Узница гаргульи - Кэти Роберт

Потому что раньше я не бывала в царстве демонов.

– А теперь, когда мы прояснили, что я могу подловить тебя на лжи, давай продолжим. – Он бесцеремонно плюхается на мою кровать. – Азазель беспокоится, что ты кого-нибудь убьешь в приступе ярости и поставишь под угрозу все его планы. Так уж вышло, что мне тоже нравится мир, который он стремится выстроить, а потому я беспокоюсь не меньше. Знаю, он дал тебе шанс отказаться от этой части контракта. Я повторяю его предложение.

Пристально смотрю на Раману.

– Почему-то мне кажется, что Азазель не оценит твою откровенность.

– Скорее всего. – Он беззаботно отмахивается. – Но его здесь нет. Только мы с тобой. – Раману поворачивается на бок, лицом ко мне, и подпирает голову рукой. Вторая пара рогов слегка приводит меня в замешательство. Что он видит? Если сосредоточусь, мне не нужно открывать глаза, чтобы прочесть ауру. А Раману для этого, получается, вообще не нужны глаза.

Я не отстраняюсь, хотя он так близко, что становится некомфортно.

– Не собираюсь никого убивать. – По крайней мере, пока не выясню, что случилось с моей матерью, и даже тогда – только того, кто в ответе за ее смерть.

– Ты умалчиваешь об одном существенном обстоятельстве. – Демон фыркает. – Послушай, ты мне нравишься, поэтому…

– Да ты меня даже не знаешь. Мы общались всего минут пять.

Раману это замечание игнорирует.

– Вижу, ты не хватаешься за возможность вернуться на земли демонов-торговцев. Интересно почему.

Он прав. Стоило согласиться, как только он предложил, как стоило и принять предложение Азазеля.

– Если вернусь, кто-нибудь расскажет мне правду о случившемся?

– Вряд ли. У всех свои тайны, и думаю, у Азазеля есть веская причина держать этот секрет при себе.

Так я и думала. И все же моя главная цель заключалась в том, чтобы найти ответы. Не понимаю, почему мешкаю.

– Я просижу взаперти следующие семь лет?

Раману пожимает плечами.

– Кто знает? Замок коварен. Обладает собственным разумом.

Да уж, я помню те три дня, что просидела в нем перед аукционом. А значит, вряд ли я сумею выбраться и на этот раз. Если приму предложение Раману, то окажусь в еще более сложной ситуации. В замке Брэма у меня хотя бы есть свобода действий и шанс совершить побег.

Такая логика кажется, мягко говоря, неубедительной, но плевать.

– Нет, спасибо.

– Так я и думал. – Его ухмылка выходит неприятной.

Он щелкает пальцами, и в его руках появляется кольцо.

– Держи. Если передумаешь, надень его, произнеси мое имя, и я приду.

– Раману!

Мы оба подскакиваем, когда в окно влетает Брэм и приземляется в центре комнаты. Мне не за что чувствовать себя виноватой, но я все равно невольно чуть отодвигаюсь от Раману. Несколько лишних сантиметров между нами кажутся ерундой. Но я не дура и немного опасаюсь того, что может случиться.

А Раману, похоже, абсолютно все равно, что Брэм смотрит на него так злобно, словно хочет вцепиться ему в глотку. Он даже протягивает руку и играет прядью моих волос. Брэм так сосредоточенно смотрит на это, что не замечает, как Раману тайком сует мне в ладонь кольцо.

– Заскочил проведать человека Азазеля.

– Она не его собственность.

Не понимаю Брэма. Порой кажется, что я могу прочесть его мысли и чувствую глубокую связь между нами, но потом он совершает нечто неожиданное и оставляет меня в недоумении. Гаргулья, которая сейчас сверлит нас взглядом, не тот, кто без колебаний подставил мне свое горло.

– Брэм…

– Все нормально. – Раману отпускает меня и встает. – Возможно, Брэм безрассуден, но не дурак. Тронуть меня – значит бросить прямой вызов Азазелю. Он не может себе этого позволить, потому что ему не победить.

Это замечание должно было разрулить ситуацию, но на лице Брэма только злость. Возможно, я не вижу всю картину, но понятно одно: Раману пришел не только меня проведать, но еще и подлить масла в огонь. Это мне нужно меньше всего.

– Думаю, тебе пора.

– Эй, я же еще не рассказал тебе самое интересное! – Он выставляет два длинных алых пальца с черными когтями. – Первое. Брэм не хотел идти на сделку, но у него не было выбора. Его не принимает никто из его народа. Все верят, что он проклят, и любой, кто с ним сблизится, станет жертвой проклятия. – Брэм издает сдавленный звук, но Раману неумолимо продолжает. – Второе. Азазель понимает, почему ты здесь, но не обольщайся – от тебя ждут выполнения твоей части сделки. Если уложишься в оговоренные сроки, он расскажет тебе все, что знает о твоей матери.

Это удар ниже пояса. Азазель знает, как мне нужна эта информация, поэтому, конечно же, шантажирует этим, чтобы добиться послушания. К сожалению для него, я понятия не имею, что такое послушание.

Раману предложил отвести меня на земли торговцев, но если соглашусь, велика вероятность, что Азазель все равно никогда не ответит на мои вопросы. Стискиваю зубы. Я так близка к разгадке, что становится невыносимо.

Во мне крепнет решимость. Я останусь и сама найду путь к ответам.

– Приму к сведению.

Губы Раману изгибаются в легкой причудливой улыбке.

– Какая же ты забавная маленькая лгунья. Будет очень весело.

Стоящий рядом Брэм едва не дрожит от ярости.

– Выметайся.

Раману нисколько не напуган, продолжает усмехаться.

– Дорогой, я подчиняюсь приказам только одного существа, и это не ты. Хотя мило, что ты пытаешься. – Он хлопает Брэма по плечу и выходит из комнаты, виляя бедрами.

Формально он мне не угрожал и не сделал ничего плохого, но я все равно чувствую беспокойство. Даже если эта проверка задумана, чтобы убедиться, что я в безопасности, совершенно очевидно, что Азазель не доверяет мне, хоть и желает защитить. Или вроде того. Чем дольше думаю об этой запутанной паутине сделок и обещаний, тем менее ясной становится картина. Я упускаю что-то очевидное и важное.

Возможно, он хочет исполнить конкретные условия договоренности, но не ее суть. Уверена, есть какая-то хитрая оговорка, которую я не вижу. Например, он расскажет мне, что случилось, но не скажет почему. Или, боги, что вообще мешает ему солгать? Данное им слово? Не смешите.

Азазель, как и Раману, хитрый демон-торговец.

Брэм все смотрит на меня сердито, а я вдруг вспоминаю, как он проникал в меня языком, и ощущаю легкую дрожь. Именно это заставляет меня сболтнуть, пока не успела одуматься:

– Удивлена, что ты не рассказал Раману о прошлой ночи. Он ведь в курсе, что я проблемная. Может, ты смог бы поменять