Белая Роза - Валери Кир

Он недоверчиво посмотрел на меня, хмуря брови, а я улыбнулась и положила здоровую руку на его плечо, потрепав.

— Не переживай. Это действительно мелочи.

Двейн привычно уже сбросил руку и отвел взгляд:

— Я умру. Скоро. Может, года два продержусь, но без Источника мне не жить. Но я не боюсь смерти.

Я внимательно посмотрела в его глаза. Ребенок не врал. Там действительно застыла сталь уверенности.

Это неправильно.

— Мы найдем выход. Я верю, — я для убедительности кивнула.

Отыщем ему какой-нибудь Кристалл и подарим.

— А я нет! — завелся он, стиснув в ладонях края бинта. — Я больше никому не верю!

Бедный ребенок, потерявший все.

Я усмехнулась:

— Даже мне?

Он запнулся и растерял весь пыл, напугано посмотрев на меня. Похоже, у него немного разрыв шаблона. Не каждый человек так настойчиво и открыто будет действовать, как я, когда уже забыл, что такое доверие. Вздохнула и сгребла в охапку Двейна, который окаменел от такого жеста, не зная, как реагировать. И через пару секунд расслышала тихие всхлипы.

Он потерял семью. Потерял неожиданного спасителя. И все просили верить. У него уже, похоже, рефлекс на это слово.

М-да. Испорчу я ребенка своей мягкостью. Пора прекращать это… как только пересилю себя.

— Ну, ты чего? — я отстранилась от него, заглядывая в глаза.

Слезы стекали по щекам, хоть он и пытался избавиться от них.

— Эй, все позади, — вытерла пальцами влагу. — Весь ужас позади.

— Ты… так говоришь… — он всхлипнул. — Будто знаешь.

— Возможно и знаю, — снова обняла его, а мальчишка уткнулся носом в плечо и схватился за мою майку, словно его сейчас насильно оттащат от меня.

Возможно и вправду знаю… если все было не сном.

Бедный ребенок с поломанной психикой. Я видела многих людей, которые теряли своих близких, как они плакали, бесновались, бились в истерике, коря несправедливость судьбы, виня в бедах других. Но я не видела тех, кто потерял все. И даже веру. Что никто не придет. Никто не поможет. И выкручивайся сам как хочешь.

Я не могла оставить Двейна так. Слишком добрая и чувствительная. А может еще заодно и глупая.

— Роза, капитан хотел вас видеть, — раздался тихий голос за спиной. Адель.

От ее слов я вздрогнула, и это не укрылось от Двейна, поэтому он недоуменно посмотрел на меня, а после хмуро на девочку. Слезы его высохли, мальчишка более-менее пришел в себя и отстранился, утирая рукавом рубашки нос.

— Сейчас мы закончим с раной, и я приду, — заверила ее, протягивая руку мальчику, с которой свисал бинт.

— Сильно больно? — взволнованно отозвалась Адель, посмотрев на мою ладонь.

— Да нет, — я отмахнулась. — Двейн помог мне.

Она кивнула с улыбкой:

— Я там немного прибралась и помыла.

— Хорошо постаралась. Можешь взять пироженку, — похвалила я.

Глаза у Адель загорелись от предвкушения, и она исчезла на кухне.

— Бантиком завяжи! — влезла я, когда Двейн хотел взяться за узелок.

Мальчишка вздрогнул и растерянно поднял взгляд:

— Издеваешься?!

— Я серьезно! Бантик хочу! — и рассмеялась.

— Эй! — обиженно насупился мальчик, но сделал, как я хотела. Криво и неумело, но сделал.

— Спасибо, — улыбнулась и поднялась на ноги, отряхивая шорты от грязи, которую насидела на земле.

Двейн кивнул и стал собирать в аптечку оставшиеся препараты, а мусор кинул в бочку.

— Я пока схожу к Виктору. Можешь посидеть на кухне, если хочешь.

— Будь осторожна, — напутствовал мальчишка, а мне даже показалось беспокойство в его голосе.

Я обернулась к нему, с удивлением заметив, что он провожал напряженным взглядом.

— Хорошо.

Дверь была обычной, с мелкими царапинами. Я стояла и разглядывала ее, рассматривала. Находила новые дефекты. А вот войти не могла.

Зачем может вызывать к себе Виктор? Дать по шее? Это бы он при всех пиратах сделал, чтобы неповадно было остальным грубить, посуду бить и зубы скалить. Тогда зачем?

Я вздохнула и постучала.

Разрешение получила не скоро, и уже думала, что его нет на месте и хотела уйти, когда прозвучало «Войди!»

Похоже, он спал.

Виктор сидел в кресле у окна, а на его ногах лежала книга. «История Даркхолда» гласило название. Он внимательно проследил, как я прошла в центр комнаты, зацепившись взглядом за литературу, и замерла в ожидании.

— Ты не говорила, что ты — Носитель, — начал первым пират.

Я изумленно вскинула брови. Носитель? Это что? Это как?

Неужели так зовется обладатель такой силы?

— А меня и не спрашивали, — я неопределенно пожала плечами, ощущая себя неуютно в одной с ним комнате.

Взгляд то и дело прыгал по помещению, то на потолок, то на пол, который был застелен тонким ковром, то в окно, где уже было темно. Но никак не на мужчину.

— И что у тебя за сила?

— Не знаю.

Виктор изумленно поднял брови.

— Я особо не пользуюсь ей, — неуверенно добавила.

Пират даже выпрямился, сцепив пальцы в замок и одарив меня задумчивым взглядом:

— И как давно ты владеешь силой?

— Когда к вам пришла, тогда и обнаружила ее.

Похоже, я все сильней вводила его в недоумение.

— Из тебя надо щипцами вытягивать слова? — раздраженно скривил лицо.

— Если вы имеете в виду странный белый кристалл, то я обнаружила его вечером в тот день, когда пришла к вам, и когда ложилась спать. На следующий день открыла способности, но больше не заморачивалась ими.

Злить Виктора совершенно не хотелось, но и рассказывалось все с неохотой, ведь поднимать эту тему не любила. Даже Адель пыталась поговорить об этом, после случая со спасением Двейна, но я лишь отмахивалась, давая понять, что это не обсуждается.

Пират потер переносицу:

— С тобой тяжело говорить.

Откровение, прямо.

Я лишь пожала плечами и подняла здоровую руку, которая стала менять