Она - только способ... - Алена Февраль

— Дождалась! Что же ты, дорогуша, опаздываешь. Я прождала тебя десять минут, а в моём возрасте каждая минуточка золото.

— Сейчас к вам подойдут двое наших сотрудников — Савелий и Кирилл. Они во всем вам помогут, — спешно отвечаю бабушке, разглядывая её старенький черный сарафан.

Белая рубаха под сарафаном была искусно вышита на старинный манер. Рубашка и сарафан были утыканы мелкими дырочками, такими, словно их моль поела. Запах от старушки тоже был специфический — она «благоухала» смесью чеснока, укропа и бензина. Седые волосы бабушка собрала в тугую косу и переплела её вокруг затылка.

— А ты куда денешься? Зачем мне твои мужики? Гордей к дочке меня позвал. Разве нет?

Сзади раздаются шаги, к нам подходят Савелий и Кирилл. Они одновременно здороваются со старушкой и также, как и я, разглядывают её странный наряд.

— Миленькие мои, — скороговоркой восклицает бабушка, — пойдёмте сядем в тенёчек и всё обговорим. У меня времени маловато, ребятушки.

Отступаю на шаг от Смирнова и, смирившись с неизбежным, отвечаю.

— Хорошо, пойдёмте за здание офиса, там скамейки есть.

Не знаю почему, но Кирилл с Савелием поплелись следом за мной и старушкой. Хотя, возможно это к лучшему, пока она будет предсказывать будущее и рассказывать о прошлом, могу незаметно уйти.

Но снова все пошло не по плану….

Глава 18

Бабуля долго не могла найти себе место — пересаживалась с одной скамейки на другую, потом обратно… Когда она всё же уселась, убрала мобильный телефон в сумку и уставилась на Венеру. Савелий и Кирилл заняли лавочку напротив, а я так и осталась стоять в ожидании момента, когда смогу незаметно уйти в офис.

— Так-с, — начала старушка и обвела нашу мини-компанию пытливым взглядом, — с чего начнём? Огонь будем смотреть или вас?

Кирилл весело хмыкнул и с издёвкой уточнил.

— А вы можете сказать, когда моей жене поможет диета? Или предскажите мне повышение зарплаты. Или…

— Умолкни, ирод! — возмутилась бабуля и выставила вперёд указательный палец, — будешь веселиться сейчас — станешь печалиться потом, недалёкий!

Кирилл хмуро уставился на палец старухи, которым она размахивала перед его носом, словно он был волшебной палочкой, и сник.

— Пойду, наверное, — сказал он, глядя в мою сторону, — у меня важное дело, Валерия Гордеевна.

Я не успела ответить, начальник общего отдела подскочил с места и со скоростью пули ушел.

— Вот и правильно! — пробурчала под нос старуха и посмотрела на Савелия, — ты ведь тоже посмеяться любишь, поэтому предупреждаю тебя сразу, голубчик! Будешь перебивать или усмехаться — ослаблю твой магнетизм, а на закуску и силы мужской лишу…

Старушка скрипуче рассмеялась и сквозь смех сказала.

— Шучу, голубчик, — посмотрела Венера в прищуренные глаза Смирнова, — не злись и меня не зли. Силу твою забрать так просто не смогу. Вот если дочка Гордея скажет, отвар ей дам преотличный. Она тебя напоит отваром и вот тогда твой дух и определённая часть тела полягут. Надо тебе это, дочь Гордея?

Я не знала смеяться мне или прикрывать рот, который неконтролируемо открывался от удивления. Ничего себе старушка!

Савелий побледнел на глазах и похоже тоже решил уйти. Он поднялся и сухо бросил.

— У меня дела обозначались, — прошептал парень, но бабулька его остановила.

— Да сядь ты, сядь. Не трону твои причиндалы. Тем более, что ты к этому пожарищу имеешь непосредственное отношение.

— Что?! — возмутился Смирнов, — вы о чём говорите?

Моё удивление сменяется шоком, медленно опускаюсь на лавочку.

— Что вы сказали? Повторите, — тихо говорю старушке и чувствую, как уши начинает закладывать от напряжения.

— Пожар не он устроил. Но подожгли из-за него…

— Как это понять?

— Дочь Гордея, ты вроде умная женщина и лет тебе немало, а тогда чего перебиваешь меня? Лезешь вперёд!

Прикусываю язык и кидаю взгляд-булыжник на Савелия. Значит это он во всём виноват! По тому, как смотрит Смирнов на бабулю, можно понять, что он очень зол. Впервые вижу его таким и на некоторое время забываю о словах бабули. Привычная маска беззаботного веселья слетела и теперь его лицо выглядело по-иному. Острые черты лица, цепкий взгляд и губы сжаты в одну линию…

— Я не собираюсь учувствовать в этом.

Савелий снова решает уйти, но теперь уже я его останавливаю.

— Подожди, Смирнов. Я не разрешаю тебе уходить.

Парень сверлит моё лицо пытливым взглядом и сухо бросает.

— А у тебя есть на это право?

— Конечно, — строго цежу, — я твой руководитель, даже если эта ситуация меня не устраивает…

— Так, галчатки, — перебивает мой выпад старушка, — о ваших страстях мы позже поговорим. Давайте вернемся к огню. Пожар совершил тот, кому ты, голубчик, не ответил взаимностью.

— Что? — Савелий хмурится и переводит взгляд на меня.

Причём здесь это? Я точно к нему не приставала.

— Не понимаю о чём вы говорите. Тем более, я приехал в этот город только две недели назад.

Савелий трёт глаза, словно от усталости, и снова садится на скамейку.

— Не понимаешь? — хитро спрашивает старушка, — вспоминай, кого ты успел оттолкнуть. Одну девицу, две… больше.

Смирнов окидывает старушку взглядом полным скептицизма и усмехаясь отвечает.

— Больше, — выдыхает парень и я удивлённо поднимаю брови, — три-четыре девицы.

Давлюсь собственной слюной и закашливаюсь. Вот же…кобель! Спрос на таких дураков оказывается велик.

Откашлявшись, бросаю взгляд на старушку и тихо спрашиваю.

— Почему эти бабы сожгли мой офис, а не его кобелиную натуру?

Савелий присвистывает и его губы трогает ухмылка.

Ненавижу дурака!

— Не знаю ответа на твой вопрос, дочь Гордея. Что увидела, то и сказала.

— Это всё? — уточняю, придвигаясь к Венере.

— По огню всё. Теперь ваш черёд. Вас вместе смотреть или по очереди?

Отстраняюсь и махнув рукой, отвечаю.

— Больше ничего не нужно. Давайте заплачу вам…

— Твердая оболочка и мягкая, словно вата, изнанка, — вдруг сказала старуха, глядя мне прямо в глаза, — ведущая голова, забытые тело и душа.

Сглатываю ком, образовавшийся в горле, и пытаюсь отвести взгляд от лица Венеры, но не могу.

— Рваное сердце и хрупкая душа.

— Хватит! — хрипло шепчу и насильно отвожу взгляд.

— Дело твоё, никого не уговариваю, — поднимаясь со скамьи, беззаботно отвечает старушка, — скажу последнее — с этим…

Венера кивает на Савелия и шепотом продолжает.

— …будь начеку, дочь Гордея. Протянешь ладонь — откусит руку. С ложки начнёт — бочкой закончит.

Опускаю горящее лицо и кусаю дрожащие губы.

— Деньги в следующий раз мне заплатишь. Я к тебе через месяцок зайду, дочь Гордея.

Глава 19

Венера больше не сказала ни слова. Старушка засуетилась, достала из