Она - только способ... - Алена Февраль

Мне даже разозлиться на него не за что было или поругать за что-то. Наоборот, с каждым днём я доверяла парню все больше. Поручала ему ту работу, которую раньше выполняла единолично. Впервые в жизни я разделяла с кем-то ответственность в работе, а в мечтах хотела разделить с ним постель.

Да! Я стала озабоченной. Мысли о сексе с парнем стали ещё одним наваждением. Конечно, я никогда не допущу близости с ним, но вот каким образом вытравить из собственного тела бешеное желание, пока не понимала. Эротические сны доводили меня до сумасшествия. Теперь, каждое утро я принимала прохладный душ и с тяжелыми мыслями собиралась на работу.

Самым главным противоречием последних недель стало моё стремление реже встречаться с Савелием и в то же время желание организовать работу так, чтобы без него не смогла решить какой-либо важный вопрос.

Так и мучилась. Хочется и колется в одной связке.

— Валерия Гордеевна, вы услышали меня?

Вынырнула из воспоминаний и посмотрела на главного бухгалтера Сусанну Андреевну. Что она делает у меня в кабинете? Я её вызывала?

Зажав виски ладонями, хрипло спросила.

— Задумалась, повторите, пожалуйста.

— Я сказала, что Гордей Гордеевич предложил оплатить со счетов фирмы его лечение в столице.

Морок воспоминаний сошел окончательно, уставилась на бухгалтера удивлённым взглядом.

— Не совсем понимаю вас, Сусанна Андреевна. Раньше отец не вытаскивал деньги из оборота предприятия. К тому же, он знает, что был пожар и два крупных клиента ушли к конкурентам… Ладно, оплати! Сумма большая?

Бухгалтерша покраснела и кивнула.

— Какая?

В это момент раздался стук в дверь и в кабинет вошел Смирнов.

— Прошу прощение, Валерия Гордеевна, дело срочное.

Рассматриваю Саву секунд десять и неохотно перевожу взгляд на Сусанну. Смирнов как всегда был красиво и стильно одет, гладко выбрит и весел. Когда я нахожусь рядом с ним, то всегда считаю себя старомодной теткой.

— Так какая сумма отцу необходима для лечения?

— Миллион, — тихо прошептала главбухша и я поперхнулась.

— Что?! Миллион?

— Да, со слов вашего отца, это современная клиника, где лечат комплексно сердечно-сосудистую систему.

— За миллион? — хрипло усмехаюсь и сжимаю зубы от нарастающего напряжения.

Про присутствие Савелия на время забываю.

— Ну так что? Какое будет решение, Валерия Гордеевна? Перечислить деньги со счетов предприятия?

— Передайте нашему начальнику, что ему стоит оплатить лечение, воспользовавшись личными счетами, — скороговоркой говорит Савелий, стряхивая с брюк невидимый мусор, — а теперь, дорогая наша Сусанночка, идите. У вас и без нас дел невпроворот.

От возмущения открываю рот и когда бухгалтерша уходит, строго говорю.

— Ты не офигел, Смирнов? Здесь решения принимаю я.

— Савелий, шипучка! Са-ве-лий. Еще раз назовешь меня Смирновым — поцелую тебя. А по поводу твоего отца… Может хватит подтирать его жопу своими мозолистыми руками?

— Аааахххх, — возмущенный крик вместе с воздухом выходит из лёгких и я поднимаюсь из-за стола.

Он снова меня злит, дурак.

— Ты такой противный тип, Смирнов! У меня даже слов, подходящих не нах…

Осекаюсь, потому что мужчина поднимается с кресла и прямой дорогой направляется ко мне.

— Я предупреждал, шипучка. Сейчас мы с тобой будем высекать из твоего рта искры теплоты и света. Как ты думаешь, справимся?

— Только посмей, См…Савелий!

— Уже лучше, шипучка. Остается закрепить успех поцелуем.

И он целует. Во второй раз. Для вида стучу в его грудь кулаком, а сама буквально таю от удовольствия.

Новое противоречие!

Глава 21

Савелий целует меня очень медленно и поверхностно. Первые несколько секунд мне хватает такого темпа, чтобы насладиться его мягкими прикосновениями, но потом, снова хочу большего… И пусть это второй поцелуй в моей жизни, но я почти уверена, что целуются как-то по-другому… По-особенному!

В сериалах, которые я иногда смотрела по воскресеньям, обычно целовались по-другому. Хотя, не исключала тот момент, что через экран телевизора эмоции искажаются? А ещё, можно предположить, что реальные мужчина и женщина так страстно не целуются.

Неет. Точно целуются. Я это чувствую.

Твою мать! В двадцать восемь лет, я — совершенный профан в таких вопросах, разбираю понятия правильного или неправильного поцелуя. Это то же самое, что строитель станет разрабатывать методические рекомендации для педагогов.

Савелий отстраняется и я не успеваю коснуться его губ кончиком языка. В прошлый раз мне такая ласка очень понравилась, а сегодня я весь поцелуй, и без того очень короткий, провела в ненужных размышлениях.

— Наказана, шипучка, — расплывается в улыбке Сава и делает два шага назад.

Озираюсь по сторонам, пытаюсь скрыть разочарование и грусть.

— Не совсем, — отвечаю и тут же осекаюсь.

Неужели, ляпнула это вслух.

— Не понял, — улыбка сползает с губ Смирнова, он внимательно всматривается в моё лицо.

Краснею, бледнею и синею одновременно.

Да что с тобой, Валерия! Соберись! Он ничего такого не спросил, а я ничего такого ужасного не ляпнула!

Отвернувшись, довольно быстро иду к столу, но не сажусь за него, а для вида вглядываюсь в экран компьютера, на котором мелькает повторяющаяся заставка.

— Ты по работе зашёл? — откашлявшись, перевожу тему и щелкаю мышкой, чтобы запустить программу, — если не случилось что-то срочное — иди. У меня много работы!

Савелий долго не отвечает и мне приходится поднять на него взгляд. Парень продолжает стоять на том же месте и рассматривать меня.

Ну зачем? Зачем он так смотрит? Что ему надо?

— Что? — нервно спрашиваю и его губ касается кривая усмешка.

— Блять, да что тебе надо! — впервые в жизни не выдерживаю и истерично ору на него, — говори быстро и уходи.

Савелий ещё какое-то время смотрит мне в глаза, а потом резко разворачивается и идет к выходу.

Молча!

Без эмоций!

Вот так.

Когда за ним захлопывается дверь, падаю в кресло и пинаю ногой системник. Пинаю сильно и громко. Эмоциям требуется немедленный выход и я не нахожу ничего лучшего, как подолбить ни в чем не повинную технику.

Какая же я дура. Но главное он дурак.

Какого хрена происходит вообще?

Что со мной? Что с ним? Что с нами? Вернее, что между нами?

Поднявшись, подхожу к окну и оглядываю парковку, где сразу же цепляюсь глазами за седан Смирнова.

А что если… Что если он оба раза целовал меня просто так: без эмоций и без особого желания?!

В первый раз он хотел меня поддержать после пожара и поэтому поцеловал, а во второй раз он просто «наказал» меня. Наказание, в исполнении наглого Савелия, могло выглядеть именно так. Это я уже тут навыдумывала всякой романтическо-эротической лабуды,