Моё прекрасное чудовище - Ная Геярова

– Насколько больше? – скупо поинтересовалась Сахли. – Что именно вы бы хотели знать, леди Киара?

Я расположилась поудобнее, подоткнув одеяло под ноги.

– Я видела господина Астеша в другом образе. Нечеловеческом.

Сахли вздохнула.

– Его вид напрямую связан с магией. Понимаете, леди Киара, чем больше в шаене магии, тем сильнее она видоизменяет своего носителя. Особенно при взаимодействии с ней. Это такая магическая защита, не позволяющая выплеснуться источнику силы из носителя. Но есть и другая сторона. Эта защита не слишком-то привлекательна.

– Я бы сказала – чудовищна, – задумчиво промолвила я.

Сахли невесело усмехнулась.

– Зато увеличивает выживаемость шаена. Сами посудите: просто человек в его людской оболочке очень уязвим. А при преображении у него появляется практически звериная выживаемость. К тому же в этом есть и некие привилегии. Например, обычный человек не сможет развить такую скорость, сутками находиться без еды и воды, выдерживать промораживающий кости холод и выжигающий кожу жар.

– Летать, – добавила я.

– И это тоже, – согласилась Сахли. – И летать люди тоже не могут.

– То есть шаены почти всемогущи?

– Не все, – мягко засмеялась камеристка. – Например, я вряд ли потяну на всемогущего шаена.

Я растерялась. Думаю, Сахли уловила мою растерянность, потому что сказала:

– Ага, удивились. Не думали, что я шаенка? – Она сощурилась и вздохнула. – Не всем с магией так везет. У кого-то она очень слабая. А защита напрямую зависит от уровня. У меня он очень низкий. Можно сказать, отсвет великого магического огня.

– Но глаза! – Я придвинулась поближе к Сахли, пытаясь вглядеться внимательнее, вдруг упустила тот самый шаенский огонек.

– И не всматривайтесь, – отмахнулась камеристка. – Это тоже магия. Чем она сильнее, тем ярче огонь в глазах.

– То есть у тебя совсем-совсем мало?..

– Совсем, – кивнула Сахли. – На заячий хвостик разве что хватит.

Я участливо покачала головой. И снова уселась поудобнее.

– Значит, если я правильно все поняла, господин – очень сильный маг.

Сахли с уважением кивнула.

– Очень. Но его жутковатый вид связан еще и с тем, что господину Астешу очень много лет. И снова это все магия. Она служит не только защитным внешним барьером, но и внутренним, позволяя шаену жить значительно дольше, чем простому человеку.

– Значительно дольше? Это сколько же лет господину?

– Сто с лишним.

Ого.

– Выглядит он намного моложе.

Сахли разгладила оборки юбки и положила руки на колени.

– Магическая сила шаенов просыпается в восемнадцать лет. К сорока годам она укрепляется, и с тех пор возрастные изменения замедляются. В свое время мне удалось встретиться с шаеном, которому было около трехсот, и, хотя он уже готовился к смерти, выглядел на пятьдесят с небольшим.

Она повернула голову и поймала мой ошарашенный взгляд.

Более трехсот лет!

Я как-то видела мужчину, которому было семьдесят, приличный возраст для человека, так вот поверьте: выглядел он на все триста.

– Вас пугает возраст господина? – Сахли внимательно смотрела на меня.

И не только возраст.

Камеристка покачала головой.

– Поверьте, моя госпожа, нет шаена более благородного, чем лорд Астеш Райен.

Я невесело усмехнулась.

– Да куда уж там. Купить девушку для ночных утех. Благородство зашкаливает.

Сахли нахмурилась.

– Примите его решение. Я уверена, он не собирался причинять вам вред.

Служанка поднялась, но я снова ее остановила.

– Слышала, что после первой ночи шаены порабощают души девушек.

Сахли фыркнула и повернулась, уперев руки в бока.

– Что за чушь? Леди, вы же взрослая девушка, а верите всяким россказням.

– Ну, знаете ли… Пока все, что мне о них говорили, оказывалось правдой.

– Чушь! – резко и безапелляционно повторила Сахли. – Это надо же такое придумать! Порабощают души. Зачем им души девушек? Шаены маги, а не демоны.

В последнем я очень сомневалась. Скажи мне кто это в тот самый момент в лесу, ни за что бы не поверила. Ибо вид у шаенского генерала был самый что ни на есть демонический.

– Давайте-ка спать, леди Киара, – замахала на меня руками камеристка. – Совсем мы заговорились. И не надумывайте себе невесть чего. Есть сомнения – лучше у меня спросите. Я все объясню. Подумать только, порабощают души! – ворчала она, укрывая меня одеялом и поправляя подушку. – Спокойной ночи, леди Киара.

– Спокойной ночи, Сахли.

Женщина вышла, все еще продолжая что-то про себя ворчать. Прикрыла за собой дверь. И, как ни странно, я не услышала звука запирающегося замка. Вскочила, пересекла комнату и, распахнув дверь, выскочила в коридор.

Уже удаляющаяся Сахли остановилась, повернулась и с удивлением на меня посмотрела.

– Вы не будете запирать мою комнату? – Я не смогла сдержать внезапную дрожь в руках.

Камеристка улыбнулась.

– Господин сказал, что более нет надобности, он всецело вам доверяет. По крайней мере, уверен, что сбегать вы больше не будете.

Сказав это, она развернулась и пошла.

А я продолжала стоять босыми ногами на холодных каменных плитах, обреченно думая: «Сбегать не буду, уж это господин Астеш точно знает».

В комнату вернулась совсем мрачная. Залезла под одеяло и долго крутилась, не в силах уснуть.

Несмотря на ужасное настроение и состояние вечером, проснулась я с внутренним подъемом.

Итак, что мы имеем.

Дарьер жив, и это уже хорошо. Меня не собираются насиловать и вообще принуждать к близости без моего согласия. Это замечательно, буду надеяться, что господин сдержит слово. Прислуга относится ко мне благожелательно. И все это означает, что жизнь не так уж плоха. Замок огромен и великолепен, здесь, вероятно, большая библиотека, будет чем себя развлечь. Ну и что, что четыре стены. Зато какие стены! Старинные картины и живописные уголки. Скучать точно не придется.

А что будет дальше? Война план покажет.

Скинула с себя одеяло. Но едва успела ступить на пол, как в дверь постучали и в комнату вошла Сахли со служанкой.

– Доброе утро, леди. Завтрак уже готов.

– Доброе утро, Сахли. Прекрасный день, не так ли?

– Рада, что у леди хорошее настроение.

– Надеюсь, что оно останется таким на весь день.

И словно в воду смотрела. Спустившись в столовую, заметила, что на столе красуется только мой прибор.

– Я буду завтракать одна? – поинтересовалась у сопровождающей меня Сахли.

– Господину пришлось срочно уехать, – пояснила она, помогая мне присесть.

– И как долго его не будет?

– Месяц.

Месяц? Целый месяц я буду избавлена от внимания и компании генерала-шаена?! Действительно замечательное утро, с хорошим настроением и прекрасными новостями.

В столовую вошел Дарьер, неся поднос с завтраком.

– Доброе утро, леди Киара. Рад видеть вас улыбающейся.

А уж как я рада!

– Надеюсь, вы с Сахли составите мне компанию за завтраком.

Дарьер замер с подносом в руках.

Сахли удивленно воззрилась на меня. Но тут же пришла в себя и проговорила:

– Леди Киара, это неприемлемо в домах шаенов. Слуги не едят вместе с господами.

Я улыбнулась.

– Но я здесь не госпожа. Да и хозяина нет. Так что, думаю, распинать нас некому. А есть одной мне совсем не хочется. Я очень прошу вас разделить трапезу со мной.

Сахли напряженно глянула на Дарьера, потом вздохнула и приказала слугам, стоящим