Любовный спектакль - Сара Морган

— В таком случае ты позволишь мне немного побеседовать с твоей невестой, сынок? — спросил Костас.

— Мне уйти? — полушутя полусерьезно спросил отца Ангелос.

— Если очень хочется, можешь остаться, — в тон ему ответил Костас. — Знаете ли вы, что вам оказана огромная честь? Вы первая из подруг моего сына, которую он решился не только мне представить, но и поселить под крышей родного крова, — насмешливо обратился он к Шанталь.

— Да, Ангелос мне говорил об этом, — простодушно отозвалась молодая женщина.

— И это дает мне основание утверждать, что вас с ним многое связывает.

— Как вам известно, знакомы мы не так давно, — Шанталь старалась выдержать нейтральную позицию, оставляя возможность для лавирования.

— Ну, какое значение может иметь время, когда бушуют такие страсти! — проговорил пожилой мужчина. — Меня больше волнует, что будет, когда они отбушуют, а ведь это рано или поздно обязательно произойдет.

— Этого не знает никто, отец! — торжественно объявил Ангелос Зувелекис.

— Не скажи… У человека должна быть цель, сын. Настает время, когда недостаточно радоваться сиюминутным удовольствиям, но нужно брать штурвал в свои руки и править кораблем в неспокойном море жизни.

— Очень поэтично, отец. Я запомню этот афоризм.

— Не дерзи, Ангелос, — сердито проговорил отец, то тут же смягчился: — Я уверен, ты знаешь, что делаешь. Шанталь производит впечатление благоразумной девушки и вряд ли, не имея никаких гарантий, согласится довериться такому оболтусу, как ты. Я прав, милая?

Шанталь лишь растерянно пожала плечами.

— Вы не обязаны передо мной отчитываться, дитя мое, — поспешно произнес хозяин виллы, после чего так же медленно и осторожно, как и усаживался, поднялся из кресла и удалился.

— Тебе есть чем заняться сегодня в мое отсутствие? — спросил ее Ангелос, когда отцовские шаги стихли в глубине дома. — Мне нужно уехать в Афины по делам. Если вздумаешь отправиться в город за покупками, попроси Янниса, он доставит тебя на катере. В любом магазине города можешь делать покупки за мой счет.

— Нет, мне ничего не нужно, — посерьезнев, проговорила Шанталь.

— Я тебе точно говорю. Покупай себе все, что хочешь. От этого меня не убудет.

— Нет, спасибо. Не настаивай. Я уже сказала, — сурово повторила молодая женщина.

— Неужели тебе ничего не нужно? Ну, там разных женских мелочей, штучек, о которых я даже представления не имею? Я дам тебе кредитную карточку.

— Нет, Ангелос, — в очередной раз отказалась она.

— Не понимаю, почему ты упрямишься, Шанталь. Имей в виду, я оставлю кредитную карточку Яннису, на случай, если передумаешь…

— Я не передумаю, Ангелос.

— И все-таки… И поешь еще что-нибудь, моему отцу больше по нраву плотные и дородные женщины, — пошутил он. — В худышках он разочаровался. Если увидит, что ты хорошо питаешься, это положительно отразится и на его здоровье, и на настроении.

— Я никогда прежде не задумывалась всерьез над тем, какие формы мне больше к лицу. Но согласись, порой попадаются такие вкусности, такие дивные лакомства, что не попробовать их невозможно, как бы ты ни мечтал сохранить стройность, — хитро проговорила Шанталь и испытующе посмотрела на Ангелоса.

— Согласен, — ответил он с конфузливой поспешностью и, попрощавшись, отправился собираться к отъезду.

Шанталь все-таки воспользовалась услугами Янниса, который на белом катере повез ее в город. Вскоре перед ней появилась береговая линия со строениями, вкрапленными в сочную зелень. Она с наивной радостью изумлялась яркости и разнообразию красок стен и крыш, столь непохожих на привычный серокаменный, стекольно-бетонный, богемно-туманный облик Парижа. Именно о таком месте она и мечтала, когда работала не покладая рук в кафе. Махнув рукой в сторону берега, она закричала Яннису, перекрывая шум двигателя:

— Причаливай!

Тот удивился.

— Зачем? Это же простая, ничем не примечательная деревня. Давай-ка лучше я довезу тебя до Афин. Тут не очень далеко. Я проведу тебя по шикарным магазинам. Хозяин…

— Не надо! — не дав договорить, бросила женщина, не отрывая взгляда от берега. — Мне хочется сюда! Пожалуйста! — еще раз попросила женщина.

— Ну, смотри. Разумеется, причалим, если тебе хочется. Только учти, такси ты здесь не найдешь. Я пойду с тобой, — крикнул мужчина. — И какие планы?

— Я проведу здесь день, — решительно проговорила Шанталь. — Возвращайся за мной, скажем, в пять… Да-да. Будь на этом самом пирсе в пять вечера, — подтвердила она, отказавшись от его любезного предложения сопровождать ее.

Когда они минут через пять причалили, она уверенно зашагала к деревне, жадно глядя по сторонам.

Что касается Ангелоса, то его решимость полностью отдаться работе ни к чему не привела. Ничего у него не вышло.

Он весь день думал не о делах, а о своей любовнице. Чем занимается она? Гуляет, дремлет, загорает, плавает в море или в бассейне? Он несколько раз тянулся к телефону, чтобы набрать номер виллы, поговорить с отцом и как бы невзначай спросить у него или у Марии, где Шанталь. Каждый раз он смирял свое желание, но потом все же не выдержал и сдался, а когда услышал голос экономки, не стал наводить тень на плетень и спросил прямо то, ради чего звонил.

— Яннис подбросил ее на катере до ближайшей деревни, где она попросила его причалить. Вернется за ней к пяти. Так договорились, — сообщила ему Мария.

Теперь Ангелос знал ответ на мучивший его вопрос, да только долгожданного облегчения это ему не принесло. Как он думал о Шанталь, так и продолжал думать.

К пяти часам вечера Шанталь уже сидела, усталая, на пирсе и ждала Янниса, который прибыл за ней ровно в назначенное время и без промедления доставил на виллу. Наскоро перекусив, она легла в шезлонге на тенистой террасе, вытянув подуставшие ноги, и стала слушать в легкой полудреме трогательные рассказы Костаса Зувелекиса о маленьком Ангелосе, об Ангелосе повзрослее и почти ничего о молодом Ангелосе.

— …такой азартный и заводной. Всегда стремился побеждать.

Шанталь улыбалась историям, равно как и своим мыслям.

— Я, пожалуй, пойду, прилягу перед ужином, — понизив тон, проговорил Костас.

Шанталь покивала головой, проводила его взглядом, а затем тоже немного вздремнула и вздрогнула от неожиданности, когда над самым ее ухом страстным шепотом прозвучали слова Ангелоса:

— Боже! Как же я скучал без тебя!

Шанталь открыла глаза, и радостная улыбка заиграла на ее губах.

— Скучал по мне? — игриво спросила она.

— Безумно, — запальчиво уверил ее мужчина, прижимаясь к ее груди.

— Ты вообще-то работал сегодня? — насмешливо спросила его женщина, увидев в его ласках любовный голод.