно пора что-то новое набить.

– Новое?

Я осмотрела его – под рубашкой с длинными рукавами скрываются татуировки? Мне нестерпимо захотелось их увидеть.

–Напиши от руки «веснушка», – обратился ко мне Алекс, вручая чистый листок и карандаш.

Я с размахом вывела слово, и когда вернула ему лист, вдруг осознала, зачем он это попросил.

– Нет, –пролепетала я, замотав головой,– не-ет, ты не станешь набивать это на себе!

– Запрети мне, –он встал, расстегнул рубашку, и как только облако ткани соскользнуло с его плеч, дар речи покинул меня, вместе с последними остатками мозга.

Тени и линии на его коже подчеркивали рельеф великолепно сложенного тела. Я почувствовала легкое волнение, когда осознала, что каждая татуировка рассказывает свою историю. Внутри росла смесь восхищения и желания узнать больше о каждой из них.

– Веснушка, ты дышишь? – его насмешливый голос вывел меня из ступора.

Я покраснела, как дура, когда осознала, как сильно меня впечатлил его голый, разрисованный торс.

Когда пришел еще один мастер тату, я поняла, что дело принимает серьезный оборот.

–Не надо, пожалуйста, дай мне хотя бы переписать это красиво! – взмолилась я, но он поднял лист высоко над головой.Высокий, упрямый гад.

– Я говорил тебе,что никогда не отказываюсь от решений?

–Не было времени, знаешь ли, – пробурчала я, подпрыгивая, пытаясь дотянуться до листа. – Мы знакомы всего несколько часов.

– Шесть, – поправил он, взглянув на часы.

На его руке змеились узоры, переходя на плечо. Красиво, что тут скажешь. Не знала, что меня могут так возбуждать тату.

– Ах так! – я выбилась из сих в попытках забрать свои каракули. – Тогда и ты напиши свое имя вот тут, – я дала ему чистый лист, а когда он написал «Алекс», я с довольной ухмылкой сообщила: – Набью это у себя на заднице.

– Блефуешь!

– Спорим? – я выгнула бровь.

– Веснушка, ты не станешь набивать мое имя ради спора… –предупредил он и с серьезным видом двинулся ко мне.– Тем более, на заднице. Это кощунство, в сравнении с тем куда я собрался разместить твое прозвище. Не говоря уже о том, что задница очень чувствительная к игле, тебе будет чертовски больно.

– Запрети мне, –я пристально смотрела на него, вызывающе сузив глаза.

–Ты опасно близка к тому, чтобы увидеть мою темную сторону, – предупредил он, а потом вдруг поднял руки вверх, отступая. – Ок, я пас.

– Не станешь набивать «веснушку»? – с надеждой спросила я.

– Теперь точно набью. Я не стану отговаривать тебя.

Он заговорил с мастером, обсуждая детали, а я обернулась на второе кресло, за которым меня ждала не менее разукрашенная татушками девушка. Я перевела взгляд на листок с именем и пожала плечами. А что я, собственно, теряю?

Я легла на кушетку, приспустив штаны, стараясь не смотреть на Алекса, которому рисовали маркером мое прозвище слева на ребрах. Классное место, я даже подумала что он намеренно выбрал сторону, где сердце, но справа у него уже была татушка в виде замысловатых тернистых узоров. Вот и думай теперь: так совпало или он намеренно