Любовь всегда выигрывает - Барбара Картленд

— Я благодарна вам, что вы так думаете, — отозвалась она.

— Я подумал так сразу же, как только увидел вас, — признался сэр Маркус. — Я наблюдал, как вы вслед за герцогиней вышли из кареты, и знаете, что сказал себе?

— Нет, понятия не имею. — Ей стало неловко при мысли, что она надолго отлучилась из танцевального зала и лорд Уинчингем может хватиться ее, заинтересоваться, что она делает. Тина подумала, что следует быть осторожной и вовремя вернуться наследующему танцу.

Голос сэра Маркуса прервал ее мысли.

— Вы не слушаете, — произнес он не с укором, а с терпеливой настойчивостью, которая, хоть она этого и не понимала, представляла еще большую опасность: сэр Маркус был из тех, кто неизменно добивается своего, поскольку отсутствием терпения он не страдал.

— Простите, — извинилась Тина. — Я подумала, не ищет ли меня герцогиня. Она предупреждала меня, чтобы я не выходила в сад. По-видимому, для дебютантки это считается не достаточно comme il faut .

— Я гораздо менее назойлив, чем ваш последний партнер, — заявил сэр Маркус, — но все же хочу вам сказать, о чем я подумал, впервые увидев вас.

— Да, да, конечно, — вежливо согласилась Тина. — Так что же вы подумали? — Повернувшись, она обнаружила, что его лицо находится очень близко от ее лица, а его темные глаза так пристально смотрят в ее глаза, что у нее перехватило дыхание.

— Я подумал, — медленно проговорил сэр Маркус, делая акцент на каждом слове, — что вы должны принадлежать мне!

Его слова прозвучали чуть ли не пророчески, и Тине показалось, будто чья-то холодная рука сжала ей сердце.

Сэр Маркус был красивым, изысканно одетым и, как она слышала, очень богатым человеком, но было в нем что-то такое, от чего у нее по спине пробегали мурашки, от чего ей хотелось бежать так же быстро, как и от Клода.

Она не могла найти слов для ответа. Его сильная, тяжелая и странно холодная рука накрыла ее пальцы.

— Я хочу вас, — тихо продолжил он, — а я всегда получаю то, чего я хочу!

Тина быстро освободила руку и вскочила.

— Я должна вернуться в зал, сэр, — процедила она сквозь зубы, не глядя на него. — Меня будет искать герцогиня. — Не дожидаясь ответа, она подхватила юбки и со всех ног побежала по траве, как испуганный фавн. Ей показалось, что сэр Маркус рассмеялся ей вслед.

К тому времени, когда Тина добежала до освещенной двери, где лакеи в красно-золотых ливреях встречали все прибывающих гостей, ее волнение немного поутихло. Она заставила себя медленно и ровно пройти по холлу и подняться по лестнице, но, тем не менее, дрожь не унималась. Это казалось нелепым, абсурдным, но ее сердце было готово выскочить из груди.

«Что со мной происходит? Я никогда не найду богатого человека, которого смогу полюбить!» — думала она, кляня себя за глупость.

Поднявшись по лестнице, Тина увидела лорда Уинчингема, сердито смотрящего на нее. Грозное выражение его лица и плотно сжатые губы не сулили ей ничего хорошего. А она так надеялась на его защиту!

— Где вы пропадали?

Стало совершенно ясно: он вне себя от гнева. Тина собрала все свое мужество:

— В саду. Там так красиво! А какое чудесное освещение! Пойдите посмотрите сами!

— Ваше место в танцевальном зале! — отрезал лорд Уинчингем. — Я подыскал вам партнера. Он слишком застенчив, чтобы просить вас об одолжении потанцевать с ним, поэтому за него это делаю я!

— Лорд Альфред, конечно, — улыбнулась Тина его покрасневшему спутнику. — Сейчас я посмотрю мой список! До двенадцатого все танцы расписаны, а вот тринадцатый свободен!

Лорд Альфред улыбнулся, пробормотав нечто невразумительное.

— Если бы вы принесли мне бокал лимонада, я была бы вам очень признательна! — обратилась к нему Тина.

Лорд Альфред в восторге поспешно удалился, радуясь возможности оказать ей услугу.

Лорд Уинчингем резко повернулся к Тине:

— Что за игру вы затеяли? Номер тринадцатый! Картрайт богатый человек! Это отличная кандидатура в мужья!

— Я не хочу показаться слишком заинтересованной, — пояснила она.

— Но и не будьте слишком недоступной, — проворчал лорд Уинчингем. — Не забывайте, что все эти ничтожества слетаются на ваше наследство!

— Отец говорил: для того, чтобы поймать кита, надо воспользоваться килькой!

— Если хотите знать мое мнение, то, по-моему, мы вряд ли что-нибудь поймаем, — недовольно проворчал лорд Уинчингем.

— Мы оба знаем, какова альтернатива, — напомнила Тина. — Так что постарайтесь веселиться и приятно провести время.

— Идемте потанцуйте со мной!

— Вообще-то час назад я обещала этот танец молодому человеку, но он уже тогда был под хмельком. Думаю, сейчас вряд ли вспомнит обо мне!

— Тогда вы могли бы отдать этот танец Картрайту, — заметил лорд Уинчингем, помрачнев.

— Я с гораздо большим удовольствием потанцую с вами, — улыбнулась Тина. — Ну нельзя же все время работать, надо иногда и расслабиться!

Это было сказано так лукаво, что он невольно засмеялся и без дальнейших протестов позволил ей увлечь себя в танцевальный зал, где только что заиграла музыка.

— Только я уже много месяцев не танцевал, — предупредил лорд Уинчингем.

Тем более, у всех должно создаться впечатление, что вам это доставляет удовольствие, — сказала Тина — Не забывайте, вы должны гордиться своей богатой и успешной подопечной!

— Не сомневаюсь, бабушка уже всем раззвонила, что у вас миллионное состояние, — засмеялся он. — Если и это не привлечет к вам внимание, то все остальные средства бессильны.

— А вы не очень-то галантны, — притворно обиделась Тина. — Ваш кузен только что предложил мне стать его женой!

— Клод? С трудом верится, что у него хватило на это наглости.

— Но он это сделал. У него опять затруднения.

— Тогда пусть сам и выбирается из них, — рявкнул лорд Уинчингем. — Я больше не могу ему помогать.

— Честно говоря, я тоже не вижу причин, почему вы должны это делать, — заметила Тина. — И все же он в отчаянии… вероятно… из-за…

— Клод не опасен ни для кого, кроме себя, — нетерпеливо перебил ее лорд Уинчингем. — Мне даже говорить о нем противно. Кто еще, как вам показалось, вами заинтересовался?

Она хотела было ответить «сэр Маркус Уэлтон», но что-то ее остановило. Тина не понимала, что именно. Однако почему-то побоялась рассказывать, что говорил сэр Маркус и как он смотрел на нее. Словно испугалась, что лорд Уинчингем, узнав о предложении сэра Маркуса, станет настаивать на этом браке. Хотя что-то подсказывало ей: причина гораздо глубже. Она не могла даже говорить о сэре Маркусе, потому что ее сдерживало какое-то тревожное предчувствие неприятности.