Сумасшедшая любовь - Мэри Энн Марлоу

– Эта фраза еще на кого-то действует?

На его лице заиграла шаловливая улыбка.

– А это ты мне сама расскажешь.

– Вот ты пройдоха.

– Не-а, я просто прямолинеен.

Я рассмеялась.

– Это вряд ли! Брать у тебя интервью все равно что пытаться поймать намазанную жиром свинью. – Он фыркнул, услышав это. Я принялась его разглядывать с надменной ухмылкой. – И зачем ты мне все это рассказываешь?

– Не знаю. Наверное, не стоило. Я так и вижу, как это все всплывет завтра в прессе. Однако ты произнесла мои любимые слова «я не на работе».

– Если честно, я понятия не имею, какой материал можно из этого состряпать.

Он придвинулся ближе и прижался ко мне. Ремень он так и не пристегнул.

– Зафиксируй это. Я пытался тебя раскусить весь вечер.

– Меня?

Проигнорировав мой риторический вопрос, он потянулся и выдернул прядь моих волос, скользнул по ней пальцами, а потом отпустил локон, и он упал на плечо, а потом вновь принял былую форму.

– У тебя и правда красивые волосы.

Я отмахнулась от возбуждения, которое принесло это прикосновение. Я не хотела поддаваться на его лесть.

– Ты не ответил на мой вопрос. Почему ты так добр со мной?

– Журналистка до мозга костей. – Он взял меня за руку так осторожно, словно боялся, что она взорвется в любую секунду. – И все же должен отметить, что пока в твоем любопытстве нет ни грамма циничности.

Я ощутила мозоли на кончиках его пальцев, когда он сжал мою руку чуть сильнее. Его пульс и мой попеременно стучали, и теперь уже я чувствовала это кончиками пальцев. Я сосредоточилась на том, чтобы сохранять спокойствие, опасаясь, что он придвинется еще ближе, и в то же время боясь, что он отстранится.

В такси было темно, и я тихо начала:

– Расскажи, почему из всех фотографов ты выбрал меня.

– Все не так просто, Джо. – Он умолк, и я подождала, пока он соберется с мыслями. – Иден строга со мной за то, что по большей части я живу по наитию. Но даже она, хоть и со злостью, признала, что на твой счет я могу быть прав. Ты как овечка в волчьей шкуре.

Я не засмеялась.

– Думаешь, я не справляюсь со своей работой?

– Этого я не говорил. Иден хвалила твое мастерство как фотографа. Да и ты осталась со мной наедине и выведываешь все секреты.

– Потому что это неофициально. И ты не думаешь, что у меня хватит смелости воспользоваться этой информаций.

Он провел большим пальцем по моей руке, и я не смогла сдержать предательскую дрожь. Его губы изогнулись в улыбке, как будто он все понял.

– Думаю, у тебя есть все, чтобы стать потрясающим журналистом. При этом я думаю, что ты не пройдешь тест на профпригодность для журналиста из желтой прессы.

Возмущенная, я отдернула руку.

– Так ты выбрал меня из всех папарацци для съемки праздника, потому что я так в этом плоха?

– Я не просил тебя снимать. Я предложил, а ты согласилась войти.

Я прокрутила в голове его приглашение и вспомнила, как он сказал, что внутри у меня получатся фотографии более хорошего качества и как он отреагировал, когда обнаружил, что я фотографировала в момент его отлучки, как внезапно объявил мое имя гостям.

– О, а я-то решила…

Он медленно придвинулся ближе в ходе разговора, и теперь его лицо было всего в паре дюймов от моего. Осталось совсем немного, чтобы наклониться вперед и попробовать его губы. У меня внутри все сжалось при мысли о том, чтобы поцеловать Мику. Если будет резкий поворот или мы провалимся в небольшую яму…

Но это был Мика Синклер. Мика Синклер. Быть может, он различил томление в моих глазах, как и в глазах миллионов других девушек. Я отодвинулась.

– Ты всегда выбираешь девушек из стайки папарацци? Или предпочитаешь исключительно некомпетентных?

Он облизнул губы, и у меня мелькнула первая предательская мысль: как жаль, что я не могу сделать с ним то же самое. Я сглотнула. Я не хотела становиться еще одной звездой на его кителе.

– Прости. – Он имел наглость изобразить ту самую очаровательную полуулыбку, скорее насмешливую, нежели искреннюю. Моя гордость была уязвлена. – Я не хотел оскорбить тебя. Честно, я действительно иногда приглашаю фотографов на наши вечеринки, но, когда я приглашал Уолли Стивенса, у меня не было подобных мыслей.

Он резко сократил дистанцию и впился в мои губы. Он слегка пах сигаретами, и я ощутила вкус алкоголя – два этих порока я себе не позволяла. Я отстранилась и жадно глотнула воздух. Он смотрел мне в глаза и был так близко, что мои ресницы, которыми я отчаянно хлопала, касались его. У меня в голове роился миллион вопросов, но все на одну тему: «Что ему нужно?»

Я усмирила недовольные голоса у себя в голове и посмотрела в его полные любопытства глаза. Он ждал, что я что-то скажу. Или сделаю. Я наклонилась вперед и прижалась к нему лбом, а потом закрыла глаза, передавая инициативу ему. Когда я расслабила плечи, он снова прижал губы к моим, сильно, но в то же время нежно, а я не удержалась от соблазна провести языком по его нижней губе. Он отстранился и глубоко вдохнул. Он вглядывался мне в глаза и, должно быть, понял, как сильно я хотела, чтобы он это повторил.

Он запустил руку мне в волосы, а потом взялся за шею и резким движением притянул меня к себе. Когда мы снова поцеловались, все, что я знала о Мике Синклере, улетучилось из моей головы. Сначала мои руки лежали у него на груди, но потом я осмелилась добраться до его шеи и ощупать крепкую мышцу, соединявшую спину с плечом. Он застонал, и мое сердце бешено заколотилось.

Машина остановилась.

Я подняла глаза.

– Ой, – выдавила я. Мы стояли у подъезда моего дома.

Дыхание Мики участилось и стало прерывистым. Он буравил меня взглядом, как ни один человек ранее. Я покачала головой, чтобы развеять сомнения. Он хочет, чтобы я осталась в машине или чтобы я ушла? Он хочет, чтобы я пригласила его? Должна ли я его пригласить? Что ему от меня нужно?

Прежде чем возникла неловкая ситуация, я схватила камеру с вещами и открыла дверь автомобиля, не ожидая, пока это сделает водитель.

Мика выбежал за мной:

– Джо.

Я заметила свет в окнах своей квартиры, а это значило, что Зайон не спит.

Мика схватил меня за плечо и развернул к себе.

– Прости. Я совершил ошибку? Не стоило…

– О боже. Нет. – У меня затряслись ноги. Нужно было повысить уровень сахара в крови, но я решила, что успею сделать это дома, если уйду прямо сейчас. Я произнесла:

– Мне нужно идти. Извини.

Я сбежала. У меня дрожали руки, когда я набирала код от двери к подъезду. Мика еще звал меня, но я отчаянно пыталась попасть внутрь. С резким жужжанием замок открылся, и я, слава богу, вошла.